Кольца Афродиты

— Простите меня, милорд. Я сражена вашей потрясающей скромностью. — Резко повернувшись, она быстрым шагом двинулась в дальний конец оранжереи. — Единственный человек в Англии, который может мне помочь… Как же! Да я готова биться об заклад, что найдется десяток людей, которые могли бы мне помочь!

— Вы прекрасно знаете, что это не так. — Лео двинулся вслед за ней по параллельному проходу. — Я именно тот человек, который нужен для решения вашего дела. Именно поэтому вы сюда и приехали, если помните.

Беатрис резко остановилась у неестественно крупных, маргариток и повернулась к нему лицом.

— Давайте сразу определимся, милорд. Я приехала за информацией. Вы мне се предоставили, за что я должна поблагодарить вас. И это все, что мне от вас требуется.

— Вам потребуется от меня гораздо больше, миссис Пул. — Он зловеще прищурил глаза. — И нравится вам это или нет, вы это получите. Я провожу вас утром в Лондон.

— Это беда! Настоящая беда! — Беатрис все еще кипела от злости, когда вечером присоединилась к Сэлли, коротавшей время в маленькой гостиной рядом с их спальней. — Какого черта мне с ним делать?

Сэлли сидела в пеньюаре и желтом муслиновом чепце перед камином и потягивала джин.

— Может, не обращать на него внимания?

— Едва ли возможно. — Беатрис собиралась ложиться и была в хлопчатобумажной ночной рубашке. — Он не тот человек, которого можно так просто проигнорировать.

— Mais oui. — Сэлли нахмурилась. — Вы заметили, что глаза у него такого же цвета, как и у громадной собаки?

— Игра света, только и всего.

— А я бы сказала, что в этом что‑то есть. — Сэлли сделала глоток. — Сожалею, что дела идут не так, как вы планировали. Но есть и светлая сторона, мэм. Если граф Монкрест будет сопровождать нас до города, нам скорее всего удастся получить комнату получше в той чертовой гостинице, где мы останавливались.

Беатрис встала у окна. Она не могла обсуждать этот вопрос с Сэлли, которая ровным счетом ничего не знала о том, почему они сейчас находятся в аббатстве Монкрест.

Очень глупо, что она приехала сюда. В ходе беседы о кольцах Афродиты она проявила неосторожность и почувствовала, что ее неудержимо влечет к Монкресту, который всецело поглощен изучением легенд и древностей.

Что она будет делать рядом с ним? Надо каким‑то образом выпроводить его из Лондона. Она не может позволить, чтобы Монкрест заимел кольца Афродиты первым.

Спустя два часа Беатрис лежала с открытыми глазами в кровати, снова задавая себе тот же самый вопрос. Она стала придумывать план, как ей выбраться из аббатства еще до рассвета, когда ход ее мыслей был нарушен стуком лошадиных копыт по камням мостовой.

Время приближалось к полуночи. С чего это во двор въехала лошадь в столь неурочный час? Разве что Монкресту предстояло принять еще одного незваного гостя? Поделом ему! Может быть, это отвлечет его внимание от нее? Это было бы весьма кстати.

Снедаемая любопытством, Беатрис отбросила тяжелые одеяла и села на краю кровати. Озноб пробежал по ее телу, когда она босыми ногами коснулась пола. Угольки еще тлели в камине, однако уже не могли нагреть комнату.

Беатрис сунула ноги в тапочки, накинула пеньюар и подошла к окну. Полная луна освещала передний двор аббатства.

Она увидела, как из ворот кентером выезжает всадник. Под ним был массивный жеребец с красиво выгнутой шеей и мускулистой грудью. Мужчина сидел на лошади с удивительной непринужденностью и грацией. Позади него развевались полы плаща. Рядом с лошадью бежала большая собака.

Опершись локтем о подоконник, Беатрис наблюдала за ними, пока их не поглотила темнота.

Она долго раздумывала об увиденном, однако так и не смогла прийти к выводу, какая причина заставила Безумного Монаха выехать из аббатства в полночь в сопровождении собаки.

Охота на разбойников не отличается от охоты на любых диких зверей. Необходимо изучить излюбленные ими пути и повадки и затем устроить засаду.

Многолетний опыт многому научил Лео. Он знал, что один из представителей местного дворянства дает сегодня бал Большинство гостей проведут ночь под крышей дома хозяина. Однако наверняка найдутся и такие, кто рискнет ночью отправиться домой. Естественно, что на них будут самые дорогие украшения. Лео был абсолютно уверен, что тот негодяй, который пытался ограбить Беатрис, и сейчас рыщет где‑то поблизости.

Лео считал необходимым внимательно следить за всем, что происходит на землях Монкрестов или в непосредственной близости от них. Любая информация, сплетни и новости которые доходят до аббатства через горничных, садовников или грумов, заслуживают внимания, анализа и проверки. Это было убеждением Лео, как и всех других Безумных Монахов — его предшественников.

В этот день до него дошел слух о каком‑то неприятного вида незнакомце, который утолял жажду джином в гостинице.

— Кошелек или жизнь! Если ты не остановишься, я разнесу тебе голову! — Разбойник был в широкополой шляпе, лицо его скрывалось под треугольной серой маской. Он нацелил пистолет в голову кучеру.

Лео поднял воротник плаща и надвинул на глаза шляпу. Ночная мгла довершит все остальное.

— Черт побери, человек! — Напуганный кучер отчаянно натянул вожжи. — Что тебе надо от нас? Я везу чету стариков. Разбойник засмеялся. Карета с визгом остановилась.

— Чету местных богатеев, ты хочешь сказать? — Он подъехал к карете и остановился у дверцы. — А ну, кто вы такие? Выкатывайтесь, да побыстрее! Да не балуйте, а то я ненароком могу всадить пулю в глотку. Я особенно разбираться и церемониться не буду.

— Гарольд, это разбойник!

— Я вижу, моя дорогая. — Гарольд высунулся из окна. — Послушай, драгоценностей у меня и моей жены совсем немного: у меня часы, у нее — пара сережек, и это все.

— Я сам увижу! — Разбойник нетерпеливо махнул пистолетом. — Выматывайтесь из кареты! Оба!

Лео коленями подал сигнал Аполлону. Жеребец выбрался из засады на дорогу.

— Вечернее представление закончилось, — произнес Лео.