Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 55

Эверилл широко открыла глаза, внезапно вспомнив о сундуке, который Кейд и Домнелл считали таким ценным. В эти дни о сундуке разговоров не было, но теперь, когда о нем зашла речь, она могла сообщить мужу хорошие новости. Эверилл открыла рот, чтобы рассказать Кейду, где находится сундук, но вместо этого спросила с любопытством:

— Значит, в этом сундуке лежит золото? Это из-за него Домнелл убил двух человек и собирался убить тебя?

— Да, — коротко ответил Кейд.

Эверилл нахмурилась и пробормотала:

— Сколько же там золота? Этот сундук тяжелый. Я не смогла даже поднять его, когда Домнелл приказал мне его нести.

— Что?!

Кейд удивленно взглянул на нее. Она слегка улыбнулась и сообщила:

— Сундук находится в потайном проходе, в нише рядом со входом в комнату Броди. Ты, наверное, прошел мимо…

Эверилл замолчала. Муж уже не слушал ее. Он спрыгнул с кровати и бросился к двери. Не успела она крикнуть ему, что он совершенно голый, как он был уже в коридоре. Покачав головой, Эверилл вытащила простыню из-под мехового одеяла и закуталась в нее поверх тонкой сорочки, а потом пошла следом за мужем. Уже у дверей она догадалась захватить с собой плед мужа, чтобы он мог прикрыться.

Эверилл пошарила руками по неосвещенному полу, нашла плед, быстро вышла в коридор и увидела, что Кейд уже возвращается с сундуком.

Он медленно шел к ней. Теперь он показался ей совсем другим человеком, не осталось ничего от того понурого лэрда, который вошел к ней в спальню несколько минут назад. Он по-прежнему был без одежды, но плечи его расправились, походка была уверенной, а на лице сияла улыбка. Кейд нес тяжелый сундук так, словно он совсем ничего не весил.

Когда муж подошел к двери, Эверилл отступила в сторону, пропуская его в комнату, заметив при этом, что на верху лестницы стоят Мораг и Бесс и смотрят ему вслед, разинув рты, точно две дурочки.

Эверилл вошла следом за мужем и закрыла дверь.

Кейд сел на кровать, поставил перед собой сундук и стал возиться с замком. Эверилл услышала щелчок, замок поддался, Кейд откинул крышку, и их глазам явилось содержимое сундука.

При виде золотых монет, лежащих в сундуке, Эверилл резко остановилась. Сундук был полон до самого верха, несколько монет даже выкатилось из него на кровать.

— Ты богатый! — изумленно проговорила она.

— Да, — сказал Кейд, — мы богаты.

— Но откуда?… — спросила Эверилл в замешательстве.

Кейд пожал плечами:

— Как только я получил звание рыцаря, я пошел в наемники. Наемник предлагает свой меч, чтобы помочь тому, кто может заплатить. — Он усмехнулся. — Люди, впавшие в отчаяние, хорошо платят.

Когда Эверилл посмотрела на него с удивлением, он опять пожал плечами:

— Лучшего занятия у меня не было. Мать не хотела, чтобы я находился поблизости от Стюарта и отца… а дяде Саймону моя помощь была не нужна, вот я и собрал небольшое войско, и мы воевали за деньги. — Он посмотрел на сундук и добавил: — Многие из тех, с кем я сражался бок о бок, тратили свои деньги на женщин и выпивку, но я не пью и мне никогда не приходилось платить женщинам, поэтому я сберег большую часть заработанного. К тому же я получил дополнительную плату за то, что все устроил. — Он окинул взглядом деньги и сказал: — Я всегда собирался использовать эти деньги для того, чтобы получше устроить жизнь в Стюарте. Но даже не представлял себе, насколько они мне понадобятся.

Эверилл опустилась на кровать и спросила в замешательстве:

— Но если ты богат, почему ты женился на мне?

— Как почему? — Кейд удивленно повернулся к ней. И нахмурился при виде ее смущенного лица. — А ты как думаешь, Эверилл, почему я женился на тебе?

— Ради моего приданого, — сказала она.

Он фыркнул:

— Ради таких-то пустяков?

Она вспыхнула:

— Отец дал за мной вовсе не пустячное приданое.

— Да-да, — сказал Кейд успокаивающим тоном и поцеловал ее в щеку. Захватив пригоршню монет, он высыпал ее обратно. — Но по сравнению с этим оно ничто.





Эверилл тоже смотрела на сундук и не могла не признать, что он прав — ее приданое не идет ни в какое сравнение с этим богатством.

— Так ты думала, что я женился на тебе ради приданого? — спросил он.

Эверилл вспыхнула, но кивнула:

— Нуда, ради него и потому еще, что я сестра Уилла.

Кейд рассмеялся:

— Если так рассуждать, я с таким же успехом мог бы жениться на твоем отце.

Она машинально улыбнулась, но потом помрачнела испросила:

–. Но тогда почему ты на мне женился?

— Эйви, — серьезно сказал Кейд, — а почему бы мне не жениться на тебе? Ты сразу мне понравилась, мне нравилось твое общество. И потом, ты же красавица. Я очень скоро полюбил тебя. Еще до того, как мы поженились. Каждую минуту, когда мы были врозь, я скучал по тебе.

Эверилл посмотрела на мужа смущенно и сказала:

— Но ведь я заикаюсь, как дурочка.

— Вовсе не как дурочка, — возразил Кейд сердито. — Ты заикаешься, когда волнуешься, вот и все. — Он недовольно прищелкнул языком и спросил: — Ты же не думаешь, что Лэдди — дурак, а?

— Нет, конечно. И я знаю, что я тоже не дурочка, но другие считают меня дурочкой, когда я заикаюсь и…

— А какое тебе дело до того, что думают другие? Я твой муж и считаю тебя умной.

Эверилл подняла брови и спросила неуверенно:

— И ты не возражаешь против того, что я умная?

— С какой стати?

— Большинство мужчин не любят умных жен.

— А я не большинство. Нет, я не возражаю. На самом деле я и не хотел бы ничего иного. Я люблю твой ум, Эйви. Я люблю тебя.

Эверилл покусала губу, а потом сказала:

— Я тоже люблю тебя, Кейд, и думаю, что полюбила тебя еще до свадьбы. Я ничего не могла поделать. Уилл набил мою голову таким количеством рассказов о твоей чести и храбрости, что я полюбила тебя еще до того, как ты очнулся.

Улыбка, которая появилась на лице Кейда, была настолько яркой, что могла осветить темную ночь, но у Эверилл не было возможности насладиться ею. Муж неожиданно наклонился к ней и поцеловал ее. Эверилл подумала, что он этим и ограничится, но, как всегда бывало, когда он целовал ее, их охватила яркая и жаркая страсть. Кейд быстро прервал поцелуй и поставил сундук с золотом на пол. Сняв простыню, в которую была закутана Эверилл, он отбросил ее в сторону и потянул за сорочку. Сняв ее, он уложил жену в постель, лег рядом и крепко обнял. И тут он резко отстранился, воскликнув:

— Я совсем забыл о твоей шее!

— Все в порядке, — быстро успокоила его Эверилл, — она почти зажила. Бесс сказала, что через пару дней можно будет снять швы.

Даже произнося эти слова, Эверилл скорчила гримаску, потому что она не скоро забудет, как ей накладывали эти швы. Ей удалось сдержаться и не закричать от боли только потому, что на нее смотрело много людей.

Ласки Кейда отвлекли ее от неприятных воспоминаний. А когда его руки сомкнулись вокруг ее груди, Эверилл застонала и закрыла глаза. Кейд дотронулся губами до ее уха и прошептал:

— Мы должны быть осторожны. Тебе нельзя делать резких движений.

Услышав эти слова, Эверилл открыла глаза и посмотрела на мужа. Шея, конечно, болела, но она так соскучилась по ласкам Кейда. Она легла на спину, уговаривая себя лежать смирно, а потом сжала простыню и замерла от наслаждения, потому что Кейд взял сосок в рот и начал ласкать его. Скоро Эверилл уже не могла лежать неподвижно, потому что его губы и язык оставили грудь и двинулись ниже, изучая пупок, живот и внутреннюю часть бедра. К тому времени, когда он развел ей ноги и стал целовать ее лоно, Эверилл дрожала от такого возбуждения и наслаждения, что не могла уже владеть собой. Ее тело непрерывно двигалось, голова металась по подушке.

— Кейд, прошу тебя, — сказала, задыхаясь, Эверилл, чувствуя, что больше не может выдержать. — Если ты не прекратишь это и будешь ласкать меня, на шее разойдутся швы.

Кейд сразу остановился и поднял голову, чтобы посмотреть на жену. Очевидно, она не шутила. Он замер и заглянул ей в лицо.