Страница 27 из 44
– Мне он не друг, Бурундукова, а тебе парень, – по-моему, одногруппник считал, что я занимаюсь не его защитой, а ерундой.
– Не придирайся к словам, – примирительно отвечала я.
– И как я ему должен про похоть сказать? Спросить, не хочет ли он переп… уединиться с девушкой? – фыркнул парень.
– Ну хоть это спроси. Он ответит «да», а ты ему с умным видом эту фразу скажешь, – отозвалась я.
Димка нагнулся ко мне, посмотрел прямо в глаза и сказал тихо:
– Маша-Маша, глупая ты.
– Наверное, – я пожала плечами, – я просто хотела помочь, потому что Денис иногда тупит и говорит ерунду. А ты, хоть и изрядная мартышка, вроде как мой друг, а я не люблю, когда моих друзей обижают. Это неправильно. Хотя ты тоже виноват, – добавила я ради справедливости. Если что, можешь ему врезать, а то он ведет себя не так дружелюбно, как всегда.
Димка хотел что-то сказать, но в это время вернулся Дэнни, и он только телефон на стол отбросил, и все. Чего-то с ним не то. Люблю всяческие перепалки и все такое, но сегодня мне хотелось, чтобы эти двое сидели тихо-мирно! Какие у меня последние сутки сумасшедшие, однако…
– Так почему вы тут встретились? – через какое-то время начал задавать вопросы брюнет радостным тоном человека, который встретил старинных друзей.
– Просто так, – отозвалась скучающим голосом Маша. – Димка мне очень помог. Принес потерянную мной тетрадь по английскому, где у меня домашка была списа… сделанная. Хм… я ее много часов делала, обложившись словарями.
– Вот как? – поднял задорный взгляд на Димку Дэн. Тот сунул руки в карманы и криво улыбнулся Смерчу. Боже, неужели это еще один человек, кроме меня, на которого обаяние Смерчика не всегда действует?
– Да. Это ему моя благодарность, но раз ты тут, ты и будешь платить, – обрадовала я Смерчинского. Тот только кивнул. Человек-щедрость.
– Я сам заплачу, – поморщился мой однокурсник, ведущий себя крайней вредно. Если бы я точно не знала, что этот парень-приколист никогда мною не заинтересуется, я бы решила, что он ревнует. Но нет, не думаю, что это могло бы когда-нибудь случиться. К тому же у него есть девушка – кто-то типа Тролля, пушистый и элегантный.
– Давайте чуть позже этот вопрос решим?
– Так как ты тут оказался, Смерч? – поинтересовался вновь одногруппник.
– А мне позвонили друзья и сказали, что мое нежное солнышко мне коварно изменяет. Я приехал. Дим, почему ты выбрал именно это место? – полюбопытствовал Дэн внезапно, оглядывая помещение. При слове «друзья» я аж дернулась. Заранее терпеть не могу всех этих шляпников-шпионов.
– А какая разница? Потому что оно мне нравится, – отозвался Чащин и, подумав, добавил. – Здесь уютно в меру и есть вкусные блюда. Особенно с сыром которые. Маше паста с сыром понравилась, – добавил она зачем-то. Я тут же кивнула. Маше вообще многое нравится. Особенно на халяву. А кафе, кстати, действительно, было милым и, как говорится, «атмосферным». Единственным темным пятном в этом светлом, вене, сине-желтом, месте были радостно вопящие, ржущие и бухающие рокеры. Что их сюда принесло – не знаю. Пошли бы лучше в какой-нибудь кабак, так нет, тоже в цивилизацию хотят. Или кабаки в это время пока закрыты и откроются ночью?
– «Сырное и ледяное чудо»… А ты сыр любишь? – полюбопытствовал Смерч.
– Ну да, а что? Это запрещено, что ли?
Дэн хлопнул Димку по спине и рассмеялся:
– Бурундук, в нашем полку прибыло, – и театральным полушепотом произнес, заинтриговав меня. – Знакомься, Рокфор.
– Кто-кто? – чуть не подавилась я от неожиданности.
– Рокфор. Роки. Усатая австрийская мышь, которая в «Чипе и Дэйле» была без ума от сыра, – тоном, которым можно было бы мультики озвучивать, добавил Денис. – Назван в честь знаменитого сыра с плесенью, воспитан кенгуру, сыр же, кстати, любит безмерно и своего друга Вжика тоже… любит.
Я рассмеялась, но, посмотрев на слегка окаменевшее лицо приятеля, замолчала. Куда он сегодня свое чувство юмора потерял?
– Парень, оборзел? – вроде бы в шутку, но с недобрыми глазами, спросил Чащин-Рокки. Быть «сыроманом» ему, похоже, не улыбалось.
– Ну, сам посуди, Мария – Чип, я – Дэйл…
– Тот самый бурундук-идиот в гавайке, который все портит, – вставил второй парень тут же.
– А ты Рокфор.
– А Гайкой будет Князева, – ляпнула я.
Дмитрий несказанно удивился, как только я произнесла фамилию Гоблинши. Хм, вроде если я не буду претендовать на Ника, я не должна испытывать к ней неприязнь, но, по-моему, от него мне будет труднее избавиться. Ну не люблю я ее, и все тут!
– А она здесь при чем, Бурундукова?
– Блондинка, волосы длинные. И вообще, она меня еще в мультике раздражала, – отозвалась я тут же. – Чип с Дэйлом за ней бегали постоянно.
– А тебя что, Оля раздражает? – вновь заинтересовался этим животрепещущим фактом Димка.
– Нет, – отрезала я. – Я от нее без ума. Жизнь за нее отдам.
– Она просто ревнует ее ко мне, – спокойно отреагировал на изумление Чащина Сморчок. – Мы с Олей с детства знакомы.
– Даже так? – еще больше поразился Димка.
– Да, а ты, говорят, хорошо знаешь Никиту?
– Какого еще Никиту?
– Кларского, с эконома.
– И что? – слегка напрягся Димкав. Я удивленно посмотрела на него
– Как что, – невозмутимо продолжал Дэнни, – Вжиком будет. Мелкой мухой. Вот и команда нам подобралась.
– Слушай, Смерчинский, – непонятно чего обозлился еще больше мой одногруппник, – заткнешь уже?
Мой якобы парень с вызовом посмотрел на приятеля и согласно кивнул головой.
– Вот и отлично. Давай, ешь, и проваливай. Я заплачу. Оставь нас в покое, Смерчинский. Без тебя было куда лучше, – с вызовом произнес Чащин.
Искра окончательно превратилась в Черную дыру.
Орел решил убраться куда подальше от двух гигантов и очутился на барной стойке. Рядом примостилось полусова-полулетучая мышь. Орел неодобрительно на нее покосился, но гордо промолчал. Летают тут всякие, смотрят, изучают…
– Что ты мне сказал?
– Я сказал…
Я, чтобы разрядить обстановку, решила все же «поблистать» своим знаниями афоризмов и повернулась к Смерчинскому, который, как оказалось, может и психовать: он при словах Димки, который, к слову сказать, недавно кидал свой телефон, так отбросил вилку, что она перелетела через стол и упала на пол с бодрым звоном.
– Смерчик, тебе секса хватает? – выпалила я громко. Какая-то бабка, сидевшая в окружении трех одинаковых на лицо пацанов, только покачала головой и начала тараторить что-то в трубку сотового телефона. Девушки рядом прыснули.
Сейчас он скажет «да» и я ему расскажу про пошлость.
– А что, девочка, – медленно перевел на меня слегка затуманенный взгляд темно-темно синих глаз Дэн, – согласна пойти со мной и изменить дефицит на профицит?
– Эй, не хами! – окликнул его Димка тут же, пока я беззвучно и, вероятно, комично, открывала рот. Нехорошие слова вертелись у меня на языке, но озвучивать я их отчего-то не могла. Хм, другой наряд и все – не могу, как следует за себя постоять. Только ноги в туфлях с непривычки затекли и ноют слегка.
– Это моя девушка. Ты что, запретишь нам…. – Смерчинский, предпоследний подонок (первым все-таки будет кто-нибудь покруче, кто-нибудь из тех, кого Сатана на первом круге ада пожирает, согласно версии Данте) не договорил. А ведь я уже готовилась к активным действиям со своей стороны.
Где-то сзади вновь раздался взрыв смеха – нет, настоящего гогота. Может быть, именно это и спасло меня от просмотра увлекательного кинофильма в режиме онлайн под названием «Разборка обладателя черного пояса по тхэквандо Дэна и мастера айкидо 10-го дана – Дмитрия». Ехидны-головастики тут же написали это на большом растяжке-плакате.
Но эти пьющие рокеры, сами того не желая, все отменили, заставив пару ушлых головастиков, уже поставивших на победителя, отказаться от ставок. Эти здоровенные парни захохотав, что-то прокричали, и Дэн вдруг оглянулся. Его темно-коричневые брови чуть сдвинулись к переносице, а глаза слегка прищурились. Он зачем-то поднялся с места.