Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 16

Оставим на время чтение для развлечения и рассмотрим два основных вида чтения — ради информации и ради понимания. Думаю, вы легко заметите их корреляцию с умением читать в целом. Более слабый читатель обычно способен только на первый способ чтения: ради информации. Более сильный, несомненно, способен на большее. Он в состоянии понять новую информацию, а не только усвоить ее. Переход от непонимания к пониманию с помощью собственного умственного усилия при чтении напоминает процесс вытягивания себя за косичку из болота. Это титанический труд. Безусловно, мы можем назвать его более активным чтением, которое предполагает не только принципиально другой уровень деятельности и мастерства в реализации различного рода задач. Очевидно также, что тексты повышенной сложности, доступные более сильному читателю, в первую очередь заслуживают и требуют именно такого способа чтения.

И наоборот, тексты, которые можно понять без особых усилий, например, газеты или журналы, требуют от нас минимального уровня чтения. Искусство здесь не востребовано, поскольку подобные тексты можно читать относительно пассивно. Каждый человек, умеющий читать, найдет для себя материалы такого рода по собственному вкусу. То, что одному дается без усилий, может требовать серьезной работы от другого. Предел возможностей каждого человека зависит от приобретенного им мастерства и связан с врожденными способностями.

Однако наша цель состоит не в том, чтобы сортировать читателей по врожденным качествам на сильных и слабых. Моя идея такова — для каждого из нас существуют два вида текстов. Первые читаются без усилий, для получения информации, поскольку не содержат ничего такого, что нельзя понять немедленно. Вторые поначалу не усваиваются полностью и требуют дополнительных усилий для их понимания. Безусловно, текст может быть совершенно недоступен для понимания. Но узнать это можно только на личном опыте, для чего придется развить навык чтения, то есть умение прилагать усилия.

Большинству из нас не известны границы собственного понимания. Мы никогда не испытывали свои способности в полной мере. Я искренне убежден, что почти все великие книги из любой области человеческой мысли доступны для понимания каждому, кто наделен обычными умственными способностями. Конечно, при условии, что они овладели мастерством, необходимым для их прочтения, и прилагают соответствующие усилия. Безусловно, более одаренные от рождения раньше достигнут цели, но «непроворным достается успешный бег».

При этом следует учитывать некоторые нюансы. Вы можете неверно судить о результатах своего процесса чтения, полагая, что поняли книгу, и довольствоваться приобретенным без усилий, тогда как на самом деле от вас многое ускользнуло. Первый принцип осознанной практики проверен временем: мудрость начинается с признания собственного невежества. Чтение как сознательное стремление понять начинается с чуткого отношения к тому, насколько понятна вам та или иная фраза.

Я вижу, что многие студенты читают сложные книги, как спортивные новости. Иногда в начале занятия я спрашиваю, полностью ли понятен им тот или иной текст. Ответом всегда становится снисходительное молчание. Но проходит два часа — и они не могут ответить ни на один простейший вопрос о книге, после чего с искренним недоумением признают собственные пробелы в понимании данного текста. Они-то искренне считали, что прочли его. Конечно, прочли, но не тем способом.

Если бы они позволили себе недоумевать в процессе чтения, а не по окончании, если бы начали подчеркивать непонятные места, а не выбрасывать их тут же из головы, быть может, им стало бы ясно, что эта книга не входит в их обычный «рацион».

Теперь пора подвести итог и четко обозначить различие двух типов чтения, поскольку граница между текстами, требующими разных способов чтения, часто бывает размыта. Мы постараемся использовать слово «чтение» в разных значениях до тех пор, пока можно будет различать эти два типа постижения текста.

Первое значение мы используем, когда говорим о чтении газет, журналов и прочих материалов, которые, в зависимости от нашего умения и способностей, осваиваются нами без каких-либо усилий. Подобные тексты могут пополнять багаж знаний, но не расширяют границы нашего понимания. Иначе мы при определенной степени чуткости и искренности испытали бы огромное недоумение и смущение от прикосновения к глубинам собственного разума.





Второе значение я сформулировал бы как необходимость читать текст, который на первый взгляд не вполне понятен. В данном случае материал для чтения поначалу превосходит уровень читателя. Автор сообщает нечто способное расширить границы его понимания. Такое взаимодействие должно быть реально, иначе ни один человек не сможет учиться у другого, устно или письменно. Под словом «учиться» я подразумеваю «понимать больше», а не запоминать новую информацию, которая по сложности не отличается от уже имеющейся в нашем багаже.

Получение новой информации при чтении — процесс несложный, если, как я уже говорил, новые факты относятся к тому же уровню доступности, что и ранее известные нам. Человек, который знает какие-то моменты американской истории и понимает их в определенном свете, читая первым способом, легко может выучить новые факты и понять их смысл по аналогии с уже знакомыми сведениями. Представим, что он будет читать исторические материалы, цель которых — не изложение фактов, а их рассмотрение в новом, более глубоком свете. Представим также, что данный текст предполагает более глубокое понимание, чем то, что доступно человеку перед началом чтения. Если он сможет достичь такого понимания, то мы расценим это как применение второго способа чтения. А сам читатель буквально вырастет в собственных глазах благодаря предпринятым усилиям. Конечно, косвенно этому поспособствует и сам автор, у которого можно чему-то научиться.

Каковы же условия для чтения таким способом? Их всего два. Во-первых, изначальное неравенство в глубине понимания текста. Автор превосходит читателя, и его книга должна в доступном для чтения виде передавать то понимание, которого он уже достиг, а его потенциальные читатели — еще нет. Во-вторых, читатель должен уметь преодолевать это неравенство, частично ли даже полностью приближаясь к уровню автора. При достижении этого уровня сообщение понимается идеально.

Одним словом, учиться можно только у тех, кто нас превосходит. Главное — знать, кто твои учителя и как у них учиться. Человек, имеющий ответ на этот вопрос, овладел искусством чтения в том смысле, который мне особенно важен. Вероятно, у каждого есть определенная способность к такому чтению. Все мы получаем тем больше, чем более ценен материал, к пониманию которого мы прилагаем усилия.

Глава третья. Чтение — это учеба

Одно из правил чтения, как вы уже видели, — это умение выделить и истолковать ключевые слова в книге. С ним связано еще одно важное правило: способность находить ключевые предложения и понимать их смысл.

Слова «чтение — это учеба» составляют предложение. Очевидно, что оно важно для нашего обсуждения. Я бы даже сказал, что на данный момент наиболее важно. Оно определяется весомостью слов, из которых состоит. К тому же эти слова имеют множество значений, что мы уже видели на примере слова «чтение». Разные значения имеет и слово «учеба», а маленькое слово «это» — настоящий чемпион по многозначности. Выходит, что данное предложение нельзя сразу опровергнуть или подтвердить. Оно имеет целый ряд смыслов, одни из которых могут быть истинными, а другие — ложными. Узнав, в каком значении я употребил каждое из этих слов, вы поймете мысль, которую я намерен передать. Тогда и только тогда вы сможете согласиться или начать спорить со мной.

Зная, что мы не рассматриваем процесс развлекательного чтения, вы вправе упрекнуть меня в неточности формулировки. Но я же не сказал «определенное чтение — это учеба». Да вы и сами скоро научитесь чувствовать эту разницу. Слово «определенное» я опустил благодаря контексту. Из него уже следовало, что чтение для развлечения нас не интересует.