Страница 9 из 17
От размышлений его оторвал звонок телефона. Дан потянулся за трубкой, лежавшей на этой же кровати.
— Алло. О, привет, Эрика! Да, тяжеловато. Вчера вечером уехали девочки. Да, знаю, через неделю они приедут снова. Просто кажется, что до этого времени еще очень далеко. Ну а что у тебя приключилось?
Он напряженно слушал. Морщина, выдающая его озабоченность и появившаяся у него на лбу еще до звонка, углубилась.
— Все так плохо? Если я могу чем-то помочь, только скажи.
Он еще немного послушал Эрику, потом медленно произнес:
— Да, конечно, могу. Точно. А ты думаешь, это поможет? О'кей, тогда я сейчас приеду.
Дан положил трубку и еще некоторое время посидел в глубокой задумчивости. Он не знал, может ли оказаться полезен, но, когда о помощи просила Эрика, всегда откликался без колебаний. Когда-то давно они были вместе, но уже много лет как являлись просто близкими друзьями. Она помогала ему во время развода с Перниллой, и ради нее он был готов на все. Патрик тоже стал ему хорошим другом, и Дан часто бывал у них дома.
Он надел верхнюю одежду и вывел из гаража машину. Дорога до дома Эрики заняла всего несколько минут.
Она открыла, как только он постучал.
— Привет, заходи, — сказала Эрика, обнимая его.
— Привет, а где Майя? — Он стал быстро оглядываться в поисках своей любимицы. Ему очень хотелось думать, что Майя тоже питает к нему особые чувства.
— Она спит. Извини. — Эрика засмеялась. Она знала, что очаровательный троллёнок далеко ее обскакал.
— Ладно, придется постараться обойтись без того, чтобы понюхать ее затылочек.
— Не переживай, она, вероятно, скоро проснется. Ну, заходи в дом. Анна лежит у себя в спальне. — Эрика показала на верхний этаж.
— Ты думаешь, это хорошая идея? — обеспокоенно спросил Дан. — Может, ей не захочется. Может, она даже разозлится.
— Только не говори, что у такого большого и сильного мужчины, как ты, дрожат коленки при мысли о гневе женщины, — пошутила Эрика, поднимая взгляд на Дана, без сомнения являвшего собой весьма приятное зрелище. — Однако я не желаю только из-за того, что сейчас сказала, снова слушать о Марии, которая считает, будто ты похож на Дольфа Лундгрена. Учитывая, что она думала, будто Э-Типа[6] действительно зовут Э-Типом, я бы на твоем месте ее по доброй воле не цитировала.
— Но я довольно-таки похож на него, разве нет? — Дан принял театральную позу, но сразу рассмеялся. — Однако, пожалуй, ты права. Да и с «пупсиками» покончено раз и навсегда. Просто требовалось время, чтобы победить эту привычку…
— Да, мы с Патриком мечтаем увидеть возле тебя подругу, с которой будет о чем разговаривать.
— Ты хочешь сказать, учитывая высокий интеллектуальный уровень этого дома… Как, кстати, обстоят дела с «Отелем „Парадиз“»?[7] Твои любимцы еще на месте? Кто дойдет до финала? Как преданный зритель, ты могла бы сообщить мне последние новости об этой высококультурной программе, интригующей твой жаждущий знаний мозг. А Патрик мог бы немного рассказать о ситуации в первенстве Швеции по футболу. Там ведь прямо высшая математика.
— Ха-ха-ха… Согласна. — Эрика хлопнула его по руке. — А теперь пойди наверх и сделай доброе дело. Может, мне наконец удастся найти тебе хоть какое-то применение.
Дан начал подниматься по лестнице, продолжая беседу через плечо.
— Ты уверена, что Патрик понимает, что он делает? Думаю, мне надо поговорить с ним на тему о том, насколько целесообразно вести тебя к алтарю.
— Очень остроумно… Вали наверх!
Преодолевая последние ступеньки, Дан резко прекратил смеяться. Он почти не виделся с Анной с тех пор, как она вместе с детьми поселилась у Эрики с Патриком. Как и все остальные жители Швеции, Дан следил за ее трагедией по газетам, но каждый раз, когда он навещал Эрику, Анна уклонялась от встречи с ним. По словам сестры, она большую часть времени проводила, запершись в спальне.
Дан осторожно постучал в дверь. Ответа не последовало, и он снова постучал.
— Анна? Это Дан, можно мне войти?
Ему вновь не ответили. Он стоял перед дверью в нерешительности. От этой ситуации ему было несколько не по себе, но он обещал Эрике попытаться помочь и теперь должен сделать все, что в его силах. Дан вдохнул поглубже и открыл дверь. Анна лежала на кровати, но было ясно, что она не спит — ничего не видящие глаза устремлены в потолок, руки крепко сцеплены на животе. Когда он зашел, Анна даже не взглянула в его сторону. Дан присел на край кровати. По-прежнему никакой реакции.
— Как дела? Как ты себя чувствуешь?
— А как тебе кажется по моему виду? — спросила в ответ Анна, не отрывая глаз от потолка.
— Неважно. Эрика за тебя волнуется.
— Эрика всю жизнь за меня волнуется.
— Да, тут ты права. — Дан улыбнулся. — В ней есть что-то от наседки, правда?
— Это точно, — ответила Анна, переводя на него взгляд.
— Но она хочет тебе добра. И сейчас волнуется чуть больше обычного.
— Да, понимаю. — Анна вздохнула. Продолжительный глубокий вздох, казалось, выпустил из ее тела далеко не только воздух. — Я лишь не знаю, как мне из этого выбраться. Вся энергия словно исчезла. Я ничего не чувствую. Совсем ничего. Ни горя, ни радости. Просто ничего не чувствую.
— Ты с кем-нибудь разговаривала?
— Ты имеешь в виду психолога или что-то подобное? Эрика с этим ко мне тоже пристает. Но я не могу себя заставить. Сидеть и разговаривать с совершенно посторонним человеком. О Лукасе. О себе. Мне с этим просто не справиться.
— А что, если… — Дан засомневался и даже заерзал на месте. — А что, если тебе немного поговорить со мной? Конечно, нельзя сказать, что мы друг друга прекрасно знаем, но я ведь и не совсем посторонний.
Он умолк, напряженно ожидая ответа. Ему очень хотелось, чтобы она согласилась. Вид ее исхудавшего тела и загнанного выражения глаз вдруг пробудил в нем инстинкт защитника. Она так похожа на Эрику, хотя и не совсем — более боязливая и хрупкая.
— Даже… не знаю, — с сомнением сказала Анна. — Я не знаю, что говорить… с чего начать.
— Для начала мы можем пойти прогуляться. Если захочешь, будем разговаривать по пути. Не захочешь — просто пройдемся. Как тебе такая идея? — В его голосе слышалась заинтересованность.
Анна осторожно приподнялась и села. Немного посидев спиной к нему, она встала.
— Ладно, пройдемся. Но только пройдемся.
— О'кей, — кивнул в ответ Дан.
Он спустился вниз раньше Анны и бросил взгляд на кухню, где гремела посудой Эрика.
— Мы пойдем погуляем, — прокричал он и уголком глаза отметил, как Эрика напряглась, делая вид, что в этом нет ничего особенного.
— На улице немного прохладно, так что лучше надень куртку, — сказал он Анне, которая послушалась его совета, набросила бежевое полупальто с капюшоном и обмотала вокруг шеи большой платок цвета слоновой кости.
— Готова? — спросил он, сам чувствуя, что вопрос получился с подтекстом.
— Думаю, да, — тихо ответила Анна и вышла за ним на весеннее солнце.
— Послушай, неужели к этому можно привыкнуть? — спросил Мартин уже в машине, на пути во Фьельбаку.
— Нет, — коротко ответил Патрик. — Во всяком случае, я на это надеюсь. Иначе придется сменить работу.
Поворот в местечке Лонгшё он преодолел на слишком высокой скорости, и Мартин, как всегда, судорожно ухватился за поручень над окном. Он взял себе на заметку: надо будет предупредить новенькую, чтобы не садилась в машину к Патрику. Впрочем, уже слишком поздно. Она ведь утром выезжала с Патриком к месту ДТП и, вероятно, успела получить первую порцию ощущений близкой смерти.
— Как она тебе? — спросил Мартин.
— Кто? — Патрик казался немного более рассеянным, чем обычно.
— Новенькая. Ханна Крусе.
— Ну, вроде ничего…
— Но?
— В каком смысле? — Патрик повернулся к коллеге, что заставило того еще крепче ухватиться за поручень.
6
Имеется в виду популярный шведский артист Бу Мартин Эрик Эрикссон, выступающий под псевдонимом Э-Тип.
7
Реалити-шоу, демонстрирующееся по шведскому ТВ.