Невеста вампира

– Алиса, – позвал он.

В его тоне прозвучало что-то новое, и девушка, видимо, уловила это изменение, потому что по её щекам заструились слёзы. Шивон достаточно хорошо знал женщин, чтобы понять – это были отнюдь не слёзы счастья. Что же их вызвало?

– Раскуй меня, любимая. Пожалуйста, – взмолился он. Его голос был наполнен нежностью. Он так хотел погладить её лицо. Возможно, даже слизать эти слезинки. Обнять её и извиниться за всё, что натворил до сих пор.

Она вытерла лицо тыльной стороной ладони и отрицательно покачала головой. Её подбородок подрагивал, и она медленно опустила взгляд обратно на его член.

– Нет, – сказала вампир решительно.

– Тогда разденься для меня, – попросил Шивон. Позже ещё будет время, чтобы он смог убедить её в своих новых чувствах. А сейчас, всё что он скажет, скорее всего, будет расценено как ложь, с помощью которой он пытается вырваться на свободу. – Позволь мне попробовать тебя на вкус, как ты пробуешь меня.

Но Алиса снова покачала головой, несмотря на то, как заинтригованно и страстно сверкнули её глаза. Она прикусила нижнюю губу, и ему невероятно захотелось сделать то же самое.

– Прошлый раз я получила полное удовлетворение, а ты – нет, – сказала девушка. – На этот раз будешь удовлетворён ты, а я – нет. Сравняем счёты, Шивон, помнишь?

– Алиса! – взмолился Шивон.

О, да. Он причинил ей ужасную боль, и сейчас ненавидел себя за это.

– Нет!

– Хорошо, держи меня в цепях, но, по крайней мере, позволь тебя поцеловать. Куда угодно. Можешь сама выбрать куда. Твои губы… груди… между ног… Я не получу удовольствия, если ты не позволишь мне этого сделать.

Её зрачки расширились, приводя Шивона в восторг.

– Ты на самом деле не хочешь доставлять мне удовольствие, – возразила она, и в её тоне ещё явственней сквозила боль.

– Хочу. Тебе и никому другому, – уверял её нимф. Он не мог объяснить эту перемену в своём отношении даже себе самому. Но в этот момент мужчина точно знал, что изменился и стал другим. «Позже», – сказал он себе снова. Позже, когда их взаимная страсть будет утолена, он продумает всё до конца. – Если ты хочешь, чтобы я умолял, я буду умолять.

Она отвернулась, будто не могла вынести его взгляда.

– Ты был всем для меня, единственным кого я когда-либо хотела. Всё, что я делала, я делала для тебя. Даже научилась сражаться, чтобы быть рядом с тобой. Чтобы ты знал, что я могу за себя постоять.

– Ты прекратишь это делать немедленно!

– Ласкать тебя? – уточнила она, выгнув одну из своих изящных бровей.

– Сражаться.

Шивон хотел, чтобы Алиса была в безопасности. В его постели. Подальше от военного образа жизни, который вела. Ему нравилась мысль, что он сам будет защищать свою женщину.

Девушка скользнула языком ему в пупок. Слеза скатилась с её щеки и упала ему на живот. Это зрелище едва не заставило нимфа окончательно потерять самообладание.

– Алиса… – прошептал Шивон.

– Мне не стоило ставить тебя превыше своих собственных потребностей и желаний. Какая же я дура!

– Ты не дура. Но твоё благополучие и счастье действительно важнее моего, – сказал нимф. – Всегда. Скоро я тебе это докажу.

Ещё одна слеза последовала за первой.

– Что ещё ты сделала для меня? – спросил он нежно.

Вампир внезапно вскинулась и зло зашипела, обнажив удлинившиеся клыки.

– Что, твою мужскую гордость тешит рассказ о том, как бедная, маленькая и безнадёжно влюбленная в тебя Алиса, выворачивалась на изнанку, чтобы обратить на себя твоё драгоценное внимание?

– Нет. Просто это поможет мне лучше понять, что я должен сделать, чтобы отплатить тебе за всё и компенсировать своё былое пренебрежение. Сравняем счёты, как ты сказала.

На её лице отразилось потрясение, и рот от удивления приоткрылся. Впрочем, вампир так быстро захлопнула его, что аж клацнули зубы, и в её глазах полыхнуло бешенство.

– Хочешь знать? Прекрасно! Ты отказывал мне раз за разом. Спустя некоторое время я лишилась всякой надежды на взаимность. Я даже взяла себе другого любовника. Потом ещё одного. И ещё. Ты можешь мне это компенсировать? Сделать меня нетронутой ими? – прорычала она.

О, эти слова ему абсолютно не понравились. Шивон не хотел думать о своей прекрасной женщине в объятьях другого мужчины.

– Нет, – мягко признал он. – Всё, что я могу сделать, это приложить все усилия, чтобы ты забыла об этом. Хотя, к сожалению, я и не был твоим первым мужчиной, мои прикосновения заклеймят тебя навсегда, и я стану твоим последним и единственным.

– Ты обхаживал тысячи женщин, – горько продолжала она, – развлекался, смеялся. А я плакала каждый раз, когда видела тебя с другой, каждый раз, когда отдавалась другому. Ты и это сможешь мне возместить?

Его живот болезненно сжался, будто в него вонзили ножи.

– Мне так жаль. Так ужасно жаль. Если бы только я мог вернуться назад…

У неё больше никогда не будет причин для слёз. Чего бы ему это не стоило, отныне и впредь эта женщина будет знать только смех и радость.

А что, если завтра кровавые кошмары и сопровождающие их крики вновь вернутся с прежней силой и больше не будут приглушены?

Это уже не имело значения. Они могли пронестись через него настоящей бурей, взрывая мозг молниями и громом, но он никогда не оставит Алису. Теперь она была слишком важна для него. Ради неё он вынесет всё! Ведь она пошла ради него на всё, едва ли не на смерть.

– Как-нибудь, каким-то образом я заставлю тебя забыть всё пережитое. Я клянусь, – пообещал Шивон.

– Я надеялась, – продолжала девушка, словно не слышала ничего, сказанного им, – что любовники, которых я себе брала, научат меня, как лучше всего доставить удовольствие мужчине. Я думала, что если бы знала, как тебя удовлетворить, ты захотел бы меня. – Она снова горько рассмеялась сквозь слёзы. – Но ничего не вышло, не так ли? Ты, в конце концов, впустил меня в свою постель, но тебе было ненавистно каждое мгновенье, проведённое со мной.

– Алиса, – начал нимф снова, но остановился. Как он мог объяснить, что она всегда напоминала ему худший день его жизни, и при этом не обидеть её ещё сильнее? – Той ночью, которую я провёл с тобой… Я был в очень мрачном и опасном настроении. Тогда абсолютно никто не смог бы доставить мне удовольствие.

– Твоя женщина смогла бы.

Ещё час назад он бы согласился.

– После той ночи я следил за тобой днями напролёт, – признался Шивон.