Страница 14 из 30
— Ты слышал о гордыне? Это очень большой грех. Боюсь, что когда-нибудь ты свалишься с небес на землю. Конечно, будет довольно болезненно, но зато ты снова окажешься с нами, с простыми смертными.
Роберт рассмеялся и принялся собирать посуду.
— Если это случится, ты сможешь первой сказать мне: я же тебя предупреждала! — поддразнил он, ставя миски в посудомоечную машину. — Ну ладно. Я, пожалуй, снова займусь расчисткой дорожек. Если хочешь, присоединяйся.
Кэролайн покачала головой.
— Эта работа требует больше силы, чем ума. Поэтому я полностью предоставлю ее тебе. А я вернусь к моим черепкам, — ответила она, сладко улыбнувшись, и направилась в кабинет.
Ей снова представилось, как он смеется ей вслед, и по спине пробежали мурашки.
Поднявшись наверх, Кэролайн далеко не сразу принялась за работу. Ей нужно было хорошенько подумать над их последним разговором. Итак, Роберт твердо намерен не иметь никаких привязанностей, не испытывать никаких чувств.
Неожиданно вспомнилась более ранняя беседа, и Кэролайн увидела в его высказываниях явное противоречие. Роберт крайне презрительно относится к слабому полу, считая женщин существами непостоянными, не способными на настоящие чувства, то и дело падающими в объятия проходящих мимо мужчин. При этом объясняет причину столь нелестной характеристики тем, что они видят в нем всего лишь средство для получения денег.
Кэролайн стала вспоминать мельчайшие подробности предшествующих разговоров. Как-то Роберт сказал, что не женщина сделала его холодным и циничным. Теперь же она начала думать, что причина именно в этом. Он делает вид, что ничто не может его задеть, при этом ненароком демонстрирует, что не так равнодушен, как хочет казаться. Роберт самый настоящий человек — добрый и заботливый, способный понять и помочь.
Тогда почему же старается произвести прямо обратное впечатление? Не потому ли, что когда-то ему причинили сильную боль и он решил всеми силами избежать повторения?
Если так, то все противоречия легко объяснимы. Некогда Роберт доверился кому-то, и его предали. После чего ему пришлось возводить укрепления, которые со временем превратились в непробиваемую стену.
Да, конечно, объяснение — это очень хорошо, но помощи от него никакой. Судя по всему, Кэролайн полюбила человека, который твердо вознамерился никогда больше не поддаваться чувствам, и нет никакого способа переубедить его. Ну что ж, если она не в силах заставить его полюбить, остается только надеяться, что Роберт захочет провести с ней больше, чем два дня. Конечно, всегда может произойти чудо, но в это Кэролайн верилось с трудом. Земная любовь далеко не всегда способна отыскать дорожку к сердцу.
Пусть ей не решить свою проблему, зато, возможно, удастся хоть как-то помочь Роберту. В любом случае, гадать бесполезно. Лучше приняться за дело: вон еще сколько осталось, сказала себе Кэролайн, стараясь отвлечься от посторонних мыслей.
Еще до вечера она успела склеить последнюю миску, и теперь коллекция керамики сияла в своей первозданной красоте. Кэролайн давно не чувствовала себя так хорошо: ей казалось, что мир улыбается вместе с ней!
Вприпрыжку спустившись с лестницы, она натянула пальто и выбежала на улицу, чтобы порадовать Роберта. Она нашла его в саду, где он разгребал снежные завалы. Незамеченная, она позволила себе несколько минут полюбоваться его сильными и уверенными движениями. Возможно, Роберт Кендалл и не самый красивый мужчина на земле, но почему-то ее приводит в восторг даже то, как он обращается с лопатой. Значит, дела мои совсем плохи! — не могла не посмеяться над собой Кэролайн.
Неожиданно Роберт поднял взгляд, словно почувствовал ее присутствие. А может, просто у нее снег под ногами скрипнул... Он выпрямился и оперся о лопату.
— У тебя вид, как у кошки, налакавшейся сливок, — весело произнес он. — Ты что, уже все закончила?
— Угу. Все посудины, как новенькие, ждут не дождутся, когда их поставят на законное место.
— По-прежнему собираешься уезжать завтра?
Она бы осталась, попроси Роберт об этом. Но ведь он не попросит... Ни теперь, ни когда-либо потом.
— Ну да. Я же все сделала, — просто ответила Кэролайн.
— А как насчет нас с тобой? Между нами не все еще кончено, — мягко напомнил Роберт, и при этих словах сердце ее дрогнуло.
— Быть может, лучше оставить все как есть? — предложила она с улыбкой.
Роберт воткнул лопату в сугроб и сложил руки на груди.
— Для меня не лучше! — Компромиссы его явно не устраивали.
Кэролайн пришлось приложить немало усилий, чтобы не выразить бурной радости по поводу такой горячности. Обхватив себя руками за плечи, она задумчиво произнесла:
— Не знаю, но, по-моему, у женщины должна быть тайна. Наверное, мне стоит уехать и оставить тебя гадать, что же ты утратил... — Слова ее были прерваны хриплым рыком, сорвавшимся с его губ. — Ну, ну, мальчикам, которые не умеют себя сдерживать, нельзя позволять поступать по-своему.
Черные глаза опасно блеснули, когда Роберт быстрым шагом приблизился к ней.
— Но я не мальчик, и скоро ты сама в этом убедишься, — пообещал Роберт, недобро улыбаясь и не скрывая своих намерений.
Кэролайн в панике замерла, но через мгновение уже бежала по заснеженной целине, глубоко проваливаясь в сугробы. Она заметила слева от себя тропинку и устремилась к ней.
— Нет, Кэрри! — резко крикнул Роберт, но она не обратила внимания.
В тот же миг земля ушла у нее из-под ног, и Кэролайн с громким криком упала на что-то твердое. Через несколько секунд Роберт опустился на колени рядом с ней.
— Все с тобой, милая? Ты не ушиблась? — Судя по голосу, он был по-настоящему встревожен. — Кэрри, ответь мне!
Поскольку молодая женщина молчала, Роберт начал ощупывать ее в поисках возможных увечий.
— Что случилось? — прошептала Кэролайн, когда сознание вернулось к ней.
Роберт облегченно вздохнул.
— Лед, вот что случилось! Это не тропинка, а замерзшее русло ручья. Ты уверена, что все в порядке? — обеспокоенно спросил он, помогая Кэролайн подняться.
— Уверена. Все в порядке, если не считать того, что я неделю, наверное, буду хромать, — поморщившись ответила она, когда переступила с ноги на ногу.
— Я всегда могу... — начал было Роберт, но Кэролайн, заметив коварный блеск в черных глазах, перебила его:
— Нет, не можешь! Ни одна часть моего тела не нуждается в лечении поцелуями, покорно благодарю.
Он даже не стал лгать, что собирался предложить совсем другое, лишь, ухмыльнувшись, заметил:
— Только не смотри на меня так, будто это я уронил себя.
— Да, но ты бы с радостью сделал это, будь такая возможность, — выпалила она.
Роберт нагловато улыбнулся.
— Милая, я, конечно, хочу, чтобы ты оказалась лежащей на спине. Но поверь мне, есть и более удобные способы добиться этого.
Всякий раз, когда он называл ее «милая», по всему телу Кэролайн пробегала дрожь.
— Не сомневаюсь, что тебе известны все тонкости искусства обольщения, — ответила она, чем вызвала его немалое возмущение.
— Ты так говоришь, будто я какой-нибудь Дон Жуан наших дней! — запротестовал Роберт, но насмешливый взгляд Кэролайн ясно дал понять, что ее так просто не проведешь.
— Ну, по сравнению с тобой Дон Жуан отдыхает, проворковала она и только тут заметила, что он как-то странно смотрит на нее. — Что такое? — смутившись спросила Кэролайн.
Лица их были так близко, что они чувствовали теплое дыхание друг друга. Роберт нежно погладил ее по щеке.
— Просто подумал, как мне нравится, когда ты улыбаешься.
Неожиданно Кэролайн стало не до улыбок.
— Ты выбрал удивительно подходящий момент, чтобы поделиться своим наблюдением. Мы стоим по колено в снегу, рискуя подхватить пневмонию, — почти прошептала она.
Роберт обнял ее за плечи и прижал к себе.
— Тебе холодно?
— Только снаружи, — тихо ответила Кэролайн, и на его губах появилась улыбка.
— Хорошо, потому что я как раз собрался тебя поцеловать, — хрипло и вместе с тем нежно сказал Роберт, наклоняясь над ней.