Страница 8 из 66
Обернувшийся на прикосновение к плечу, костяк уставился прямо на Опалина своими черными глазницами. Внутри черепа тускло сверкнуло, туманное пламя чуть разгорелось, брызнув зелеными искрами. Опалина еще раз передернуло от внушаемого собеседником страха.
«Хорошо хоть, что по моему лицу ничего невозможно прочесть, за отсутствием оного». Опалин мысленно отметив свою очередную плоскую шутку, сокрушенно вздохнул. Похоже, нервного срыва ему не избежать. И хорошо бы только этим и отделаться.
Матусевич предупреждал, что когда человек начинает излишне часто и окончательно не умно шутить, да еще над предметами, совершенно неподходящими для этого, то вскоре ему, шутнику, придется пить прописанное успокоительное, а лучше всего будет полечиться стационарно, под наблюдение опытного и внимательного психиатра.
О том, какие формы принимает здесь стационарное лечение, думать совершенно не хотелось.
Собеседник, тем временем, все также недвижимо пялился на Опалина своими бессодержательными глазницами. Не предпринимал никаких действий и не высказывал ни малейшей заинтересованности в разговоре.
«Бесспорно, так и будем смотреть друг на друга, до звучания труб пятого, шестого и седьмого ангелов. Как же мне инициировать диалог?»
Опалин непроизвольно потянулся потереть висок, что делал всегда в моменты тяжелых размышлений. Стоящий напротив, скелет, с кратким запозданием повторил его жест.
«Ага!» — обрадовался Владимир Анатольевич — «Похоже, что-то у меня получается!».
Ткнул себя фалангой в грудину, широко развел руки, охватывая жестом темный двор, помахал расслабленно кистями перед надпереносьем, выражая свое абсолютное непонимание, окружающей его среды. Костяк с еле заметным запозданием повторил его жесты, неосторожно задев, при зеркальном воспроизведении движений, ближайших соседей. Те, при развороте к Опалину, затронули еще, стоящих поблизости, скелетов. Сейчас уже десять темных провалов на желтых черепах внимательно следили за Опалиным, мерцая во мраке зелеными огнями.
Не ждавший столь бурного развития общения со здешним контингентом Опалин испуганно отодвинулся на один шаг назад. Скелеты — «собеседники» воспроизвели его движение без малейшего запоздания. Находившиеся за спинами отступивших вспять скелетов, костяки, затронутые при выполнении этого слитного маневра пятерки, начали поворачиваться к Владимиру Анатольевичу, запуская цепную реакцию в рядах мертвого воинства.
Вскоре, не мене сотни скелетов, смотрело пустыми глазницами на Владимира Анатольевича, мерцая зеленым пламенем в черепах. Оторопевший, от совершенно неожидаемого им эффекта, вследствие своих поступков Опалин, защищаясь от не прошеного внимания к своей персоне, нечаянно вытянул в жесте отвержения руки перед собой, ладонями наружу. Тут же, целостным движением, не отклоняясь и на йоту, находящиеся перед ним скелеты повторили его жест.
«О, черт!» — простонал про себя Опалин, мысленно кляня свое неосторожное стремление наладить общение.
«Вот этот-то точно, незамеченным не пройдет, у здешнего начальства».
И в совершенно удрученный произошедшим, в расстроенных чувствах, сел на землю. Целостным движением, лязгая позвонками и пощелкивая стершимися суставами, подымая кратковременные вихри пыли, огромная толпа скелетов повторила его действие, сев на каменные плиты двора. Сломав безмолвие двора движениями тысячи, трущихся друг о друга, суставов и создавая кошмарную картину достойную гравюр Гойи.
«Ммм-ать!».
Глава 2
Если посмотреть на южный материк сверху, с высоты птичьего полета, то прекрасный вид внизу заставит вас замереть в полном восхищении от увиденного. Великий поэт и мудрец прошедших великих эпох, высокородный асс`Матолар, однажды пролетал над материком, восседая в высоком седле, закрепленном на спине костяного дракона. Привстав в седле, в экстазе от прекрасного зрелища, он принялся декламировать складываемые им на ходу строки своей будущей поэмы. Но, на его беду, дракон потерял восходящий поток воздуха, резко покачнулся, выравниваясь и не заметив выпавшего всадника, продолжил полет. Так и прилетел дракон в Марнийское королевство с дорожной сумкой поэта, свитками рукописей в кожаном тубусе и пустым седлом с небрежно болтающимися по сторонам страховочными ремнями.
Поклонники таланта поэта, расстроенные великой потерей гения слова, пытались обвинить в данном несчастном случае Службу Воздушных Перевозок Полночной империи и стребовать возмещение морального ущерба на переиздание его лучших поэм. Но, лучшие адвокаты Гильдии Защитников, смогли доказать необоснованность их претензий к СВП. В инструкции по управлению Костяными драконами было категорически указанно на необходимость «закрепиться пассажиру транспортного средства, ремнями специальными пассажирскими, работы мастера Клуутола» и «Ни в коем случае не вставать с седла во время полета». Говорят, потом наследники асс`Матолара выкупили данного дракона у службы перевозок Полночной империи и с тех пор он стоит у входа в их родовой замок, покрытый «каменным» лаком. Как памятник великому поэту. С тех пор, прозрачное до самого дна и очень красивое озеро южного материка в королевстве Марна, в которое упал асс`Матолар и зовут Последним Приютом Поэта. Или, как именуют злые языки, озеро Последнего Полета.
На материке вообще много очень красивых мест и названий. Огненный хребет, Стальные горы, Счастливая равнина и река Небесное отражение лишь некоторые из них. Но, есть и довольно мрачные и страшные на слух и на вид. Это — Костяной замок, Мертвый двор, Смертная долина и Покинутые города.
Расположены эти реки, долины, хребты, замки и дворы в разных государствах и странах южного материка. Но только два государства из многих, претендуют на наиболее полный набор достопримечательностей. Названия этих государств — герцогство Арнарское и Полночная республика. Когда-то эти государства составляли единое целое — огромную по протяженности Полночную империю Арнар, над которой не заходило солнце. Но вот уже более двухсот лет, ни было более непримиримых врагов, чем эти две державы. Истинные причины раскола, давно потерялись в пыльных глубинах архивов тайных служб враждующих государств и стерлись из людской памяти. Один из Темных источников Стихий обратился во враждебный всему живому гейзер пламени и старое поколение магов, чье долголетие было завязано на баланс энергий обоих источников, в один прекрасный момент, дружно ушли за Грань. Маги Жизни, бравируя своей независимостью от Темных источников, тоже не протянули этих двухсот лет. Разладилось что-то в гармонии сфер этого мира. Не осталось ни кого из тех поколений. Некому было рассказать, и некого было спрашивать. Лишь в университете и академии Стихий герцогства читался короткий курс лекций истории Полночной империи, основанный на мемуарах умерших очевидцев давней смуты и открытых для общего ознакомления архивных документах.
Битвы, враждующих между собой сограждан империи, когда-то собирающие на полях баталий многотысячные армии, постепенно выродились в локальные конфликты и пограничные стычки. Накал сражений погас под потоками крови, пролитой в многочисленных схватках.
Ныне непримиримые враги встречались с улыбкой на устах и отравленными кинжалами за спинами за столами переговоров, стараясь утопить противника в потоках лживых речей. Особо яростные схватки, прикрытые сверху бархатом условностей, происходили на дипломатических поприщах и в торговых областях. Правда, иногда терпение одной из сторон кончалось, и пара небольших отрядов враждующих государств, численностью в роту или эскадрон Полночной республики и рейдерных штурмрот или диверсионных спецгрупп герцогства, сходились грудь в грудь, померяться силами. Но это были не прошлые эпические сражения и не прежние доблестные рыцари войны, Люди Стали. Это в настоящее время именовалось пограничным конфликтом или «ошибкой в маршруте движения командующего офицера при изменении дислокации подразделения». Командиров отрядов показательно, с шумом, громкими и грозными повелениями Сенатов обоих государств, наказывали, понижая в звании. Затем, вскоре, без шума и помпы переводили с повышением в другую прецепторию. А легионы и дивизии, по-прежнему оставались в казармах и летних лагерях.