Страница 29 из 66
Кузнец Самар торжествующе поглядел на Опалина, сидящего напротив. Владимир Анатольевич виновато развел руками — сауру Самару он поверил. Месяц самостоятельного блуждания по Покинутому городу и рядом с ним, навел его на мысль, что здесь, в этом мире, все не так просто, как кажется. По крайне мере, культ Всеблагих Защитников, возник не на пустом месте. Да и вера в других богов. Несколько раз, в безлунные ночи, он чувствовал на себе чей-то невыносимо тяжелый, буквально пригибающий к земле, недобрый взгляд. Даже посреди пустынной городской площади. А морок глухой, каменной стены, на одной из улиц города? Опалин уже развернулся и собрался искать обход неожиданного тупика, не должного существовать по всем правилам застройки городов, прямо на одной из центральных улиц. Как грохот рушащегося здания за спиной, заставил его быстро обернуться. Когда облако серой пыли осело, монолитной стены, сложенной из огромных, массивных блоков, впереди не было, а перекрывая улицу, высотой этажа в три, перед ним возвышалась груда обломков обрушившейся высокой башни.
Он прикинул тогда, что если бы не мираж стены, то из-под завала ему пришлось бы выбираться минимум дня три. И вряд ли обошлось бы без повреждений скелета. Вопрос, кто создал мираж и не пустил его под обвал, остался открытым.
А находка в подвале затопленного дома? Вот кто бы в здравом уме, без особой в этом необходимости стал нырять в мутную и грязную воду, заросшую тиной? Не зная точно, что под водой скрывается дверь в сокровищницу, лезть в полу котлован, в полу болото, с обваливающимися целыми глинистыми пластами, от легкого прикосновения, краями?
Опалин тогда, влекомый странным, неясным зовом, с оглядкой приблизился к затопленному котловану, возле неустойчиво покосившегося здания. Внимательно осмотревшись, на случай присутствия Бродячих Псов, он не увидел ничего стоящего его внимания и собирался уже уходить. Но ноги не послушались, а зов, наоборот, усилился. Пришлось нырять в неприятную даже на вид воду. Прямо в доспехе. Были причины. Когда вынырнул с добычей в руках, то зло выругался, от сильной досады. Причины, целых три, сидели почти у края воды.
На краю котлована, его терпеливо дожидалась тройка Бродячих Псов. Кошмарная смесь нескольких скелетов умерших и поднявшихся собак. Массивные в кости монстры, с тяжелым, клиновидным черепом. Медлительные, но с невероятно крепким костяком и зубами, рвущими металл как бумагу. При первой встрече с этими порождениями извращенной не жизни, Опалин мгновенно лишился наголенника левой ноги, просто и незатейливо, откушенного одним из этих собачьих монстров. Владимир Анатольевич, взбешенный потерей части доспеха и несколько напуганный неожиданным нападением агрессивного костяка пса, быстрым движением расколол хребет монстра. Из-за угла соседнего дома, тут же, приковыляли еще две, не мертвые собаки. Тогда-то и выяснилась их неприятная особенность охотиться тройками, сила челюстей и прочность скелета. Можно сказать, что он даже «запыхался», уворачиваясь от собачьей нежити, сильными ударами дробя их толстые кости. В итоге странной, без звучной битвы, он лишился еще и правого наруча, а на рукояти шестопера остались глубокие борозды от клыков монстров.
Агрессивное поведение мертвых псов очень удивило Владимира Анатольевича и заставило его, передвигаться дальше, по Покинутому городу, с оглядкой и осторожно. Ранее он шагал по городу, ровно на прогулке. До встречи с костяной собакой, все не мертвые скелеты послушно замирали перед ним, в полной готовности выполнить его любое приказание. Как это становилось ему ясным, было не понятно, но приятно. Самолюбие тешило. Соответственно, он и расслабился. За что тут же был наказан нападением тройки не мертвых псов. Скорее всего, в псах что-то осталось от когда-то живых тварей. Возможно, они каким-то образом чуяли, что он не совсем, истинный не мертвый скелет.
Вот и сейчас псы угрожающе сдвинулись к самому краю котлована. Крепко уперлись лапами в землю. Все-таки вода их отпугивала и в сам котлован они не лезли. В черепах собак быстро вспыхивали и гасли зловещие зеленные огни. Если бы они были живыми, то сейчас их шерсть стояла бы дыбом, из горла неслось глухое, угрожающее рычание. А с оскаленных клыков капала пена.
Самое обидное в этом случае было то, что не было никакой возможности развоплотить их как костяных коней или обычных скелетов.
Не цеплялись их нити, скрепляющие кости скелетов собак, нитями Опалина, как он не старался. Наоборот, тонкие ленты зеленых щупальцев псов, сами старались впиться в его основу и жадно выпить всю энергию. Их мерзкие, колющие холодными иглами кости его скелета прикосновения, были похожи на жалящие укусы насекомых. Владимиру Анатольевичу с трудом удалось отцепить, впившиеся в него тонкими жалами, жадные щупальца.
Тогда он потерял, почти половину своей энергии. Положение было бы катастрофичным, если бы не сотни бродящих по городу костяных батареек, с радостью отдающих ему свою энергию. Очень неприятным моментом, при такой «подзарядке», являлся гнилостный, затхлый вкус поглощаемого и его скудность. Но больше, приносить в жертву людей ради получения энергии, Опалин не собирался.
«Ну, или это будут уж совершенно отъявленные душегубы, достойные самой мучительной смерти» лукавил он сам с собой.
Вдалеке, редко, раз пять за почти тридцать дней, мелькали, прижимающиеся к земле, тихо крадущиеся фигурки местных мародеров. Осторожно, с разумной опаской, пробирающихся по развалинам домов Покинутого города. Мгновенно исчезающих в дырах стен и темных дверных проемах пустых домов, при появлении с рядом ними бессмысленно бродящей нежити.
Шатающихся бесцельно скелетов по улицам, захламленных, засыпанных многолетним мусором, обломками выпавших из стен кирпичей, истлевших каркасов телег, карет, матерчатых навесов над входами в лавки, было довольно таки много. Создавалось устойчивое впечатление, что бывшие местные жители, абсолютно никто, ни один человек, не успели покинуть во время непостижимого катаклизма город и теперь вечно склонялись по улицам и переулкам. Слишком уж их было огромное количество. Будто покойники, со всех окрестных кладбищ, сюда на жительство перебрались.
В сами дома, не мертвые не заходили, предпочитая оставаться на широких улицах или сбиваться в плотные толпы на просторных площадях и перекрестках. Замирали надолго в неподвижности. Заносились разнообразным мусором, несомым ветром. Потом вдруг, неожиданно, распадались на хаотично движущиеся одинокие костяки, что бы через пару часов, вновь собраться на другой площади или перекрестке. Нелогичное даже для не мертвых поведение.
Особенно пугали небольшие скелеты детей, при жизни лет шести — девяти, с истлевшими тряпичными куклами и рассыпающимися от времени медвежато — зайцами в руках. Они, наоборот, в отличие от более «взрослых» скелетов, неподвижно стояли в глубокой тени, прячась от солнца. Один из маленьких скелетов вверг Владимира Анатольевича в долгий ступор, зажав между ног деревянную палку и попытавшись проскакать по улице, размахивая настоящим ржавым мечом. Сухие кости маленьких ног заплелись, малолетний нежить упал. Ржавый меч проскрежетал по тонким ребрам, проклюнувшись зазубренным жалом в районе худой поясницы. Скелетик поднялся, чуть-чуть постоял. Не обращая внимания на дзинькающую по костям железяку, куда-то побрел, сгорбив плечи и уныло опустив череп. На ходу, он пару раз провел в районе бывшего носа желтой кистью маленькой руки.
Мародеры, таких скелетиков и места большого скопления нежити обходили далеко за пару кварталов. Хотя, если проанализировать поведение костяков, то живыми они здорово и не интересовались. Реагировали, это да. Шли за ними. Но преследование сразу бросали, стоило неудачнику- мародеру скрыться из вида. Ни разу Владимир Анатольевич не заметил безостановочной погони костяков, обнаруживших живых и стекающихся со всех сторон к этому месту не мертвых, как описывается в многочисленных фентези и ужастиках Стивена Кинга.
Сам Опалин местными сталкерами нисколько не интересовался и внимания на них не обращал. Каждый зарабатывает, как может.