Страница 10 из 66
Жертвы были многочисленны, ущерб не исчислим. Все «заготовки» будущих Мертвых солдат и Страж — хранителей пришлось уничтожить.
Прибывший поутру, магистр Смерти был не в силах взять под контроль тысячу «диких» скелетов, набравшихся за ночь сил от разорванных на куски и сожранных живьем людей. Всех костяков пришлось развоплотить. Необходимо было при оценке ущерба также учитывать и урон престижу герцогства, что непременно повлекло за собой снижение цен на рынке магического товара. Так что принимаемые меры предосторожности, не являлись чем-то экстраординарным. На лекциях, слушаемых Ворантом во время учебы в академии, некоторые преподаватели даже имели смелость утверждать, что данных предосторожностей при особо мощной магической буре, так называемом Злом Гоне, что бывает раз в семь лет, будет не достаточно. Скелеты, скорее всего, выйдут из-под контроля. Повторится резня Черного года.
«Интересно, — Ворант мысленно усмехнулся — что еще бы они предусмотрели для предотвращения потери контроля над костяками? Полный стазис? Ага, поддерживать который обходится по семь гран энергии в сутки! А наказание за воровство — год на рудниках, казнью на алтаре Колодца — накопителя заменили бы? Так сказать, для покрытия излишних расходов энергии? Ерунда! Не хватит. Этак любого преступника, даже рыночную гадалку, придется под жертвенный нож тащить. А из-за ужесточения законов герцогства бегство граждан и так участилось. В туже Полночную республику люди бегут».
Маг раздраженно выбил выкуренную трубку о камень башни и поплотнее завернулся в плащ.
«Пройтись еще? Или вернуться к себе и снова пересчитать расход энергии? Зачем? Все и так верно. На Костяных конях сработало, почему бы не сработать новой схеме распределения потоков энергии и на Ветре боя? Ладно, прогуляюсь еще разок по стене и спать»!
Ворант, не признавался сам себе, но его тянуло к Мертвому двору, в частности к «отстойнику». Уезжая с караваном в качестве мага сопровождения Мертвых солдат или Костяных коней для рудников, он через несколько дней начинал тосковать об ауре Мертвого двора и своей келье рядом с лабораторией. Становился нервным и раздражительным. Без сухого и пыльного воздуха двора ему было трудно свободно дышать. Голос становился хриплым и похожим на карканье ворона. Ворант начинал плохо спать и контролировать себя. Покупатели, принимающие товар и армейские толстые интенданты, получающие Мертвых солдат и Костяных коней, бывали часто напуганы его излишне возбужденным видом и сумасшедшим взглядом красных воспаленных глаз. Если же учесть, распространенную среди магов Смерти моду белить лицо и выбривать полоски на бровях, согласно счету тысяч поднятых мертвецов, то реакцию окружающих не трудно представить. ас`Торадо не раз строго выговаривал Воранту по его возвращению в Мертвый двор, зачитывая письменные жалобы покупателей, но Ворант ни чего не мог с собой поделать. Вот и сейчас, он вместо обещанного себе «раза пройтись», уже третий круг вышагивал по стене, разглядывая стоящие внизу костяки.
Что-то было завораживающее и безгранично притягательное в их мертвой неподвижности и мерном мерцании зеленых огней в пустых провалах глазниц черепов. Словно сама богиня смерти Никта глядела на Воранта из глубин «отстойника» внимательным и требовательным взглядом. Ворант зачаровано смотрел вниз, не замечая, как холодный ветер треплет полы его плаща, выдувая тепло из разогретого ходьбой худощавого тела мага. Слишком притягательным для него являлось зрелище овеществленной квинтэссенции смерти.
Неожиданно легкое, еле заметное глазу движение, в дальнем углу «отстойника», привлекло внимание мага. Показалось или нет? Нет, все-таки не показалось. Движение в углу повторилось вновь, и уже смутно, напрягая глаза, в темноте можно было разглядеть одинокого костяка, дергающегося на серых пыльных плитах. Костяк лежа выгибался дугой и бился затылком о плиты «отстойника». Ворант нащупал штатный амулет подчинения, скороговоркой, быстро прошептал формулу подчинения и направил руку с амулетом на костяк, пристально следя за беспокойным скелетом. Расстояние, конечно, было великовато для результативного действия заклятия, но и «заготовка» не имела много своей энергии, только пять положенных костяку гран. Лишь бы только кости скелета не развалились. Так что скелет должен был застыть на месте.
Но, несмотря на активированный амулет, мертвяк, тем временем, не унимался. Прекратил биться о плиты черепом, встал на ноги. Принялся осматриваться, медленно поворачивая голову. Луны — сестры как раз хорошо осветили дальний угол. Ветер окончательно прогнал хмурые тучи с ночного неба, и стало возможным увидеть более отчетливо все происходящее на дворе.
Беспокойная заготовка Мертвого солдата, не смотря на произнесенную формулу подчинения, не собиралась успокаиваться. Скелет, закончив оглядываться, неуверенно шагнул вперед. Приблизился осторожно и неуклюже, словно на ходу привыкая к новым конечностям, к неподвижным рядам костяков. Медленно протянул к плечу одного из скелетов руку. Задетый им скелет обернулся. Беспокойный костяк принялся быстро махать сухими ветками рук перед его черепом, что-то изображая, поскрипывая суставами и покачиваясь. Через мгновение стоящий напротив костяк стал зеркально повторять его жесты. Задел рядом стоящих и уже пятерка «заготовок» повторяла за новоявленным костяным режиссером все его движения.
У Воранта в изумлении непроизвольно расширились глаза. За все пять лет службы на Мертвом дворе и учебы в академии, он не только не видел ничего подобного, но и не слышал, ни от кого о подобных случаях. Что бы «дикий», не повязанный поводком Хозяина костяк не повиновался заклятию подчинения со всего пятью гранами своей собственной энергии? Нонсенс и опровержение всех постулатов некронауки! Только высокоуровневый лич или Ветер боя «привязанный» к хозяину мог игнорировать приказ общего амулета подчинения.
Еще на это был способен Повелитель костей, но данный персонаж был из области мифов и легенд неграмотных сервов и вряд ли имел реальный прототип. По крайней мере за последние сто пятьдесят лет о нем не упоминалось ни слова в ежегодных выпусках академического альманаха, а Ворант их знал почти все наизусть.
«Очень интересно» — прошептал Ворант, поглощенный наблюдением за костяком и не замечая замершего рядом, напуганного до бледноты лица, стражника, судорожно сжавшего в руке тревожный свисток.
— Очень, очень интересно. Хорошо, просто замечательно! Давай-ка, покажи, на что ты еще способен! — возбужденно продолжал шептать уже вслух маг.
Костяк не подвел мага. Словно услышав его, шагнул, широко разводя руки, назад. Пятерка скелетов, повторяя движения беспокойной «заготовки» сдвинулась с места, с широко раскинутыми руками. Неподвижные ряды костяков дрогнули. Задетые пятеркой шевельнулись, словно ломая охвативший их лед, и сотни нежити в «отстойнике» начали медленно оборачиваться к потревожившему их покой.
А вот это было уже явно излишним. Благородный ас`Торадо вряд ли одобрил бы беспорядок на вверенном его управлению Мертвом дворе. Ворант повторно, уже громко, во весь голос, проговорил формулу подчинения, на этот раз вкладывая и свои силы в заклятие, помимо сил амулета. Беспорядочно движущиеся «заготовки» качнулись обратно и встали на свои места, восстанавливая нарушенные ровные ряды. Беспокойный скелет, не реагируя на приказы Воранта, отошел к стене и уселся на каменные плиты «отстойника» крепко обхватив голый череп фалангами пальцев.
«Всеблагие Небесные Защитники! — Воранту на мгновение стало страшно — Ведет себя как живой и разумный человек! Не дай Защитники и в самом деле легендарный Повелитель костей!» Ворант быстро обмахнул сердце рукой, делая отгоняющий злых духов знак. Заметил замершего рядом, напуганного до дрожания тела, рыжего и пучеглазого стражника.
— Эй, любезный! Стражник! — негромко окликнул маг часового. Замерший в испуге солдат не среагировал. Ворант несколько повысил голос:
— Солдат! Немедленно приди в себя!
Очумелый, диковатый взгляд, испуганного до смерти человека, был Воранту в ответ наградой.