Страница 25 из 29
Кризис назрел. Из всех воюющих держав Российская империя наиболее сильно пострадала от участия в мировой войне. Промышленность не справлялась со снабжением армии; усиливались трудности с обеспечением городов продовольствием; падал жизненный уровень; росло недовольство тяготами войны. Германия стремилась использовать углубляющийся политический кризис в России для развала ее фронта и тыла. Стараясь избежать трудности ведения войны на два фронта, особенно после «брусиловского прорыва», она искала возможности заключения сепаратного мира с одним из своих противников. Сначала были сделаны попытки склонения родственников царской фамилии к воздействию на царя с целью заключения им сепаратного мира с Германией. Бывший премьер-министр граф Витте предлагал при помощи семейных связей организовать переговоры между двумя императорами. Однако такие предложения не нашли поддержки ни у членов царской семьи, ни у самого императора Николая II. Затем германские дипломаты искали способы воздействия на отдельных государственных лиц и представителей крупной буржуазии (А. Д. Протопопова, и др.), однако и такие меры ни к чему не привели. Развернутая с начала войны патриотическая пропаганда, переросшая в антинемецкую агитацию, нашла поддержку в русском обществе. Из-за этого пострадали многие немецкие специалисты, работающие в России, и даже давно обрусевшие немцы. Агитация против «немецкого насилия» вызывала волну немецких погромов. Борьба с немецким влиянием в промышленных кругах наносила нередко вред, поскольку русская контрразведка арестовывала специалистов с немецкими фамилиями, в том числе и на военных предприятиях.
Не получив согласия от представителей верхних слоев общества на переговоры о сепаратном мире, германское руководство начало поиски сторонников сепаратного мира в социал-демократических, рабочих и других кругах, в том числе и среди русских эмигрантов-революционеров. Центральной фигурой политической российской эмиграции в Европе в годы Первой мировой войны был руководитель социал-демократов (большевиков) В. И. Ленин. После своего ареста в Поронино (Польша) в 1914 г. В. И. Ленин вместе с женой переехал в Швейцарию, откуда и наблюдал за разворачивающейся в Европе мировой войной.
Находясь в эмиграции, В. И. Ленин создал собственную антивоенную программу, суть которой была изложена в подготовленном им манифесте ЦК РСДРП «Война и российская социал-демократия» и выражалась кратко: превращение империалистической войны в войну гражданскую. Ленин призывал к беспощадной борьбе с социал-шовинизмом, патриотизмом и оборончеством в рабочей среде, постоянно напоминая слова Маркса о том, что у «пролетариата нет отечества».
В 1916 г. германское посольство в Швейцарии стало интересоваться журналистской деятельностью В. И. Ленина, издававшего газету «Социал-демократ» и журнал «Сборник социал-демократа». Однако германские власти не вмешивались в политическую деятельность Ленина, т. к. не верили в способность Ленина организовать революцию в России. Тем не менее в Министерстве иностранных дел Германии существовал политический отдел, который разрабатывал планы революции в России. По некоторым данным, такая революция планировалась в России в 1916 г., но, несмотря на огромную волну стачек и забастовок, она не произошла.
Пропагандистская война, которую вела Германия против России, ставила своей целью свержение самодержавия и выход России из войны, поэтому Германия и поддерживала партию большевиков, призывавших к поражению в этой войне своих правительств.
В войсках велась пропаганда в пользу заключения мира. Материально поддерживались политические силы, выступавшие за скорейший выход из войны.
Ощущение близости социально-политического взрыва охватило все население. Правительство готовилось к использованию репрессивных мер. Одновременно в столичных и придворных кругах зрели планы дворцового переворота. Снизу неудержимо росло движение масс. На фронте участились случаи братания с солдатами противника, открытого неповиновения приказам офицеров. Нарастало стачечное движение в промышленности.
По случаю двенадцатой годовщины Кровавого воскресенья (1905) в столице бастовало около 200 тыс. рабочих. 31 января массовые демонстрации и стачки рабочих Петрограда состоялись в знак протеста против провокационного ареста членов рабочей группы при Центральном военно-промышленном комитете. За январь-февраль число стачечников достигло 700 тыс. По всей стране за те же месяцы произошло в пять раз больше политических забастовок, чем за весь 1916 г. В ряде городов над демонстрантами появлялись транспаранты «Долой самодержавие! Да здравствует демократическая республика».
Царский режим упускал момент, когда еще можно было переломить ситуацию. Все предложения от либеральных кругов о расширении полномочий Думы, о привлечении в правительство деятелей, пользующихся общественной поддержкой, о более широкой опоре на земства, города, кооперацию упорно отклонялись царем и его окружением. «Министерская чехарда» с привлечением послушных царю, но бездарных деятелей продолжалась. С конца 1916 г. начал осуществляться обширный план нейтрализации растущего оппозиционного движения. В Москве были закрыты патриотически настроенные съезды Союзов земств и городов, открыто призывавшие к реорганизации центральной власти. В Петербурге увеличился военный гарнизон. Полиция и армия получили подробные инструкции по подавлению возможных волнений. В условиях быстрого осложнения обстановки Николай II выехал 22 февраля в Ставку (в Могилев), рассчитывая на поддержку армии.
Февральская революция. Технически революцию не готовила ни одна партия или организация, но она произошла. 18 февраля не вышли на работу рабочие лафетно-штамповочной мастерской Путиловского завода (волнение было вызвано ростом цен, ухудшением продовольственного снабжения). Администрация завода отвергла все требования забастовщиков, объявив об их увольнении. К бастовавшим присоединились рабочие всех цехов. В ответ – закрытие завода, массовый локаут, 36 тыс. рабочих остались без средств к существованию. Предприниматели были поддержаны правительством. Конфликт вышел за рамки одного завода. В знак солидарности с рабочими-путиловцами стачки протеста прошли во всех районах города. В связи с нехваткой хлеба, спекуляцией, длинными очередями начались стихийные погромы лавок. 23 февраля забастовочное движение охватило до 129 тыс. рабочих, т. е. треть столичного пролетариата. К рабочим присоединились студенты, ремесленники, служащие, интеллигенты, все, в ком зрело острое недовольство прогнившим режимом. В учебных заведениях прекратились занятия. 25 февраля стачка переросла во всеобщую забастовку. Лозунги из экономических превращались в политические: «Долой царизм!», «Долой самодержавие!», «Долой войну!».
На заводах спешно создавались вооруженные дружины. Характер народного движения, его размах, настроения выталкивали на политическую авансцену левые партии. Налаживалось тесное взаимодействие эсеров, меньшевиков, трудовиков, анархистов, большевиков.
Правительство попыталось опереться на вооруженную силу – полицию, жандармерию, казаков, воинские части. 25–26 февраля произошли кровавые столкновения. Жертвы (убитые и раненые) исчислялись сотнями; были проведены массовые аресты. По мере того как силы народного выступления росли, настроение в армии менялось.
27 февраля солдаты начали переходить на сторону демонстрантов, брать на себя их охрану. Складывался вооруженный союз рабочих и крестьян, одетых в солдатские шинели. Наступал паралич центральной власти. Военное командование попыталось подтянуть к столице новые воинские части, но солдаты отказались участвовать в карательной операции.
Двор оказался не в состоянии оценить размах и значение событий, происходивших в столице. 25 февраля Николай II приказал командующему Петроградским военным округом прекратить беспорядки в столице, однако генерал был уже бессилен выполнить этот приказ. Вооруженные схватки рабочих с полицией и жандармерией переросли во всеобщее вооруженное восстание. Одна воинская часть за другой переходили на сторону восставших. Красные банты украсили солдатские папахи и штыки.