Страница 61 из 78
– Это очень далеко, – сказал Лукас.
Жаннин посмотрела на Валери.
– Гербалина все еще в холодильнике? – спросила она.
– Да.
Валери прошла к небольшому холодильнику в конце трейлера. Она достала маленький холодильник с лекарством из нижнего отделения, а затем вытащила из морозилки немного голубого льда. Она передала лед и маленький холодильник Жаннин.
– Спасибо.
Жаннин открыла холодильник и положила в него лед. Затем набросила лямку переносного холодильника на плечо и посмотрела на Лукаса.
– Готов?
– Всегда готов.
Они попрощались с Валери и пошли вниз по дороге, направляясь к той части склона, где спуск в лес не был столь крутым.
Когда они вошли в лес, Жаннин услышала, как закашлял, пробуждаясь к жизни, мотор грузовика, и поняла, что трейлер Валери уезжает. Что чувствовала эта женщина после безуспешных поисков, задалась вопросом Жаннин. Будет ли образ Софи преследовать ее во сне, или она сможет просто прожить предстоящую неделю и перейти к следующим поискам, в надежде, что их исход будет более благополучным?
Она с Лукасом не разговаривали, когда пробирались к ручью. Этот район был уже неоднократно прочесан, и они не пытались искать в пути какие-либо зацепки. Жаннин была уверена, что Софи находилась намного дальше, чем могли себе представить поисковики. Они не знали, каким бойцом могла быть ее дочь.
Она чувствовала некоторое разочарование по отношению к Лукасу. Не только из-за того, что ему хотелось уйти из леса и уехать в Вену сегодня, но и из-за того, что он так плохо поддержал ее при беседе с Валери. Хотел он ей в этом признаваться или нет, но она знала – он думает, что Софи умерла. Он отставал от нее, когда они шли, и она слышала, как он тяжело дышал. В таком темпе он не сможет дойти до хижины. Сердцем он был не здесь. Может, лучше было бы отправить его в мотель и попросить прийти за ней позже?
Они прошли всего сто ярдов в глубь леса, когда Лукас вдруг остановился. Жаннин повернулась, чтобы посмотреть на него.
– Что? – спросила она. – Ты что-то увидел?
Лукас покачал головой, он глубоко и тяжело дышал.
Она быстро подошла к нему.
– Извини, – сказал он. – Но я плохо себя чувствую. Мне придется вернуться.
Держа его руку, она изучала его лицо. В тени деревьев цвет его кожи приобрел нездоровый желтоватый оттенок. Лицо его было мокрым, пот стекал со лба в глаза.
– Что случилось? – спросила она.
Он покачал головой:
– Мне нужно присесть.
Он оглянулся вокруг.
– Там впереди есть пень, – сказала она ему. – Ты сможешь дойти до него?
Он снова покачал головой.
– Я присяду прямо здесь, – сказал он, опускаясь на землю.
– У тебя болит в груди? – спросила она, пытаясь понять, нет ли у него сердечного приступа.
Он отрицательно мотнул головой.
– Где твоя бутылка с водой? – спросила она.
– Я ее не брал с собой.
– Может, в этом вся проблема, – сказала Жаннин. – Твоему организму не хватает воды. Вот.
Она потянулась через плечо, достала свою бутылку с водой из рюкзака и протянула ему.
Он отодвинул ее руку.
– Нет, – сказал он. – Я вообще не хочу пить.
Она опустилась перед ним. Между его бровями залегла глубокая складка.
– Тебе больно? – участливо спросила она.
– У меня судорога мышц, – сказал он. – И я просто чувствую… слабость. Меня тошнит.
– Выпей, пожалуйста, немного воды, – протянула она ему бутылку снова. – У тебя, вероятно, головокружение, потому что…
– Я не хочу пить! – сказал он гневно, и Жаннин в недоумении отодвинулась от него.
Она встала и движением руки скинула рюкзак. Внутри она нашла носовой платок. Намочив его водой из бутылки, она обтерла горячий потный лоб и затылок Лукаса. Он сидел с закрытыми глазами. Затем она снова намочила платок и обернула им запястье его правой руки. Потянувшись к браслету на его левой руке, она начала расстегивать его.
Лукас мгновенно открыл глаза и схватил ее за руку. Носовой платок упал на землю.
– Я не причиню вреда твоему запястью, – сказала Жаннин. – Твоя рука такая горячая. Ты вспотел… Под браслетом у тебя мокро. Дай мне снять его и полить на руку холодную воду.
Он внимательно посмотрел на нее, и одно мгновение взгляд его был несколько пустым и испуганным. Медленно его глаза закрылись, и Жаннин потянулась к браслету опять.
– Жаннин… – его голос ослаб, и она поняла, что он слишком устал, чтобы сопротивляться ей.
Она очень осторожно расстегнула его браслет, стараясь не задеть его запястье. Он всегда так защищал его. Она сняла браслет и положила руку ему на колено, затем подняла с земли носовой платок и смочила его водой с бутыли. Поднимая его руку, она осторожно положила ее так, чтобы потом смочить водой внутреннюю часть его запястья.
У нее перехватило дыхание при виде того, что она увидела: на внутренней части запястья Лукаса на артерии и венах был хирургический шов.
– У тебя фистула, – произнесла она, и мысли ее заметались.
Он кивнул, не открывая глаз. Она вдруг поняла причину его желтой кожи, верблюжью способность идти без воды, судороги мышц и слабость.
– О Лукас! Боже мой! – порывисто выдохнула она. – Почему ты не сказал мне? Почему? Почему, черт возьми, ты скрывал это от меня?
– Мне нужно попасть в центр, где делают диализ, – проговорил он.
– Да, – сказала она, снова поднимаясь. – Как ты думаешь, ты сможешь дойти до машины?
Она кинула взгляд в сторону дороги. Они ушли не слишком далеко.
– Думаю, да, – сказал он.
Она помогла ему подняться и, обхватив рукой, повела к машине. Ей хотелось задать ему много вопросов, но с этим придется подождать. Сейчас ему потребуется вся его энергия и ему нужно сконцентрироваться, чтобы пробраться через лес и вверх по склону к машине.
Подъем по склону был медленным и болезненным. Лукас был очень изможденным, когда они добрались до дороги. Он громко и хрипло дышал.
– Присядь вот здесь, на обочине, – сказала она, помогая ему опуститься на землю. – А я подъеду на машине к тебе.
Она бросилась вниз по дороге к машине, затем подъехала как можно ближе к нему. Он практически упал на пассажирское кресло, и она, прежде чем сесть за руль, пристегнула его ремнем безопасности.
– Ты знаешь ближайший центр, где делают диализ? – спросила она.
– Отвези меня в Фэйрфакс.
– Я не думаю, что тебе стоит ждать так долго, – сказала она.
Он повернул голову, чтобы посмотреть на нее:
– Они положат меня в больницу, Жаннин. Я не хочу застрять в больнице так далеко от дома.
– Хорошо, – согласилась она.
Если ему станет плохо по дороге в Виргинию, она найдет больницу где-то по пути.
Они ехали молча, пока не добрались до 55-го Маршрута. Потом она положила руку ему на колено. Она была очень зла на него. Он лгал ей, но сейчас было не время давать волю гневу.
– Что у тебя с почками? – спросила она.
– То же, что и у Софи, однако до тринадцати лет они не беспокоили меня.
– Так вот почему ты так интересовался Софи.
– Изначально – да.
– А как насчет Гербалины? Ты узнавал, поможет ли она тебе?
Он молчал, и она подумала, что он потерял сознание… или еще того хуже. Она с беспокойством взглянула на него и увидела, что он облизывает сухие губы.
– В общем-то, я переговорил с Шеффером об этом, – признался он. – По всей видимости, взрослым это не помогает. Разве что, немного изменив формулу этого лекарства, – сказал он. – Но… пока нет.
– А как насчет трансплантата?
– Я стою в очереди. Уже несколько лет.
– О, Лукас, почему? – взмолилась она. – Почему ты не рассказал мне? Ты ведь знаешь, я бы всегда рада была тебе помочь.
– Тебе и так хватало проблем.
– Когда тебе в последний раз делали диализ?
– В четверг.
– Вот почему тебе нужно было возвратиться в Вену в четверг вечером, – догадалась она. – Черт побери, Лукас, если бы ты только сказал мне! Это безумие. Сколько раз в неделю тебе нужен диализ?