Страница 7 из 61
— Тебе лучше? — спросил Энтони.
— Да, уже… — прохрипел Джулиан.
В смущении откашлявшись, он добавил:
— Теперь мне гораздо лучше.
— Вот и холошо. Лео и Коуи сказали, что ты поплавишься. Лео говолит, что ты мой папа.
— Да, это так.
— Тепель будешь жить с нами?
— Некоторое время.
Малыш кивнул и заявил:
— А я останусь здесь. Я здесь живу. Лео и Коуи — моя семья.
— Да, вижу. И всегда ею будут, потому что это твои крестные родители.
Уэрлоки быстро переглянулись и попытались скрыть свое удивление. А мальчик вдруг спросил:
— Почему ты уехал?
Джулиан не сразу понял вопрос. Наконец сообразил, что ребенку, вероятно, рассказали какую-то историю, чтобы объяснить отсутствие родителей.
— Боюсь, что я просто потерялся.
Энтони снова кивнул.
— А Коуи тебя нашла, правда?
— Да, верно. И она делает все возможное, чтобы я побыстрее поправился.
— Но она не может найти маму. Коуи говолит, что маму никак нельзя найти, потому что мама плевлатилась в Чудовище.
Джулиан услышал, как Эдгар подавил смешок, и увидел, как Лео сверкнул глазами в сторону кузины. Джулиан тоже бросил взгляд на Хлою и обнаружил, что она поглядывает на всех с невиннейшим видом. И тут вдруг граф почувствовал странное желание рассмеяться, чего с ним давно уже не случалось. Да, действительно, Чудовище… Похоже, что Хлоя Уэрлок свои суждения не смягчала.
— Мне жалко мамочку, — сказал Энтони. — Но у меня есть Коуи, и меня это ладует.
— Да, конечно, — согласился граф. — Она очень хорошо о тебе заботилась.
Энтони в очередной раз кивнул.
— Она любит меня, даже если я не слушаюсь. Но я холоший мальчик, и у меня чудесные кудли.
Все мужчины взглянули на Хлою с упреком, но она с невозмутимым видом заявила:
— Да, мой милый, у тебя очень красивые кудри.
— Что ж, молодой человек, мы с вами здесь задержались, — сказал мальчику Лео. — Вашему отцу требуется отдых.
— Я отведу мальчика к няне, — вызвался Эдгар.
— Но сначала я должен поцеловать папочку, — сказал Энтони.
— Осторожнее, — остановил мальчика Лео, когда тот попытался вскарабкаться на постель.
Он приподнял малыша, чтобы тот мог чмокнуть графа в щеку.
— Ну вот, теперь все в порядке.
Как только Леопольд опустил Энтони на пол, мальчик заспешил к Хлое. Влез к ней на колени, поцеловал в щеку и обнял за шею. Джулиан заметил, что мальчик смотрит на него с удивительно взрослым выражением вызова в глазах. Его радость от той легкости, с какой Энтони принял его в качестве отца, немного омрачилась. Хотя Энтони не называл Хлою матерью, их связывали воистину крепкие узы.
— Крестные родители?! — в один голос воскликнули Уэрлоки, как только дверь за Энтони и Эдгаром закрылась.
— Почему бы и нет? Ведь вы фактически играли эту роль последние три года, — ответил Джулиан. — Я могу устроить это официально. — Он бросил на Хлою мрачный взгляд. — Но эту глупость с чудесными кудрями, безусловно, следует прекратить.
Хлоя театрально закатила глаза.
— Но Энтони же всего-навсего маленький мальчик. У вас еще будет время сделать из него настоящего мужчину. — Она перевела взгляд на камин и пробормотала: — Настоящего мужчину с прекрасными кудрями.
— Она это специально? — Джулиан взглянул на Леопольда.
— Нет, не думаю, — ответил тот. — Похоже, у нее само собой так выходит.
— Когда приступим к обсуждению нашего плана? — спросила Хлоя, глядя на мужчин с неодобрением.
— План уже начал реализовываться, — сказал Леопольд. — Граф останется у нас, и вскоре пойдут разговоры о его смерти. И надо, чтобы он оправился от ран и окреп.
— А что его кучер?
— Он был без сознания, если ты помнишь. К тому же находился слишком далеко, поэтому не мог видеть, как на его хозяина напали. Мы нашли карету и отогнали вместе с кучером в безопасное место. Мои люди проследили, чтобы с ним ничего дурного не случилось. В карете мы все перепачкали кровью, чтобы любому сразу же пришла в голову мысль об убийстве.
— Подсказка для Беатрис и Артура? — спросил Джулиан, хотя уже знал ответ.
— Совершенно верно, — кивнул Леопольд. — И первые слухи о вашей смерти уже распространились. Вам же теперь надлежит бросить все силы на то, чтобы выздороветь и окрепнуть.
— Ни на что другое я пока и не способен, верно?
— Не следует приуменьшать свои возможности. Ведь всего три дня прошло со дня нападения, когда вас изрезали ножом. Но в любом случае вы способны думать, милорд. Через день-другой я предоставлю вам всю информацию, какую сумел собрать, чтобы вы могли над ней поразмыслить.
— Информацию, не доказательства?
— Раздобыть доказательства немного труднее. Я не мог подобраться близко к вашему дому, как не мог проводить поиски на ваших землях. — Тут вернулся Эдгар, и Лео, покосившись на него, устроился на краю кровати. — Ваши слуги, милорд, не слишком разговорчивы. Показательно то, что язык за зубами они держат не из преданности Беатрис и сэру Артуру, а из страха.
— И я не давал им никакой надежды когда-либо освободиться от этого, — проворчал граф. — Сначала я был одержим и слеп, а потом замкнулся, погрузился в свое несчастье. — Джулиан не скрывал недовольства собой. — Мелвин работал в конюшнях Колинзмура, и мне сказали, что он якобы уехал искать лучшей доли в Колониях.
— Кажется, их теперь называют Америкой, — заметил Леопольд с улыбкой, но тут же нахмурился и заявил: — Мелвин давно уже мертв — у меня нет в этом сомнений. Вероятно, ему стало что-то известно, и они знали, что он предупредит вас. К несчастью, мы не нашли штольню, о которой слышала Хлоя. Но она считает, что именно там следует искать его труп.
— Повитуха тоже куда-то исчезла после обмена младенцев, — добавила Хлоя.
— Кому-нибудь еще из членов моей семьи угрожает опасность? — спросил Джулиан.
— Вашей матушке и сестрам ничто не угрожает, — ответил Леопольд. — Они не представляют опасности для вашей жены и для дяди. Ваш младший брат Найджел тоже в безопасности. И немудрено, ведь он сейчас в Канаде с нашими войсками. Когда началась эта смертельная игра, я написал одному из своих тамошних родственников. С тех пор Найджел под охраной. Хотя недавно я получил известие — якобы вашему брату надоела военная служба и он подумывает о том, чтобы выйти в отставку и вернуться домой. Он непременно так и поступит, когда узнает о вашей смерти. И это обстоятельство также вынуждает нас поторопиться и перейти от ожидания к активным действиям.
— Вы, похоже, уверены, что ваш родственник сможет защитить Найджела. Но если мой дядя действительно поверит, что меня нет в живых…
— Не беспокойтесь, — перебил Леопольд. — Мой родственник сможет уберечь его. Когда ваш брат выйдет в отставку и отправится домой, мы будем его охранять. А если потом мой родственник пожелает вернуться в Канаду, то мы возьмем охрану на себя. Повторяю, милорд, не беспокойтесь. Мой двоюродный братец обладает удивительным чутьем распознавать тех, кто представляет угрозу.
Перехватив скептический взгляд графа, Леопольд усмехнулся и заявил:
— Все, что я сказал вам, милорд, — чистейшая правда, поверьте мне. Никто даже близко не сможет подойти к вашему брату.
Граф спорить не стал, хотя и не очень-то верил собеседнику. Он вдруг почувствовал, что на него навалилась ужасная усталость, и в дальнейшем не принимал участия в разговоре, хотя речь шла о спасении его жизни. Вскоре Уэрлоки удалились, а Эдгар задержался у постели друга. Джулиан улыбнулся ему и пробормотал:
— Ну, что скажешь?
— Скажу, что ты вполне можешь им доверять, — ответил Эдгар.
— Я был бы неблагодарным негодяем, если бы не доверял им, — сказал Джулиан. — Я в неоплатном долгу перед ними. И не только потому, что они спасли от смерти моего ребенка и меня самого, но и потому, что оберегали моих близких, пока я предавался пьянству и блуду.
Эдгар похлопал друга по здоровому плечу:
— Не бичуй себя, Джулиан. От таких испытаний, что выпали на твою долю, люди часто теряют разум.