Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 15 из 49

— Спасибо, — сухо ответил Люк.

Один из шахтеров буркнул:

— Мы не виноваты. Парень с мечом и женщина втравили нас в это дело.

— А ну, заткнись, ты, — приказал сержант, — у тебя будет возможность самому высказаться в свою защиту перед капитаном-надзирателем Граммелом.

При этих словах Люк и Лея содрогнулись. Именно от Граммела предостерегала их Халла.

— Может, он проявит великодушие, — философски заметил сержант, — здесь трудно найти хороших работников. Может, он оставит вам большую часть ваших пальцев.

— Жаль, что мы не расспросили Халлу об этом Граммеле поподробней, — прошептал Люк.

— Да, Халла… — в голосе Принцессы звучало уныние, — она не очень-то надрывалась, пытаясь спасти нас.

— А что она могла сделать, — возразил Люк, — против имперских солдат?

— Наверное, ты прав. Но мне кажется, она могла бы попытаться, — пожала плечами Лея. — Впрочем, наверное, нельзя винить ее за то, что она спасала свою шкуру.

— По крайней мере, Трипио и Арту не попались, — мягко прибавил Люк.

— Эй, если еще там сзади услышу разговорчики, я сам отрежу вам парочку суставов, — предупредил сержант.

— Как тебе понравится, если если тебя похоронят под четырьмя футами грязи эдак на часок? — бросила ему Принцесса.

— Не понравится, — спокойно согласился сержант. — А как тебе понравится, если твой хорошенький язычок отрежут низковольтным бластером?

Лея сдалась. У них и так достаточно неприятностей. Провоцируя солдат дальше, она ничего не выиграет. Она сосредоточила свой взгляд на центре спины сержанта, стараясь довести его до припадка. Но что-то было не заметно, чтобы ее действия оказали на него какой-либо эффект. "Наверное, под этим шлемом очень крепкие кости", — раздумывала Принцесса.

Они в последний раз свернули за угол и вошли в большое помещение. После спартанского камня внутри и снаружи сибаритское убранство этой комнаты подействовало, как шок. В интерьере щедро использовался искусственный и натуральный мех. Здесь присутствовали атрибуты комфорта, ассоциировавшиеся у Люка с мирами, гораздо более развитыми, чем Мимбан. Причем здесь их не афишировали, что доказывало, что обитатель этой комнаты считает их естественными аксессуарами.

В противоположном конце комнаты за не слишком внушительным и вполне функциональным столом восседал один-единственный человек:

— Ведите их сюда, сержант. — Его скучающий голос был сорван и звучал, как шелест гальки. Люк подумал, что у него, по-видимому, повреждены голосовые связки.

По сигналу сержанта семерых узников, включая шахтера с хромой и грубо забинтованной ногой, провели через комнату и поставили прямо перед столом.

Самым впечатляющим в Граммеле, подумал Люк, была реакция на него шахтеров. Все их хвастовство и развязность мгновенно испарились. Они стояли, глядя в пол, на стены, друг на друга, — куда угодно, только не на человека за столом, и переступали с ноги на ногу.

Хотя и незаметно, Люк старался рассмотреть этот персонаж, вызывавший почтительно-раболепное отношение у таких очерствевших людей, как пятеро шахтеров. Граммел изучал их, прикрыв голову и опираясь локтями на стол.

Капитан-надзиратель не прибавлял колорита окружавшему его интерьеру. Его лицо было бледным, как яичная скорлупа, и образ имперского офицера еще больше потускнел, когда он поднялся, демонстрируя скромное брюшко, мягко круглившееся под грудью, как замерзший водопад жира, терявшийся ниже пояса в складках мундира.

Однако сам серебристо-серый мундир был без единого пятнышка и очень опрятен, словно пытался закамуфлировать брюшко Граммела. Над высоким, жестким воротником шея вырастала в квадратную челюсть, обрамленную висячими усами. Линия этих усов гармонировала с суровым выражением лица капитана-надзирателя — его привычной маской, как догадался Люк. Крошечные пронзительные глазки смотрели из-под бровей, нависавших, как гранитная гряда, а под ними в беспорядке висели черно-седые волосы.

Это лицо редко смеется, решил Люк, а если и смеется, то по неуместным причинам.

Граммел принялся изучать каждого из стоящей перед ним группы встревоженных людей. Люк по примеру шахтеров старался сосредоточить свой взгляд в одной точке на покрытом мехом полу.

— Так, значит, это и есть скандалисты, нарушающие покой по ночам драками со смертоносным оружием, — неодобрительно заметил Граммел. Снова этот голос, похожий на скрип ржавого механизма, давно нуждавшегося в смазке, резанул слух Люка. Он звучал хрипло и визгливо и вполне подходил Граммелу.

Бодро шагнув вперед, сержант отрапортовал:

— Так точно, капитан-надзиратель. Разрешите направить двух раненых в лазарет.

— Исполняйте, — разрешил Граммел. Он не то чтобы улыбнулся, но его вечные морщины разгладились настолько, что его губы слегка распрямились: — На какое-то время им будет лучше, чем тем, кто останется здесь.



Под конвоем безрукого шахтера и его хромающего товарища вывели из комнаты. Граммел возобновил осмотр оставшихся пленников. Когда очередь дошла до Люка и Принцессы, его рот скривился, как будто его укололи булавкой.

— Вас двоих я что-то не узнаю. Кто вы? — он вышел из-за стола и встал лицом к лицу с Люком: — Ты, мальчик! Кто ты?

— Я просто работаю по контракту, капитан-надзиратель, — запинаясь, пробормотал Люк, стараясь выглядеть должным образом напуганным. Это была нетрудная задача. И если уж ставкой в этой игре была его жизнь, пусть его тон будет немного подхалимским — он не против.

Граммел перешел к Принцессе и уставился на нее сверху вниз. Он осторожно улыбнулся, так, словно ему было больно от усилия:

— А ты, моя дорогая? Ты ведь тоже из шахтеров, я полагаю?

— Нет, — Лея не смотрела на него. Она коротко кивнула в сторону Люка, — я… его служанка.

— Это правда, — быстро подтвердил Люк, — она всего лишь…

— Я слышу, малыш, — пробурчал Граммел. Он уставился на Принцессу, потом провел пальцем по ее щеке. — Хорошенькая женщина… — она вывернулась из его рук, — и к тому же с норовом. — Он бросил взгляд на Люка: — Поздравляю, мальчик, у тебя хороший вкус.

— Спасибо, сэр. — Лея сверкнула на него глазами, но еще он мог сказать?

— Ваши манеры под стать только вашей некомпетентности, — заявила она Граммелу.

Тот только удовлетворенно кивнул:

— Манеры. Некомпетентность. Довольно странный способ выражаться для служанки. — Он рявкнул на сержанта, стоявшего рядом с ним по стойке «смирно»: — Какие вы нашли у них удостоверения?

— Удостоверения, капитан-надзиратель? Мы полагали, они стандартные.

— Вы не проверили у них удостоверения, сержант? — медленно осведомился Граммел.

Вид у сержанта был такой, словно он исходил потом под доспехами. Он неуверенно ответил:

— Н-нет, сэр. Мы просто предполагали…

— Никогда не стройте предположений, сержант. Вселенная набита людьми, которые погибли из-за того, что верили в предположения. — Он вежливо обернулся к Люку и Лее: — Ваши удостоверения личности, пожалуйста.

Люк сделал вид, что роется в одежде, и постарался придать своему лицу удивленное выражение, не обнаружив несуществующего удостоверения. Принцесса изо всех сил старалась ему подражать.

— Мы, наверное, потеряли их в драке, — заявил Люк и сделал торопливую попытку перевести разговор на другую тему: — Эти пятеро — теперь их трое — напали на нас без предупреждения и…

— Вранье! — энергично запротестовал один из шахтеров. Он посмотрел на Граммела, ища сочувствия, но не нашел его.

— Ты, — очень спокойно сказал ему Граммел, — заткнись. Мужчина с готовностью повиновался.

В комнату вошел штурмовик и заискивающим тоном позвал:

— Капитан-надзиратель!

Граммел, похоже, был раздражен тем, что его прервали:

— Да, в чем дело?

Солдат подошел к столу и что-то зашептал Граммелу на ухо. Тот вроде удивился:

— Хорошо, я поговорю с ним, — и направился к двери.

Появилась невысокая закутанная фигура, и они с Граммелом занялись оживленной беседой. Люк не мог ничего разобрать, кроме отдельных слов.