Страница 15 из 19
— Да, — кивнул Норри. — При помощи поцелуя, он привязывает к жертве заклинание, которое в случае предательства уничтожает виновного. Причём усовершенствовал магическое плетение так, что оно теперь убивает не только дипломата, но и весь его род. А потому король оборотней принимает только тех послов, которые являются родственниками правителей и естественно женского пола. Хотя иногда может вести переговоры с послами иных могущественных родов. В таком случае он либо оказывает милую услугу другому правителю, (такую как вампирской короне), либо косвенно регулирует внутреннюю политику в чужой стране по своему усмотрению, усиливая или уничтожая наиболее влиятельные, сильные кланы.
— А я? — вдруг сорвался мой собственный голос. — На меня он тоже что-то навесил?
— Да, — кивнул Норри. — Первый раз ты получила заклятие, контролирующее исполнение клятвы. Но оно было двусторонним, ведь тогда Мортифор тебе тоже давал слово. Полагаю, именно из-за двусторонности заклинания дядя и был уверен, что он тебя не обманет. Вы оба сдержали своё слово, обещания исполнились, и плетение распалось.
— А второй раз?
— А природу второго заклинания я не знаю, — растерянно развёл руками Норри. — Но оно другое.
— Честно говоря, больше похоже на оберег, — задумчиво пробормотал Оох-рам-Лукуш, сканируя рукой мою ауру. — Такое чувство, будто он защитил тебя от всевозможных несчастий на целый год.
— Как ты это узнал? — встрепенулся Норри. — Я всю жизнь изучаю магию, но, увы, не могу определить природу данных чар.
— У Светы моё кольцо, — снисходительно улыбнулся вампирёныш. — За счёт этого я чувствую степень её безопасности, если бы заклинание было направлено против княжны, я бы узнал. А оно сходно с магией моего обручального кольца.
— Чего?! — рявкнул Вик.
— Ваша светлость, время, — встревожено напомнил Артур Семину.
Ну вот! Только пошли интересные темы! Что ж, пора в бой. Одно не пойму: зачем Мортифору вешать на меня защитное заклинание?
— Спасибо, Артур, — поднялась я из-за стола. Мужчины также поспешно встали. — Распорядись, чтобы нам с Мортифором подали на стол. И накормите его телохранителей, если это конечно, возможно.
— Как прикажете, моя госпожа, — почтительно склонился Артур и осенил меня напоследок священным знаком.
Что ж, думаю, это мне понадобится. По пути в тронный зал нервное напряжение нарастало.
В одном из коридоров я наткнулась на высоченных хмурых охранников в шлемах, причудливой формы. Лёгкая одежда, чуть медлительная грация движений. Оборотни. Личная охрана Мортифора. Очевидно, выслав телохранителей за пределы комнаты, Чёрный король хотел высказать своё доверие и желание поговорить со мной наедине. Элитные воины проводили меня задумчивыми хмурыми взглядами.
Они почему-то меня не любят. Хотя, думаю, любой охранник злится, когда его подопечный остаётся один на один с опасностью. И пусть в человеческом облике я гораздо слабее, но ведь всегда есть шанс повернуть ситуацию в свою сторону. Правда убить оборотня не так-то просто. Не стоит обольщаться его неспешностью и кажущейся заторможенностью. Такая грация связана с их массой, а не физическими данными.
Оборотни обладают удивительно прочным скелетом, в неорганическую основу которого входит не только гидроксиапатит (как у людей), но и другой неизвестный, очень тяжёлый материал. Средний вес костяка оборотня около ста пятидесяти — двухсот, а порой и всех трёхсот килограмм, если прибавить к этому мясо, мышечную массу, воду и прочие составляющие живого организма, то получим около четырёхсот килограмм (при том, что выбранный индивид будет стройным и подтянутым!). Естественно, привыкшие носить такой вес оборотни обладают особой, неповторимой грацией. Что чаще всего и является их визитной карточкой.
Ну, вот и пришли. Вздохнув, я взялась за ручку двери и почувствовала себя дрессировщиком, входящим в клетку с тигром. Вот только мой хищник был гораздо опасней. Да и сама я далеко не безобидная зверюшка.
Мортифор стоял спиной к двери, небрежно прислонившись к трону, с деланным интересом рассматривая резьбу на его спинке. Насколько помню, там изображалась история создания драконов, а также фрагменты из безумного воздушного танца первой и главной пары мироздания: дракона Света и драконицы Тьмы. Чёрные волосы непокорной гривой, как шерсть у дикого волка, спадали на широкие плечи. Плотный тёмно-зелёный плащ скрывал фигуру почти до пола. Услышав мои шаги, он медленно, чтобы никоим образом его движение не сочли агрессивным, обернулся.
— Княжна! — радостно улыбнулся мужчина, приветственно кланяясь. — Здравствуйте! Рад вас видеть!
— Взаимно, Мортифор! — подала я ему руку для поцелуя.
Что бы ни говорил Артур об осторожности, к правителю оборотней я испытывала огромную благодарность. Ведь если бы не он моих горячо любимых братьев Норри и Вика могло бы уже не быть. Во время хитрой вылазки в замок Михея моих братьев схватили и поместили в подземелье. Мортифора, предварительно отравленного ядом, слуги на радостях забыли связать и потащили как есть. К счастью, всякие смертоносные зелья на оборотней не действуют, только на некоторое время могут оглушить. Подданные Туцира не рассчитали концентрации, и лорд Лупус Карнификус очнулся на полпути в камеру, прирезал охрану и вытащил братишек. Без него они бы навсегда остались погребёнными в руинах разрушенного мною замка. Так что и мою совесть он спас. Никогда не смогла бы жить спокойно, зная, что послужила причиной смерти родных.
Мортифор взял протянутую для приветственного поцелуя руку, развернул ладонью вверх и приложился губами к внутренней поверхности кисти. Легко, нежно, очень вежливо, но оттого как он верхней губой слегка прихватил кожу, моё сердце забилось быстрее. Тонкий слух оборотня, очевидно, уловил изменение моего пульса, и уголки его губ еле заметно приподнялись. Лорд Лупус Карнификус замер, явно ожидая моей реакции и внимательно глядя в глаза, будто пытаясь прочитать мысли.
Такой поцелуй не входил в нормы общепринятого придворного этикета, считаясь больше интимным, но и неприличным не значился, имея свой круг применения. Таким прикосновением выражают в неофициальной обстановке наивысшую степень уважения и доброго расположения, но в то же время точно таким же касанием выказывают желание соблазнить. Именно двоякость этого лобзания и обеспечила ему большую популярность при дворе на всех неофициальных мероприятиях.
Над значением поцелуя Мортифора я предпочла не думать, сосредоточившись на облике гостя. Для оборотня его наряд был полностью нетрадиционным, уже хотя бы тем, что состоял из большого количества одежды. Чёрные кожаные штаны, заправленные в высокие замшевые сапоги болотно-сизого цвета. Плотная белая рубашка, поверх которой надета удлинённая безрукавка из тёмно-зелёной кожи, больше напоминающая доспех. Вся она расшита серебристыми линиями, напоминающими рельефы мускулатуры, но складывающимися на груди в непонятные магические символы. На руках коричневые перчатки почти до локтя. Чуть ниже талии — перевязь с мечом, когда полуторник скрывался плащом, возникало ощущение, что на воине просто декоративный пояс. А вот его длинный плащ, перехваченный спереди серебристой цепью, похоже, сделан из того же материала, что и моё верхнее платье-накидка, потому что постоянно льнул и обволакивал фигуру хозяина, искусно скрывая присутствие этого самого оружия. Если бы Мортифор при приветствии специально не показал эфес меча, я бы его не заметила. Так обмануть глаза способна только магия.
— Вот и вы ко мне на беседу с вескими аргументами явились, — пожурила я визави, всё ещё глядя на притороченный сбоку клинок.
— Леди, — широко улыбнулся Мортифор, сильно наклоняясь вперёд, чтобы наши глаза оказались на одной линии. — Могу на что угодно поспорить, что и у вас под накидкой найдётся для меня пару вполне приличных доводов!
При этом он безошибочно посмотрел туда, где были приторочены кинжалы. Видно, помнит прохвост!
— Зачем вы взяли оружие? — направила я на Мортифора один из самых трогательных и жалобных взглядов. — Я всего лишь слабое, беззащитное существо.