Страница 6 из 11
«Что за черт!– думает Николай Иванович,– неизвестно что получается».
А оно и действительно неизвестно что получается. Метродотель по столам скачет, иностранцы ковры в трубочку закатывают, и вообще черт его знает! Кто во что горазд!
Выбежал Николай Иванович на улицу, даже шапку в раздевалке из хранения не взял, выбежал на улицу Лассаля и сказал себе: «Ка ве О! Камни внутрь опасно! И чего-чего только на свете не бывает!»
А придя домой, Николай Иванович так сказал жене своей:
– Не пугайтесь, Екатерина Петровна, и не волнуйтесь. Только нет в мире никакого равновесия. И ошибка-то всего на какие-нибудь полтора килограмма на всю вселенную, а все же удивительно, Екатерина Петровна, совершенно удивительно!
всё
18 сентября 1934 года
Даниил Иванович Хармс
Отвечает один другому:
– Не видал я их.
– Как же ты их не видал,– говорит другой,– когда сам же на них шапки надевал?
– А вот,– говорит один,– шапки на них надевал, а их не видал.
– Да возможно ли это? – говорит другой с длинными усами.
– Да,– говорит первый,– возможно,– и улыбается синим ртом.
Тогда другой, который с длинными усами, пристает к синерожему, чтобы тот объяснил ему, как это так возможно – шапки на людей надеть, а самих людей не заметить. А синерожий отказывается объяснять усатому, и качает своей головой, и усмехается своим синим ртом.
– Ах ты дьявол ты этакий,– говорит ему усатый. – Морочишь ты меня старика! Отвечай мне и не заворачивай мне мозги: видел ты их или не видел?
Усмехнулся ещё раз другой, который синерожий, и вдруг исчез, только одна шапка осталась в воздухе висеть.
– Ах, так вот кто ты такой!– сказал усатый старик и протянул руку за шапкой, а шапка от руки в сторону. Старик за шапкой, а шапка от него, не дается в руки старику.
Летит шапка по Некрасовской улице мимо булочной, мимо бань. Из пивной народ выбегает, на шапку с удиылением смотрит и обратно в пивную уходит.
А старик бежит за шапкой, руки вперед вытянул, рот открыл; глаза у старика остеклянели, усы болтаются, а волосы перьями торчат во все стороны.
Добежал старик до Литейной, а там ему наперерез уже милиционер бежит и ещё какой-то гражданин в сером костюмчике. Схватили они безумного старика и повели его куда-то.
21 июля 1938 года
Даниил Иванович Хармс
Жила-была четвероногая ворона. Собственно говоря, у нее было пять ног, но об этом говорить не стоит.
Вот однажды купила себе четвероногая ворона кофе и думает: «Ну вот, купила я себе кофе, а что с ним делать?»
А тут, как на беду, пробегала мимо лиса. Увидала она ворону и кричит ей:
– Эй,– кричит,– ты, ворона!
А ворона лисе кричит:
– Сама ты ворона!
А лиса вороне кричит:
– А ты, ворона, свинья!
Тут ворона от обиды рассыпала кофе. А лиса прочь побежала. А ворона слезла на землю и пошла на своих четырех, или точнее, пяти ногах в свой паршивый дом.
13 февраля 1938 года
Даниил Иванович Хармс
Нашла Маша гриб, сорвала его и понесла на рынок. На рынке Машу ударили по голове, да ещё обещали ударить ее по ногам. Испугалась Маша и побежала прочь.
Прибежала Маша в кооператив и хотела там за кассу спрятаться. А заведующий увидел Машу и говорит:
– Что это у тебя в руках?
А Маша говорит:
– Гриб.
Заведующий говорит:
– Ишь какая бойкая! Хочешь, я тебя на место устрою?
Маша говорит:
– А не устроишь.
Заведующий говорит:
– А вот устрою!– и устроил Машу кассу вертеть.
Маша вертела, вертела кассу и вдруг умерла. Пришла милиция, составила протокол и велела заведующему заплатить штраф – 15 рублей.
Заведующий говорит:
– За что же штраф?
А милиция говорит:
– За убийство.
Заведующий испугался, заплатил поскорее штраф и говорит:
– Унесите только поскорее эту мертвую кассиршу.
А продавец из фруктового отдела говорит:
– Нет, это неправда, она была не кассирша. Она только ручку в кассе вертела. А кассирша вон сидит.
Милиция говорит:
– Нам все равно: сказано унести кассиршу, мы ее и унесем.
Стала милиция к кассирше подходить.
Кассирша легла на пол за кассу и говорит:
– Не пойду.
Милиция говорит:
– Почему же ты, дура, не пойдешь?
Кассирша говорит:
– Вы меня живой похороните.
Милиция стала кассиршу с пола поднимать, но никак поднять не может, потому что кассирша очень полная.
– Да вы ее за ноги,– говорит продавец из фруктового отдела.
– Нет,– говорит заведующий,– эта кассирша мне вместо жены служит. А потому прошу вас, не оголяйте ее снизу.
Кассирша говорит:
– Вы слышите? Не смейте меня снизу оголять.
Милиция взяла кассиршу под мышки и волоком выперла ее из кооператива.
Заведующий велел продавцам прибрать магазин и начать торговлю.
– А что мы будем делать с этой покойницей?– говорит продавец из фруктового отдела, показывая на Машу.
– Батюшки,– говорит заведующий,– да ведь мы все перепутали! Ну, действительно, что с покойницей делать?
– А кто за кассой сидеть будет?– спрашивает продавец.
Заведующий за голову руками схватился. Раскидал коленом яблоки по прилавку и говорит:
– Безобразие получилось!
– Безобразие,– говорит хором продавцы.
Вдруг заведующий почесал усы и говорит:
– Хе-хе! Не так-то легко меня в тупик поставить! Посадим покойницу за кассу, может, публика и не разберет, кто за кассой сидит.
Посадили покойницу за кассу, в зубы ей папироску вставили, чтобы она на живую больше походила, а в руки для правдоподобности дали ей гриб держать.
Сидит покойница за кассой, как живая, только цвет лица очень зеленый, и один глаз открыт, а другой совершенно закрыт.
– Ничего,– говорит заведующий,– сойдет.
А публика уже в двери стучит, волнуется. Почему кооператив не открывают? Особенно одна хозяйка в шелковом манто раскричалась: трясет кошелкой и каблуком уже в дверную ручку нацелилась. А за хозяйкой какая-то старушка с наволочкой на голове, кричит, ругается и заведующего кооперативом называет сквалыжником.
Заведующий открыл двери и впустил публику. Публика побежала сразу в мясной отдел, а потом туда, где продается сахар и перец. А старушка прямо в рыбный отдел пошла, но по дороге взгянула на кассиршу и остановилась.
– Господи,– говорит,– с нами крестная сила!
А хозяйка в шелковом манто уже во всех отделах побывала и несется прямо к кассе. Но только на кассиршу взгянула, сразу остановилась, стоит молча и смотрит. А продавцы тоже молчат и смотрят на заведующего. А заведующий из-за прилавка выглядывает и ждет, что дальше будет.
Хозяйка в шелковом манто повернулась к продавцам и говорит:
– Это кто у вас за кассой сидит?
А продавцы молчат, потому что не знают, что ответить.
Заведующий тоже молчит.
А тут народ со всех сторон сбегается. Уже на улице толпа. Появились дворники. Раздались свистки. Одним словом, настоящий скандал.
Толпа готова была хоть до самого вечера стоять около кооператива, но кто-то сказал, что в Озерном переулке из окна старухи вываливаются. Тогда толпа возле кооператива поредела, потому что многие перешли в Озерный переулок.
31 августа 1936 года
Даниил Иванович Хармс
У одной маленькой девочки на носу выросли две голубые ленты. Случай особенно редкий, ибо на одной ленте было написано «Марс», а на другой – «Юпитер».