Страница 43 из 76
Но в ситуации агонии «оранжевой» власти идея «национальной» Церкви может срочно потребоваться для начала реализации пресловутого силового сценария. Понимая огромную силу фактора веры, лидер национал-маргиналов хватается за соломинку искусственно созданного контролируемого (по его мнению) религиозного взрыва, предназначаемого на роль «поджога рейхстага».
Подготовлены планы, реализация которых неизбежно поднимет верующих против преступных действий власти, что может послужить чаемым предлогом для введения ЧП. А ЧП, автоматически означающее перенесение на неопределенный срок президентских и парламентских выборов, необходимо Ющенко как воздух. Дальнейшее очевидно — начнется полноценная «чистка» по методу Екатерины Медичи.
Планы этих действий, возможно, выглядят бредом сумасшедшего, но разве не бред сумасшедшего все то, что творят «оранжевые» уже четвертый год? Не бред сумасшедшего путчи, оголтелый национализм, русофобия, реабилитация национал-фашизма, преследование оппозиции и провоцирование военного столкновения с Россией? Не бред сумасшедшего, что государством правят политики, готовые ради благополучия семейного клана развязать гражданскую войну?
Дорвавшиеся до власти моральные калеки, чрезвычайно напоминающие резвящихся уродцев с полотен Иеронима Босха, чувствуют безнаказанность и вседозволенность исключительно благодаря нашей апатии. Они отнимают и оскверняют все, без чего человек перестает быть человеком, — язык, веру, великую историю.
И если мы не дадим достойный ответ на планируемые «оранжевым» режимом очередное безумие и уничтожение канонического православия, то, значит, достойны того, что с нами делают наследники «Нахтигаля». Тогда можно быть уверенным: если варфоломеевский сезон Ющенко вскоре откроется, то он никого не обойдет стороной…
Украина: политика упущенных возможностей
Внешняя политика Украины довольно часто становится предметом более-менее квалифицированного анализа как в стране, так и за ее пределами. Как ни странно, и ее апологеты, и критики сходятся в одном: восемнадцать лет независимости для Украины — время упущенных возможностей на международной арене.
Каждый из трех президентов — Леонид Кравчук, Леонид Кучма и Виктор Ющенко — по-разному выстраивали внешнеполитические приоритеты.
Первый президент был в основном озабочен проблемой признания нового независимого государства, его интеграции в мировое сообщество, понимая это как ускоренное сближение с Западом. Именно при Леониде Кравчуке начали теоретически и терминологически оформляться идеи «интеграции в евроатлантическое пространство», была обозначена проблема пребывания в Крыму Черноморского флота (тогда еще формально не Российской Федерации, а «бывшего СССР»), намечены, а иногда и воздвигнуты другие подводные камни, по сей день осложняющие двусторонние отношения. Политика Кравчука, однако, не предвосхищала и не детерминировала развитие украинско-российских отношений обязательно по негативному сценарию.
Леонид Кучма предпочитал балансировать между Западом и Россией. Относительная слабость последней в период правления Бориса Ельцина и в первые годы Владимира Путина определяла большую готовность правительств второго президента прислушиваться к мнению Запада (в первую очередь — США). Но попытки сбалансировать западное влияние российским предпринимались постоянно и во многом стали причиной ставки Вашингтона на замену достаточно лояльной, но излишне самостоятельной в отстаивании государственных интересов Украины администрации Кучмы своей прямой марионеткой, что стало реальностью после государственного переворота конца 2004 г.
Внешняя политика Виктора Ющенко полностью подчинена интересам США и ничего общего не имеет ни с государственными интересами Украины, ни с волей и убеждениями большинства украинских избирателей. Это политика воинствующей русофобии и пещерного национализма.
Чтобы не быть голословным, приведу простой пример: официальный сленг Банковой ставит знак равенства между проамериканской, пронатовской ориентацией, поклонением перед фашистскими прихвостнями — коллаборантами из ОУН-УПА и украинским патриотизмом. В то же время сторонников тесного союза с Россией (отмечу — именно союзных, а не вассальных отношений) иначе, чем «пятой колонной», «кремлевскими агентами» и изменниками, не называют. Характерно, что даже обвинение в государственной измене, предъявленное Юлии Тимошенко чиновниками президентского Секретариата, мотивировалось в том числе тем, что глава правительства не поддержала личную президентскую оценку операции по принуждению Грузии к миру, проведенной российскими миротворцами и частями 58-й армии в Южной Осетии. Между тем реакция Ющенко на упомянутые события была не только параноидально-русофобской, но и не являлась официальной позицией Украины, поскольку парламент ее не поддержал.
Общее в политике всех трех украинских президентов одно — поставленные цели не были достигнуты. Ни при Кравчуке, ни при Кучме, ни при Ющенко Украина так и не стала самостоятельным внешнеполитическим игроком, самостоятельным даже в меру своих скромных сил и возможностей.
Тому есть масса объективных причин. Основная из них — борьба великих держав за передел сфер влияния после «холодной войны», в которой Украина учитывалась лишь в качестве одной из многочисленных пешек, передвигаемых по «мировой шахматной доске». Подчеркну — Украина сама, по умолчанию, согласилась с такой ролью, не сумев создать и предложить партнерам собственную модель поведения.
Однако главная проблема в самой Украине. Внешняя политика является, как известно, продолжением политики внутренней, а внутренняя политика Украины — череда кризисов, не прерывавшаяся даже в считающееся относительно спокойным правление Леонида Кучмы.
Кризис 1994 г. привел к одновременным досрочным президентским и парламентским выборам и к потере власти Леонидом Кравчуком.
В 1995–1996 гг. государство переживало конституционный кризис — борьбу за полномочия между президентом и парламентом, внешне проявлявшуюся как спор о положениях Конституции Украины, принятие которой таким образом непозволительно затягивалось.
Кризис 1999 г. был связан с первой попыткой оппозиционных сил не допустить переизбрания Кучмы на второй срок.
Кризис 2000–2001 гг. — противостояние между пропрезидентским парламентским большинством и правительством Виктора Ющенко (тогда еще премьера). Он плавно перетек в кризис 2001–2002 гг., связанный с т. н. «кассетным скандалом», а начиная с 2002 г. сторонники Ющенко, по свидетельству одного из его ближайших соратников тех времен — Давида Жвании, приступили к подготовке государственного переворота, осуществившегося в ноябре— декабре 2004 г. С этого момента и по сей день внутренняя политика Украины представляет один сплошной кризис.
В условиях перманентного внутриполитического кризиса государственная власть имеет крайне ограниченное пространство для маневра на международной арене. Отсутствие внутреннего единства ослабляет страну, а поиск противостоящими силами внешних союзников провоцирует и стимулирует вмешательство иностранных государств, в том числе и достаточно далеких от Украины географически, но считающих, что имеют на ее территории свои «национальные интересы».
Например, поддерживая обанкротившуюся политику Ющенко, конгресс США принял резолюцию о поддержке вступления Украины в НАТО вопреки тому, что этот вопрос не рассматривался Верховной Радой — высшим законодательным органом Украины, не выносился на всенародный референдум. Конгресс США попытался своим абсурдным с точки зрения международного права решением подменить конституционную процедуру, предусмотренную украинским законодательством. Ни президент Ющенко, ни подчиненный ему МИД (значительно более зависимый от госдепа США, чем МИД УССР был зависим от МИД СССР) не усмотрели в этом покушения на государственный суверенитет, не выразили протест. Таким образом, действующая власть Украины признала по факту американскую доктрину ограниченного суверенитета Украины.