Страница 26 из 37
– Я – директор! Кто здесь мог вести переговоры?!
– Я не знаю!.. Я, знаете ли, сталкивался по своей работе со многими российскими корпорациями и не в обиду вам будет сказано... Вы только не обижайтесь! Я ничего не утверждаю, я просто пытаюсь понять эту дикую и странную ситуацию... В российских корпорациях иногда происходят совершенно невероятные вещи! Ну что поделать, если бизнес у нас все-таки еще молодой... Ну уж, по крайней мере, моложе, чем на Западе!
– Тоесть вы упорно пытаетесь объяснить мне, что на самом деле я – идиот?..
– Нет, я просто хочу, чтобы вы еще раз проверили... Я уверен: здесь какое-то недоразумение, ошибка.
– И ошибаюсь, конечно, именно я, потому что я – представитель молодого российского бизнеса и обязательно должен ошибаться, а вы – крупная иностранная корпорация, которая пришла меня поучить?!
– Да нет, я так не говорю, просто здесь какая-то ошибка...
– Но почему вы так уверены, что ошибаюсь я, а не вы?!
– Да потому, что мне дал такое задание руководитель нашего представительства! Не мог же он сказать, что мы спонсируем ваш кинофестиваль, хотя на самом деле, это не так!.. Ну войдите же наконец в мое положение!..
– Послушайте, вы что, надо мной издеваетесь что ли?!
– Да нет, я просто уверен, что здесь какая-то ошибка!
– И ошибаюсь, конечно же, я – неразумный представитель молодого российского бизнеса?!..
– Мне кажется, да... – наконец проговорил Не-Маркетинг и обреченно замолчал.
– Да-а, вы, однако, наглый человек!.. – протянул директор фирмы. – Приходите ко мне... Наглый...
– Да нет, просто мне нужно узнать, что сделано в плане спонсорства!.. Мы перевели деньги...
– Это – ложь! Вы не переводили никаких денег!
– Как, ложь?!.. Это не ложь!..
– Это – ложь! Наглая ложь!
– Почему?!
– Да потому, что вы – наглый лжец!.. – тихо, но внятно произнес мужчина в черном костюме. На его лице выступили красные пятна. – Вы, как и все представители этих огромных и наглых фирм – лжец!.. Вы все там, в ваших огромных корпорациях, только и делаете, что лжете, вы нагораживаете одну невероятную ложь на другую! В этом суть всего вашего бизнеса! Как вы смеете отнимать у меня мое драгоценное время своими отвратительными и беспардонными потоками лжи?! Немедленно уходите из этого кабинета, вы, представитель огромной и наглой, лживой корпорации! Знайте, что я не только вас ни капельки не боюсь, но вы должны опасаться меня, потому что моя ненависть готова выплеснуться через край! Так что, пока этого не произошло, уходите из этого кинотеатра и больше никогда здесь не появляйтесь! Я запрещаю вам приходить в этот кинотеатр! Вы – отвратительный и наглый лжец, типичный представитель большой и лживой корпорации! Если вы вместе со своей фирменной корпоративной бизнес-ложью еще раз появитесь в холле или зрительном зале этого кинотеатра – пеняйте на себя! Считайте это моим первым и последним предупреждением. А я слов на ветер не бросаю: вы дорого заплатите за пренебрежение к моим словам, ведь мне уже терять нечего – я смертник!
Молодой мужчина в черном костюме выбрался из-за стола и подойдя к двери открыл ее для Не-Маркетинга.
– Бред какой-то! – проговорил Не-Маркетинг. – Солидный человек и вдруг: терять нечего, смертник! И после этого я должен верить вашим предыдущим словам?!
Он встал из-за стола и недоуменно посмотрел на директора фирмы-организатора.
– Что ж... Вы не верите в серьезность моей угрозы... Она кажется вам неестественной, бредом сумасшедшего... – задумчиво проговорил директор, словно бы сам с собой рассуждая. – В таком случае, надо доказать вам, что угроза серьезна, что какой бы неестественной и выдуманной она на первый взгляд вам ни казалась – она вполне реальна и не считаться с ней – смертельно опасно... Вы приходите в следующий раз в этот кинотеатр, можете даже зайти ко мне в кабинет – вы убедитесь в том, что все это не бред сумасшедшего, что ненависть к таким, как вы, готова в этом мире уже давно перелиться через край и смерть и ужас вам!.. И вы поймете, почему я сказал вам, что я смертник... Поймете, неверующий вы человек, но будет поздно!..
Он показал Не-Маркетингу на открытую дверь... Тот медленно, все еще не веря в реальность того, что происходило с ним, вышел из кабинета в коридор.
Дверь за ним с шумом закрылась.
Не-Маркетинг остановился.
Дверь открылась вновь:
– Помните о моем предупреждении и скорей уходите отсюда! И больше не появляйтесь здесь никогда. Пусть беда все же не произойдет!.. – выкрикнул молодой мужчина в черном костюме.
Не-Маркетинг хотел еще раз сказать директору фирмы про то, что он сумасшедший, но почему-то не решился, – против воли – и это было ему неприятно – он начал его бояться...
Дверь снова захлопнулась.
Словно во сне, медленным шагом Не-Маркетинг вышел на лестницу и, то и дело оборачиваясь и глядя наверх, спустился вниз, в холл кинотеатра.
Там он на мгновение остановился и ничего не видящим взглядом уперся в тускло блестевшую барную стойку. Он совершенно ничего не понимал.
Именно в этот момент к нему подошел незнакомый мужчина, которого Не-Маркетинг прежде никогда не видел, и проговорил:
– Как вам фильм?
Не-Маркетинг узнал его голос, – это был голос того самого человека, который во время сеанса сидел где-то позади него.
– Я просто потрясен этим фильмом! – проговорил Не-Маркетинг, еле сдерживая дрожь, которая охватывала его от волнения. – Я до сих пор не в силах осознать, в чьей гениальной голове мог родиться замысел такого необыкновенного фильма. И какой прекрасной должна быть киностудия, на которой смогли воплотить в жизнь такой восхитительный замысел! И какой замечательной, необыкновенной и волшебной должна быть та единственная и несравненная страна, в которой только и есть такие несравненные киностудии!
Не-Маркетинг сделал паузу, – как он это очень часто делал, когда говорил что-то, будучи в состоянии крайнего нервного возбуждения. И после паузы, словно за это краткое мгновение успев немного восстановить силы, продолжил с еще большей нервной дрожью в голосе:
– Вам может показаться, что я шучу, что это комичная речь, что я на самом деле так не думаю, но правда в том, что я действительно так думаю. Я, действительно, потрясен этим фильмом. Это очень двойственный фильм. Он может показаться дегенеративным на первый взгляд. Но это если только вы не поняли одного... Впрочем, это одно... Оно очень странное и непонятное. И я даже не могу рассказать это словами, но это... Это некий вселенский мудрый, наимудрейший ум, который, без всякого сомнения, породил этот фильм, который, без сомнения, руководил создателями фильма, которому, без всяких сомнений, этот фильм чрезвычайно необходим, и который, я это вижу, сквозит в каждой сцене, в каждом диалоге, в каждом кадре этого фильма!..
Незнакомец всплеснул руками:
– Он возбужден! Он бредит! Он не соображает, что он говорит! Это ужасный, отвратительный, невозможный фильм!.. – проговорил он с явным сожалением и разочарованием глядя на Не-Маркетинга.
– Да это так... – устало согласился Не-Маркетинг. – Я каюсь... Я действительно брежу наяву... Это ужасный, отвратительный, невозможный фильм.
Не-Маркетинг пошел от него прочь, к дверям кинотеатра и через мгновение оказался на улице.
На улице было достаточно жарко, людно, пыльно, весь переулок, в котором находился кинотеатр, был забит автомашинами, – пробка начиналась в том месте, где ручеек машин из переулка впадал в реку большой улицы, на которой не было никакого движения – с того места, на котором стоял Не-Маркетинг, эту большую улицу с повисшим над ней маревом выхлопных газов было прекрасно видно.
Не-Маркетинг вспомнил о приехавшем на съемки телепередачи беспризорнике. На всякий случай посмотрел по сторонам, но беспризорника, конечно же, нигде не было.