Страница 16 из 41
У Лоба Долуффа не было стола. Он был ему не нужен. Даталинк с экраном и клавиатурой были спрятаны в нише; два секретаря ждали его вызова в приемной. Что в офисе было, так это несколько комфортабельных кресел, ни одно из которых не было предложено Ландо, и гигантская птица, к которой не смело приблизиться ни одно подвижное растение.
И Басси Бобах, которая выглядела напряженной, чопорной и тяжело вооруженной.
Ландо опустил руки, чтобы засунуть их в карманы брюк, обнаружил в очередной раз, что у него нет никаких карманов, и скрестил руки на груди. Он переводил взгляд с Басси на администратора, потратил секунду на странное создание в углу, потом снова обратил внимание на людей.
— Тогда, я так понимаю, вы не обвиняете меня в убийстве.
Басси Бобах кивнула
— Это было бы неуместно. Во-первых, есть достаточно доказательств того, что вы убили его в порядке самообороны. Во-вторых, у нас нет никаких записей, свидетельствующих о том, что нападавший прибыл на Осеон по легальным каналам, и, следовательно, по крайней мере с точки зрения закона, он не существует — и никогда не существовал.
Ландо потряс головой.
— Прекрасные порядки тут у вас. Почему ношение оружия — это тяжкое преступление и что мне нужно сделать, чтобы выпутаться из этого? Я понимаю так, что меня бы тут не было, если бы вы не планировали предложить мне какую-то альтернативу выкидыванию в открытый космос.
Игроку уже приходилось раньше бывать в таком положении — и больше чем единожды. Странно, как часто правительству нужны неправительственные люди, чтобы делать грязную работу. То, что его попросят сделать, скорее всего, вряд ли попадет под определение государственной службы.
Басси Бобах застыла в ярости, услышав ответ Ландо, и только стальные нервы и долгие тренировки удержали ее от того, чтобы сорвать с ремня огромный военный бластер.
Лоб Долуфф, напротив, выглядел успокоенным. Он кивнул на нечеловекоподобного наблюдателя и представил его Ландо. Вайва Фибот хлопнул короткими руками, будто приветствуя, взъерошил перья и снова застыл в молчании.
— В одном вы ошибаетесь, капитан. Вы были арестованы и вскоре будете должным образом обвинены в преступлении.
Главный администратор сделал жест. Роботы по сторонам Калриссиана сделали шаг назад. Ландо было указано на кресло, стоящее напротив того, в котором сидел Лоб Долуфф и за которым в подобии стойки «вольно» стояла Басси Вобах.
— Как я уже говорил, наказание описано, как выбрасывание в холод и вакуум внешнего космоса. Однако нет описания точной процедуры подобного метода, и я, мальчик мой, предлагаю вариант, при котором закон будет выполнен, но ты при этом избавишься от неприятных ощущений, которые несет с собой подобный опыт.
— Понятно. Вы собираетесь пристрелить меня, прежде чем выбрасывать в шлюз. Кстати, главный администратор, вы когда-нибудь видели кого-нибудь после выкидывания в пространство?
Ландо тоже не приходилось видеть подобного, но у него было богатое воображение и он надеялся, что у Лоба оно тоже есть.
— Довольно-таки грязная картина.
Он скорчил рожу, выпучив глаза и высунув язык.
Лоба Долуффа передернуло, он сглотнул и положил руку на свой объемистый живот, будто защищая его.
— Это именно то, чего мы пытаемся избежать, мальчик мой. Насколько я знаю, на Осеоне до сих пор никогда не проводилось казней, и я не собираюсь стать первым, кто…
— И я тоже, — согласился Ландо. — Я полагаю, именно сейчас наш пернатый друг вступает в игру?
Он кивнул на Вайву Фибота, занимающего пространство в углу.
Фибот сделал шаг вперед.
— Скажите мне, капитан, — нелепо, учитывая его размеры, пропищало существо, — вы когда-нибудь слышали имя Боххуа Мутдах?
— Звучит, будто кто-то зовет свою мамочку. — Ландо уже устал быть вечным козлом отпущения. К этому моменту он знал, что был нужен им, и собирался сделать процесс как можно более трудным для администратора.
Юмор его ответа — как бы мало его там ни было — ускользнул ото всех присутствующих. Ландо даже заметил, как Долуфф слегка вздрогнул. Администратор закрыл глаза и вытер потные ладони о брюки.
Огромная птица сделала еще шаг вперед, возвышаясь над Ландо.
— Боххуа Мутдах — промышленник, удалившийся от дел, миллиардер. Его владения на Осеоне обширнее, чем у кого бы то ни было, и есть шанс, что он — самое богатое существо в Галактике. А кроме того, он основательно подсел на лесай…
Лесаи. Ландо на миг выкинул птицу из сознания и попытался вспомнить все, что он знал об этом редком и в высшей степени нелегальном наркотике.
Продукт переработки грибка, который рос на спинах только одного вида ящериц в системе Зебитроп, лесаи обладал многими привлекательными свойствами. Во-первых, он убирал потребность во сне, таким образом эффективно удлиняя жизнь людей на треть. В отличие от других стимуляторов, которые использовали ресурсы организма, лесаи сам привносил в организм жизненные силы. Это означало, что его можно принимать бесконечно.
Но у приема лесаи была своя цена. Он превращал потребителя в лишенную эмоций аморальную считающую машину. Через какое-то время семья, друзья, жизни тысяч или миллионов живых существ не стоили ничего — сравнительно с целями, которые ставил перед собой наркоман. По крайней мере, так утверждали власти. В оценках следовало проявлять осторожность. Те, у власти, частенько лгали о таких вещах, как эффект от наркотиков, и даже Ландо, предубежденный против любых препаратов, влияющих на сознание, воспринимал сказанное правительством с большим недоверием.
Но кое-что из этого имело смысл. Он понимал, как могли быть связаны лесаи и самый богатый в обозримой вселенной человек. Не было никакого особенного трюка в том, как стать богатым, — достаточно было посвятить этому всю свою жизнь без остатка, отвергая все остальное. Ландо не был способен на подобное; для него деньги были только средством. Он считал бессмысленным превращение их в самоцель.
Но многие думали иначе. Возможно, Боххуа Мутдах был именно из таких.
— Хорошо, — он прервал пернатое создание. — Итак, у нас есть невероятно богатый наркоман, а ты — полицейский из наркоотдела И в чем проблема — он что, не заплатил вовремя за протекцию?
Вайва Фибот вытянулся, став еще выше, чем был, его перья встопорщились от шока.
— Капитан Калриссиан, вы забываетесь! Я, в конце концов…
— Агент правительства, такой же продажный, как и любой представитель правительства из всех, что когда-либо существовали. Не смеши меня, пожиратель червей. Законы всегда писались так, чтобы приводиться в действие выборочно, служить разным целям. Так что вы имеете против этого Мутдаха — или тебе просто не нравится размер его банковского счета?