Страница 8 из 59
Лайлат — верхний город, соединялся с Мидллом тремя широкими серпантинами и двумя мостами — Золотым и Высоким. Лайлат, место обитания знати и высокородных, место где расположена летняя резиденция и поместье короля Тантры и ректора Школы. Место где есть все, но попасть в верхний город дано не каждому.
Андрей собирался уже спросить, проходящих мимо горожан, как пройти к Школе, как в глаза ему бросился указатель с ядовито-зеленой надписью: «Ортенийская Общая Школа Высшей магии». Ниже указателя, рукой было подписано: «Для тупых — прямо по главному проспекту в сторону малого речного порта. Не упритесь рогом в школьные ворота. Не за что! Рогатики!»
Нижняя надпись вдруг моргнула и превратилась в человечка с недоуменным выражением лица долбящим рогами закрытые ворота. Все ясно — граффити местного разлива, привязанная иллюзия. Народное творчество студиозов. Иллюзорный человечек вдруг повернул голову на Андрея и сложил руками неприличный жест. Ого! Привязка на эмоциональный фон! Круть! Талант малевал!
Сзади рассмеялись. Андрей развернулся. Две молодые симпатичные девчонки, блондинка и брюнетка, и долговязый нескладный парнишка, всем троим лет по четырнадцать-пятнадцать, как и он минуту назад, уставились на указатель. Иллюзорный человечек обхватил ногами указатель, повиснув головой вниз, попытался дотянуться тонкими ручками и вытягивающимися, как телескоп, пунцовыми губами до блондинки. Прохожие и зеваки покатывались со смеху. Парнишка и подруга жертвы внимания человечка всеми силами пытались сдержать на своих ехидных физиономиях серьезные выражения. Девушка, ставшая центром внимания толпы и магического ухажера, покрылась румянцем, соперничая цветом лица с пунцовыми губами человечка.
Хорошего помаленьку. Андрей двинулся в сторону, указанную стрелкой.
— Извините!
— Извините! Уважаемый, ээ-э… — донеслось до Андрея сзади.
— Керр, уважаемый Керр! — не поворачивая головы, ответил Андрей.
Быстрым шагом его догоняла давешняя троица. Одна из красавиц забежала вперед, та, что цветом волос могла соперничать с чернотой вороньего крыла, и спросила:
— Вы идете в Школу?
— Да.
— А можно мы пойдем с Вами?
— А что? Боитесь заблудиться? Тут прямо по улице до ворот с рогатым художником.
— Просто мы подумали, что Вы… и мы, что вместе будет веселее!
И почему их не отшил? А-а, надоело. Хватит! Хватит прятаться панцирем отчуждения и может попробовать завести друзей. Хотя слово «завести» не нравилось Андрею, завести можно собаку или блох.
— Можно.
— Что можно? — удивилась девушка.
— Можно идти со мной до Школы магов, — Андрей скосил глаза и с интересом осмотрел троицу. Все ясно. Судя по тому, что топают ножками — детки обедневших мелкопоместных дворянчиков. Первый раз выпущены родителями из родового поместья и отправлены в самостоятельное плавание по волнам жизни. Детки направили свои стопы в Ортенийскую Школу магии, в надежде пройти вступительные испытания. Родители, за спиной деток, по видимому, не один раз осенили себя святым кругом, желая им надеть мантию ученика, получить школьную стипендию, не маленькую даже по городским меркам, и слезть, наконец! с шеи родителей. После Школы за судьбу отпрысков можно не волноваться, маги в королевстве нарасхват, не тут, так там пристроятся. — А не боитесь?
— Чего?
— Идти со мной?
— Почему мы должны Вас бояться? — удивился долговязый, барышни примолкли, — нет, не так. Почему мы должны бояться идти с Вами?
— Очень просто, я не человек, — Андрей растянул улыбку до самых ушей и повернулся к компании.
— !? — у девчонок округлились глаза, парнишка сглотнул. Привычная реакция, все кто живут за пределами родной долины разнообразием чувств и реакции не отличаются. Как все надоело! Скорей бы научиться тонким плетениям и наложить личину!
— Ну как? Все ещё хотите прогуляться со мной? — Андрей перестал улыбаться.
— Здорово! Но ты же не орк? — вау, мы уже на ты, когда только успели! Быстро отошла от шока жертва поползновений иллюзии на указателе. — А что у тебя с глазами? Расскажешь?
Андрей помялся. Хотел необычной реакции? Получи и распишись! А дела с ребятками ещё хуже чем он думал. Они не только бедные, но еще и с какого-то медвежьего угла прибыли, что там о нелюди слыхом не слыхивали, живут себе патриархальным укладом, как за тысячи лет до падения империи и по тихому курят бамбук или что у них там курят. О как глазки по сторонам стреляют. Полные штаны восторга. Такие взрослые, сами в город приехали! Наивняк полный. Как таких только в город выпустили? Их же тут куры заклюют! Детский сад, в натуре. Интуиция похлопала его по плечу и, неприятно так, чесанула по пятой точке — быть тебе, родимый, воспитателем в этом детском саду на выезде. Совесть, которая подбитым лебедем умирала у ворот в город, встрепенулась и стала биться в глаза — ты же их не бросишь? Не хлопай крыльями, не брошу младеней. Бл… Тарг задери, мне самому-то шестнадцать. Усатый нянь. Хорошо хоть не усатый!
— Стоп-стоп, не все сразу! — Андрей поднял руку, — Воспитанные люди сначала представляются друг другу, только потом можно переходить на ты — это к Вам барышня относится, я не иллюзия на указателе и ручки к Вам не потяну без ритуала представления высоким сторонам. Итак..
— Позвольте представиться, Риго Пронт фон Транд! — долговязый склонил голову. От резкого движения головой длинный чуб парня закрыл половину лица.
— Марика Люсьена фон Требиц! — сказала блондинка и присела в книксене опустив глаза долу и уперев взгляд в походные сапоги Андрея. Что она на них хотела увидеть? Кроме недельной пыли там ничего нет.
— Ирма Лей фон Бокк! — вторая девица в книксене присела, но глазки долу не опустила, продолжая пожирать его взглядом и стрелять в Андрея из-под темной челки своими масляничными глазами. Реснички так и порхают, губки прикусила. Но-но девушка, не надо так, я ведь не железный — я каменный, такие глазострелы пройденный этап. Выходит родители деток бароны, а детки, по местной табели о рангах, тоже бароны, только вот наследные или нет не уточнили.
В наступившей тишине Андрей понял, что единственный не представился. Он сдернул шляпу с головы и в куртуазном полупоклоне, как приснопамятный мушкетер, подмел не существующим пером дорожную пыль. Правила этикета требовали полного представления, но…
— Прошу звать меня, без церемоний, просто — Керр.
Молодые люди переглянулись между собой и синхронно, девушки присели в книксене, а Риго изобразил полупоклон.
— Рады познакомиться.
Риго придержал рукой баронесс:
— Уважаемый Керр, почему Вы не говорите своего титула …, — начал он.
— Риго! Посмотри на меня! Кто я, кто? … И что у меня за титул! Я нелюдь. И отношение к нелюди, да будь я хоть пресветлым князем, здесь одно — от терпимого, до полного неприятия. По крайней мере пока на лацкан значок ученика не повесят. А ещё и зубастая нелюдь, у!?
— А если не повесят значок? — заинтересовалась Ирма.
— Могут повесить меня, но надеюсь да такого не дойдет. Укажут от ворот поворот и отправят за городские стены.
— Но ведь это не правильно, разве ты в чем-нибудь виноват?
— Святая простота! Вы с какого медвежьего угла выползли? Вы хоть историю Тантры с какого-нибудь угла изучали?
— Нет, — услыхал он дружный ответ.
— Четыреста лет назад зеленые орки осадили Ортен, в Тантре шла гражданская война и зеленухи решили урвать свой кусок. Орда ворвалась в Тантру через окраину северных пустошей, предварительно опрокинув войска Лирия Мерийского и вогнав Мерийское королевство в каменный век. Опустошив Тантру на пятьсот лиг вглубь от границы до срединных провинций, орки подошли к стенам Ортена.
— Керр, а школа магов? Ей же больше полутысячи лет! Разве маги не поддержали оборону? — разволновался Риго, он с интересом слушал исторический ликбез и пережевал так, что казалось как будто все происходило с ним.
— Не перебивай, с мысли собъешъ! В орде было, по одним хроникам, двести шаманов, по другим больше трехсот, большая сила даже по нынешним временам! С ходу город взять они не смогли, горожане и маги отбили приступ. Город был взят в осаду, фарвартер по Орти был перекрыт, орки затопили по всем проходам баржи с бутовым камнем. Жителям смерть от жажды не грозила, Гремучка не дала засохнуть, но вот голод был реален. Шаманы сделали невозможной координатную привязку для постановки телепортов и врат и город оказался отрезан от поставки продовольствия, даже через порталы. Так вот., — компания слушала его монолог раскрыв рты и ловя каждое слово. Да, историей дети не избалованны. Хлебнув винца из поясной фляжки, и прополоскав пересохшее горло, Андрей продолжил, — оставшись без продовольствия, ортенийцы столкнулись с голодом. За три месяца в городе были съедены все крысы и вороны. Обезумев от ужаса, матери клали младенцев в зыбки и пускали по течению Орти, в надежде, что добрые люди, в низовьях реки подберут и приютят…