Страница 6 из 59
— Оставьте молодой человек свои политесы и не стоит нам путаться в трудностях перевода, я Вам приведу последний пример, думаю, что он правильный. — Хаг помолчал пару секунд и на выдохе продолжил: — «Витарр» на малой Эдде драконов обозначает хрусталь, «Керр» — гору. Рад приветствовать Хрустального Дракона. — взял за рога Хаг.
Синеглазый скривился, оп-па! Хаг понял, что с именем он попал в яблочко! И он учил Эдду? Может ещё и рунный алфавит учил? Весело! Образованная нелюдь! Но это уже ничего не меняет, наглость надо наказать! Зваться Драконам — это великая честь! И не место всякой нелюди в этих рядах. Пора наказывать!
Но в место страха и неуверенности, на лице нелюди, вдруг, проступило ледяное спокойствие и надменное выражение, а так же такая уверенность в своих силах, что Хаг ощутил как волна холодных мурашек пробежала вдоль позвоночника. Что-то пошло не так! Со стороны лагеря быстрым шагом подобрались колдуны Тим Кривой и Свейни Волна, глаза у них бегали по сторонам, охватывая картину перед собой, на лицах беспокойство. Хаг отослал Майру за спины воинов. От греха подальше.
…Кусок времени и мира выпал из его восприятия.
— Два удара сердца, два удара. На вас всех. И только пепел, тэг Хаг хорошо знает языки, есть и такой перевод моего имени. — сказал нелюдь. Хаг, выпавший из потока времени, поднял взор на говорившего.
Первый раз в жизни, первый раз! На него напал страх! Аура этого нелюдя сжата в мощных щитах, вокруг клубится подчиненная им сила. Маг! Сильный маг! Тим и Свейни пытаются поставить активную защиту, но все бесполезно! Сила нелюди ломает их общий щит как тоненькую щепку! Рвет как бумагу! Колдуны валятся с ног. На плечи навалилась такая тяжесть, что Хаг и шага не может ступить, он огляделся на воинов — белые личины и обреченность во взгляде, а нелюдь… Боги! Синие глаза нелюди заливают площадку призрачным светом, руки подняты вверх — еще пара секунд и он ударит. Все! Отходил ты свое, Хаг! Развлекся, твою мать! Что там нелюдь говорил про овец?
Сбоку что-то мелькнуло. Майра! Нет!
— Керр! Прошу! Не убивай дядю! Не надо! Керр! — кинулась в ноги Майра, тот уронил руки вниз и опустился пред девочкой на колени. Мокрые дорожки на щеках и сжатые у груди кулачки. — Ты хороший! Я знаю. Прости нас. Честь дороже золота, но и она тоже может затмевать взор.
Пропала тяжесть с плечь. Хаг упал задом на мостовую, выронив из обессилевших рук меч. Живой! Все живые! Непоправимого не произошло! Что там? Что с Майрой?
— Спасибо что помогла остаться человеком! — это Керр. Кому? Майре? Майре спасибо!
Человеком? Ну ничего себе заявка, хе-хе раздавил бы нас как жуков, человек!
— Говорил я — не похож ты на орка и эльфа! — Хаг хрипло рассмеялся, убирая смехом весь страх и переживания. Смеялись воины и Майра.
Краем глаза Хаг посмотрел на державшего в своих ладонях пальчики девочки Керра, поймал синий взгляд…, и поперхнулся. Такой тоски, печали, одиночества и боли он еще никогда ни у кого не видел. Мать моя волна!
— Что скажем наказующим? — донеслось как издалека. Очухался Свейни — колдун. — Волшба такого уровня у ворот, по головке не погладят. Нелюдь без знака мага или ученика, могут и вздернуть!
Майра в ужасе вцепилась в одежду чуть не убившего их смеска. Впрочем, поделом бы им досталось. Со своим уставом сунулись в чужой монастырь. Вот и щелкнули по носу. По лицу и рукам мальчишки, да, мальчишки, теперь Хаг видел, что тому не больше пятнадцати или шестнадцати лет, а не как в начале он думал двадцати, пробежала странная рябь и пропала. Хагу показалось, что на руках он на мгновение увидел чешую и когти!
— Скажете, что здесь магичил я! А я уйду, пусть ищут! Не найдут! — Керр отпустил руки Майры — Ну пока, красавица!
Должен быть выход из ситуации, Хаг мучительно размышлял. Натворил он дел. «Честь затмевает взор!», кажется так сказала эта егоза, а теперь мальчишка спасает им честь.! Им! Драконам! Так не пойдет! Если это произойдет, то никакой чести у них не останется и на родину можно не возвращаться! Лучше на меч кинуться, чем так!
— Свейни! Тащи сюда Амулет Грома! — приказал колдуну Хаг. Кажется он нашел выход из ситуации. — А ты, Хрусталик, сиди и не рыпайся! «Пойду, пусть ищут». Сиди, волну тебе в борт!
— Зачем? Он пуст. Я его не заряжал, надо столько манны в него вкачать, что уму не постижимо.
— Вот именно! Расколешь накопитель и камень в оправе, пусть ищейки докажут, что манна не из амулета выплеснута!
— А это выход! — растянул в улыбке губы Свейни Волна, с полуслова уловивший замысел конунга. В Амулет Грома, для поддержания купола стационарной защиты, закачивают столько манны, что магию мальчишки можно будет списать на выплеск сломавшегося амулета. И как все здорово выходит, растянутый разряд манны, потеря сил воинов, призрачное свечение.
— И все же я тогда пойду. Ворота школы магии для приема студиозов открыты до пяти часов после полудня, надо успевать. — услыхал Хаг слова Керра, сказанные им Майре.
— А мы еще увидимся, Керр? — девочка не хотела его отпускать просто так.
— Буду рад тебя увидеть в своем доме в любой день, — добавил Хаг, — Второй особняк слева после трактира «Синий студиоз». И прими мои извинения. Я говорю от всех своих воинов и себя в первую очередь.
— Да что уж, племяшку, Майру, благодари! И знаешь что Хаг…
— Что?
— Найди ей наставника, ага? Лучше мага Жизни. Дар у нее. Кстати, можешь звать меня Гурдом!
Бам-с, стукнула челюсть об мостовую. Добрые боги! Вот и вся связка из Малой ЭДДЫ. Четыре слова, полное имя. Вот тебе и синь глаз без белка! Может ещё и титул есть? Но откуда!? Хаг оглянулся по сторонам, Керра-Гурда уже и след простыл.
— Найду, обязательно найду. Мага жизни. Я запомню. Увидимся еще! — ошеломленно протянул под нос Хаг.
Глава 2
Студиоз.
…Высокая двустворчатая дверь из темного мореного дуба, чуть скрипя, приоткрылась.
— Можно?
— Входи Валетт. — магистр ректор откинулся на спинку старого деревянного кресла, вот уже пятьсот лет, неизменного атрибута кабинета ректоров Ортенийской Школы магов.
В кабинет вошел невысокий человек в серой, с черно-белой окантовкой, мантии ищеек-наказующих. Абсолютно лысый череп вошедшего, лишенный даже намека на растительность, отражал падающие на него солнечные лучи. Магистр улыбнулся, вот уже лет двадцать как по школе ходит поверие, распространенное среди учеников школы — если перед экзаменом, посмотрев на череп магистра Валетта, ты увидишь в нем свое отражение, то удача-халява в твоих руках и экзамен будет сдан без всяких напряжений. И каждую весну начиналась веселая игра под названием прятки. Магистр Валетт забивался в какой-нибудь дальний угол или кабинет, а школяры всеми правдами и неправдами старались попасть ему навстречу, или нарушить дисциплину, или какое-нибудь из правил школы, чтобы нарушителя представили пред ясны очи служителя правопорядка и закона, доводя последнего до белого каления. Своей работы невпроворот, а тут ещё молодежь как с цепи срывается! Весь учебный год хер… дурью промаются по кабакам и девкам, а потом магистр страдай.
Что только Валетт не пытался делать! Накладывал личины, ставил охрану, сооружал различные магические ловушки, отправлял пойманных на общественные работы — должен же кто-то нужники чистить, но все бес толку! Студиозы снимали личины, обманывали охрану, виртуозно обходили выставленные смертельные ловушки! Все подчинялось одной цели — поймать халяву! Такую энергию — да в мирное русло, о-оо! Скалистые горы бы по камешку раскатали.
Ректор улыбнулся ещё раз. Первый год Валетт не знал, что поверие было запущено в оборот самим ректором школы и пользовалось его молчаливой поддержкой. Если молодой маг или магесса проявляют чудеса изобретательности и смекалки чтобы увидеть свое отражение в блестящей черепушке магистра наказующих, рискуя при этом нарваться на гнев всесильного главы службы порядка Школы магии и Ортена в целом, и добиваются своей цели, значит не все потеряно, и молодой человек что-то из себя представляет. Такого можно и потерпеть в школе еще один курс, предварительно наказав неприятными работами.