Страница 30 из 103
Но 25 марта штурма Одессы не последовало, хотя григорьевцами была захвачена станция Сербка, а 26 — станция Колосовка (в боях за станцию взято в плен до 2 тысяч союзников), 28 — пала станция Кремидовка. Попытка сил Антанты провести 29–31 марта 1919 года контрнаступление на станцию Сербку не принесла желаемого успеха. В этом контрнаступлении приняли участие около 8 тысяч штыков и сабель французских, греческих, румынских, польских войск. После массированного артобстрела погибло более 100 григорьевцев и станция Сербка была временно отбита. Но это не остановило повстанцев. На следующую ночь григорьевцы ликвидировали охрану станции и перерезали телеграфную связь. Ночная атака григорьевцев повергла в панику союзных солдат, которые спешно покинули станцию, оставив повстанцам ценный трофей — новый французский самолет. 29 марта 1919 года без боя частями белогвардейцев был оставлен порт и крепость Очаков и оборона Одесской белой армии сконцентрировалась на участке Раздельная — ст. Сербка — Одесса. Случилось то, чего никто еще месяц назад не мог предвидеть… Одесса оказалась в окружении красных повстанцев. 31 марта союзники попытались атакой, при поддержке двух танков, снова отбить станцию. Но атака захлебнулась в пулеметном огне повстанцев. В боях за Сербку было убито и тяжело ранено до 600 бойцов союзных войск.
27 марта 1919 года во время боя между частями Махно (тогда бригада Красной Армии) за Мариуполь военно-морские силы Антанты, стоящие на рейде Мариуполя, вмешались в военные действия. Французские миноносцы «Гуссар», «Энсень Энри» и канонерская лодка «Ла Скарп» обстреляли наступавших махновцев. Для защиты порта Мариуполь и охраны складов французы высадили небольшой десант. Однако 29 марта был подписан договор с махновской делегацией, устанавливающий однодневное перемирие для эвакуации порта. За этот день французские суда вывезли из порта Мариуполь несколько недостроенных судов, ценности и беженцев.
Большим просчетом командования Антанты было то, что антантовцы не разрешали белым добровольцам Одесского района формировать свои новые части в Николаеве и Херсоне. Командование Антанты, проводя переговоры с Директорией УНР, признало район Николаева — Херсона частью УНР, временно переданный под контроль французского командования. Белые не могли формировать там отряды без согласия Директории. Но понятно, что такого согласия они бы никогда не дождались…
3 апреля 1919 года генерал д'Ансельм объявил об эвакуации сил Антанты из Одессы в течение 48 часов. Это было внезапное, неожиданное бегство. Ведь еще несколько дней назад союзнические войска, удерживая фронт, бились с григорьевцами на подступах к Одессе. Известие об эвакуации вызвало восстание на рабочих окраинах — Молдаванка, Пересып. Забастовка рабочих и судовых команд, покинувших пароходы, сорвала вывоз интервентами материальных ценностей из Одессы. 5 апреля 1919 года французское командование передало власть советским и общественным деятелям и освободило политических заключенных, а 6 апреля в город вошли войска Григорьева.
Григорьев вошел в Одессу с армией в 3 тысячи бойцов. Григорьевская бригада состояла из 6 полков, конного и артиллерийского дивизионов. Части были одеты в трофейное английское обмундирование, хорошо вооружены. «Вся Пушкинская улица была заполнена народом. Григорьев ехал, стоя в автомобиле. Автомобиль еле двигался сквозь толпу, которая выкрикивала «Ура!» Каждому хотелось протиснуться к автомобилю. Кто-то ухватил атаманскую руку и поцеловал ее. После этого Григорьев уже сам протягивал руку для поцелуя. Толкотня, выкрики, крики. Атаман довольно усмехался, он никак не ожидал такой встречи», — вспоминал свидетель триумфа Григорьева. Другой очевидец писал, что григорьевцы: «…одетые не по сезону (уже было по-весеннему тепло), в папахах и свитках, на низкорослых конях, удивляли своей незначительной численностью и несоответствием тому внешнему блеску, которым ослепляла франко-греческая кампания». Красный командарм Скачко докладывал в центр: «Одессу взяли исключительно войска Григорьева. В двухнедельных беспрерывных боях бойцы показали выносливость и выдающуюся революционную стойкость, а их командиры — храбрость и военный талант… Прошу товарища Григорьева, который лично показал пример мужества в боях на передовых линиях, под ним было убито два коня и одежда прострелена в нескольких местах, и который добился победы над сильным врагом с незначительными потерями, наградить орденом Красного Знамени…»
Григорьев трубил на весь свет: «Я победил французов, победителей Германии, и один мой снаряд выбил председательское место из-под Клемансо!»
В то время как около 25 тысяч войск союзников (до 7 апреля 1919 года) было эвакуировано на судах из Одесского порта, бригада одесских белогвардейцев Тимановского была брошена союзниками на произвол судьбы и с боями отходила из Одессы в сторону Румынии. 14 апреля красными была взята Раздельная и румынские войска отошли за Днестр. 18 апреля пал Овидиополь и, после боя с небольшими частями румынской армии, — Тирасполь. Бригада Тимановского отошла к Днестровскому лиману и была взята на борт французских судов в районе с. Бугаз (по другим данным, бригада отошла через переправу на Днестровском лимане на территорию Бессарабии, находящуюся под властью Румынии). Этим же путем отступала из Одессы дивизия польских легионеров.
В Крыму французские, английские и греческие войска использовались только для поддержания порядка, патрулирования, охраны военных объектов. Только несколько тысяч греческих войск были переброшены под Перекоп, накануне штурма Перекопа красными войсками Заднепровской советской дивизии Дыбенко. 20 судов и две военные канонерские лодки Антанты были выведены в Тендровский залив для противодействия наступлению красных. 29 марта 1919 года французский миноносец «Дегортер» обстрелял вокзал Геническа, где выгружались красные войска для штурма Перекопа. Греческий миноносец «Пантера» действовал у Перекопа и Хордов, обстреливая скопления советских войск.
Но греческие войска показали себя полностью не способными держать оборону. Командующий сухопутными войсками интервентов в Крыму полковник Труссон, обвинив в прорыве красных части добровольцев, отвел греческие полки от Перекопа в Севастополь. С 9 апреля 1919 года в Севастополе началась общая эвакуация из Крыма союзников и гражданских лиц, в том числе и Крымского Краевого правительства.
10 апреля Труссон назначил себя военным губернатором Севастополя, переведя город на военное положение, а 13 апреля части Дыбенко уже вышли к Севастополю. Труссон отверг требование Дыбенко о немедленной сдаче Севастополя, но с 15 апреля начал переговоры с красными парламентерами по вопросу сдачи города.
17 апреля французские моряки отказались сражаться на «красном фронте» и советские войска легко взяли Малахов курган. Через два дня три французские судна подняли красные флаги. На севастопольском рейде началось восстание французских моряков. Взрыв негодования французских матросов был связан с расстрелом демонстрации моряков греческими солдатами. Эти события вынудили Труссона 21 апреля 1919 года объявить о полной эвакуации частей Антанты из Севастополя и из Крыма. По договору между красным командованием и командованием интервентов, 29 апреля 1919 года последние интервенты покинули город, а части красных вошли в Севастополь. В то же время до конца июня 1919 года суда Антанты обстреливали красные позиции на Керченском фронте, фактически продолжая военные действия против Советов.
Военные потери борющихся сторон в этом конфликте были незначительны. Войска Антанты в боях с частями Красной Армии, григорьевцами и повстанцами потеряли убитыми приблизительно около 3 тысяч человек: греческие войска (более 1 тысячи человек), румынские войска (около 1 тысячи человек), французские войска (до 500 человек), польские легионеры (около 300 человек), английские, сербские, американские войска (вместе около 120 человек). Части белогвардейцев в Одесско-Херсонском районе и при обороне Крыма потеряли не более 700 человек. Части комдива Дыбенко, атамана Григорьева, партизаны, повстанцы потеряли также примерно 4 тысячи человек, еще примерно 1 тысяча жителей Украины и Крыма были уничтожены карательными отрядами интервентов и белогвардейцев. В то же время выглядит грубой фальсификацией, не основанной ни на каких фактах, заявление советских историков о том, что интервенты Антанты (на Юге Украины и в Крыму) уничтожили до 60 тысяч местных жителей, причем только в Одессе «погибло 38 тысяч человек» (!)