Страница 33 из 108
Юноша пошевелился, пытаясь поднять онемевшую руку, — и, как ни странно, это ему удалось. Браслет сломался с неожиданным сухим хрустом, как опавший лист, и рука описала дугу. Вслед за нею он точно так же освободил вторую, а потом попытался приподняться. Ошейник лопнул, разваливаясь на две части.
Сев на столе, юноша немного подвигал руками. Мышцы болели, с неохотой подчиняясь разуму. Превозмогая тупую боль в руках, он сломал браслеты на щиколотках и потянулся рассмотреть остатки ошейника. Толстая серебряная пластина изнутри была словно изъедена ржавчиной и рассыпалась в пыль от одного прикосновения.
— Ну и ну!
«Запомнил формулу? — влез внутренний голос— Может пригодиться!»
Его балахон, разорванный на вороте до половины, валялся на полу. Юноша сполз со стола и нацепил его, запахивая на груди.
— Ты готов? Сейчас ты пойдешь со мной. Спасительная дверь была рядом — в двух шагах. Ему стоило лишь обойти слепую старуху, благо места было достаточно для маневра. Пусть онемевшие ноги еле ходят — сил на побег ему должно хватить. Тем более сейчас, когда на нем нет ошейника и он снова может пользоваться своими силами.
— Что вам от меня надо? Слепая волшебница хихикнула:
— А ты думаешь, я явилась сюда только ради твоих красивых глаз? Тащилась через всю Обитель, распутывала отводящие глаза заклинания, вместо того чтобы отдыхать после долгого дня, пугала до полусмерти эту девчонку. — Она пихнула послушницу локтем. — Ради какого-то медиума, который одним своим присутствием ухитрился поставить на уши половину Ордена? Конечно, мне интересно на тебя посмотреть, пообщаться с тобой и просто утереть носы всем этим надутым гусыням, которые считают, что могут обойтись без меня! Главное, считай меня выжившей из ума дурой, но я привязана к обеим своим девчонкам, и я надеюсь получить свою вторую помощницу назад живой и здоровой!
— Она жива, — кивнул юноша.
— И ты отведешь меня к ней! Немедленно!
Сказать по правде, об этом он и сам думал совсем недавно, и молодой маг кивнул:
— Я готов. Только… только там меня ждет друг. Он альфар, я не могу его бросить. Я отвечаю за его жизнь.
— Альфар? Еще один мужчина в нашей Обители? — хихикнула слепая волшебница. — Это становится все интереснее… Хорошо, мальчик. Стой спокойно… Вот так. — Она подняла руку и коснулась его лба тонкими пальцами. — Молчи и не издавай ни звука. Одно твое слово — и чары рассеются. Иди сюда!
Втроем — послушница вела слепую старуху за одну руку, а он за другую — они покинули комнату для исследований и, просто притворив дверь, направились прочь. Обитель уже просыпалась для нового дня — послушницы и младшие волшебницы спешили по своим делам, останавливаясь и кланяясь слепой старухе, чей ранг был слишком высок, даже несмотря на увечье. И ни одна не обратила внимания на то, что рядом с нею идет мужчина.
Он отцепился от ее руки только перед стеной, где под лестницей была скрыта «кладовка». Руки и ноги к тому времени отошли настолько, что ему понадобилось всего несколько пассов на то, чтобы развеять чары и отпереть дверь. Поток света хлынул в щель, и сидевший у стены альфар встрепенулся, приподнимаясь.
— Спокойно, Норрик, это я. — Юноша, чуть пригнувшись, переступил порог.
— Где ты был? Пожрать чего-нибудь принес? — приветствовал его альфар.
— Нет. Пока нет, но… Погоди пока!
Он прошел к лежащей неподвижно девушке, опустился перед нею на колени. Послушница спала. Всмотревшись в ее лицо, он осторожно провел по нему ладонью.
Послушница несколько раз глубоко вздохнула и открыла глаза. В них мгновенно вспыхнул ужас. Девушка резко села, отпрянув и ударившись спиной о стену.
— Где я?
— Все хорошо. — Молодой маг попытался взять ее за руку, но она вырвалась:
— Не смей!
— Пожалуйста! Я не причиню тебе зла! Ты свободна!
— Ученица? — позвала слепая волшебница, оставшаяся снаружи.
— Матушка!
Девушка вскочила и бросилась старухе на шею. Придерживая ее одной рукой, слепая протянула вторую руку в сторону молодого мага:
— Молодец. Сдержал свое слово. Сдержу и я свое. Собирайся и иди за мной. Молча!
— Что происходит? — прошипел Норрик, ощетинившись. — Майяр, что она…
— Все в порядке. — Маг коснулся его плеча, выпрямляясь и направляясь к выходу. — Доверься мне и молчи. И вот еще что… Зови меня Эльфином.
— Как-как?
— Эльфином.[1]
— Почему?
Молодой маг ничего не ответил, только пожал плечами. Ему показалось, что так будет правильно.
Старшая наставница отложила перо и потянулась, окидывая взглядом длинный свиток, испещренный мелкими ровными рядами символов. День прошел плодотворно. Осталось только последний раз поклониться в часовне Покровителям и можно отправляться на отдых.
От приятных мыслей ее отвлекли быстрые шаги по коридору. Хлопок распахнутой двери и испуганный крик:
— Матушка!
Старшая наставница обернулась — в ее келью ворвалась ученая волшебница. Лицо ее было бледным, в глазах прыгал страх.
— Матушка! — закричала она, кидаясь к ней и падая на колени. — Прости меня, матушка! Он исчез!
— Кто?
— Тот мальчишка! Медиум! Я не знаю, как это случилось, но он сбежал!
Старшая наставница резким рывком подняла ученую с колен, встряхнула за плечи.
— Что за ерунду ты несешь? Разве оттуда можно убежать? Ты что, не закрыла двери?
— Закрыла! — Видящая чуть не плакала. — Закрыла и наложила на них отводящее глаза заклинание. Он не смог бы их отпереть изнутри, да и снаружи надо было сначала снять защитную завесу! Он был прикован, на нем был блокирующий ошейник, и все-таки он освободился! А ошейник… вот, смотрите, что он с ним сделал! Вы понимаете, что это означает?
Она вытащила из складок балахона остатки ошейника. Проржавевшие насквозь, они крошились под пальцами в труху.
— О, матушка, что же теперь будет? — Ученая Видящая едва сдерживала слезы. — Все пропало! Все погибло! Он…
— Замолчи, глупая курица! — огрызнулась старшая наставница, но тут же добавила другим тоном, помягче: — Успокойся, дитя мое! Не случилось ничего такого, что нельзя было бы поправить! Все в порядке! Все будет хорошо!
— Но как же, матушка? — пролепетала волшебница. — Ведь это означает, что у мальчишки был союзник! Кто-то в Обители ему помогает! Среди нас предатель!
— Глупости! Ни одна женщина не станет добровольно помогать мужчине, а я прекрасно знаю наших сестер. Ни на одной из них нет следов принуждения. И ты вытри слезы и не думай о дурном. Ты поступила очень хорошо — пришла и сказала мне, что стряслось. Теперь я подумаю о том, какие меры принять. Спасибо за предупреждение!
Она взяла в ладони лицо ученой и поцеловала ее в губы. А потом перехватила за шею и резко сжала.
Молодая волшебница встрепенулась и взмахнула руками, раскрывая рот и силясь вдохнуть. В глазах ее появился и стал быстро разрастаться ужас. Непослушными пальцами она попыталась перехватить руки старшей наставницы и разжать захват, но безрезультатно. Чем сильнее она боролась, тем теснее сжимались пальцы на ее горле. Ноги ученой подкосились, и она мешком осела на пол.
Подержав ее за шею еще немного, старшая наставница отпустила ее и позволила телу упасть с глухим стуком. Потом перевела взгляд на валявшийся рядом обломок ошейника. Эта девчонка обо всем догадалась, но сделала неверные выводы. Не стоит, чтобы она бегала по Ордену и будоражила сестер своими бреднями. Свидетель должен замолчать навсегда, и он замолчал.
Старшая наставница подошла к стене, где на панели была изображена картина из истории Ордена, и нажала на неприметный выступ. Часть стены отъехала в сторону, открыв небольшую нишу. Сюда-то старшая наставница и оттащила труп. Пусть полежит здесь до ночи, когда можно будет без помех избавиться от него.
Но до тех пор нужно будет сделать еще одну вещь.
Войдя в маленькую келью, молодой маг потянулся и стащил через голову ученический балахон, после чего растянулся на низкой лежанке, закинув руки за голову. Дремавший на другой лежанке Норрик встрепенулся и приподнялся на локте, глядя на приятеля.
1
Эльфин — «сын человека» от «Эль» — имя первого человека, одного из Покровителей, и «фин» — сын, потомок. — Здесь и далее примеч. авт.