Страница 7 из 11
Прежде всего, кольца воды, огибавшие древний матерь-город, снабдили они мостами и открыли путь от царского дворца и к дворцу. Дворец же царский в этой обители бога и предков соорудили они тотчас же, с самого начала, и затем каждый, принимая его один от другого и украшая уже украшенное, всегда превосходил в этом по возможности своего предшественника, — пока не отделали они это жилище так, что величием и красотой работ дворец поражал зрение. Начиная от моря вплоть до крайнего внешнего кольца прокопали они канал в три плетра[35] шириной и сто футов глубиной, длиною же в пятьдесят стадий и таким образом открыли доступ к тому кольцу из моря, как будто в гавань, а устье расширили настолько, что в него могли входить самые большие корабли. Да и земляные валы, которые разделяли кольца моря, ровняли они, по направлению мостов, настолько, чтобы переплывать из одного в другое на одной триреме, и эти проходы покрыли сверху, так чтобы плавание совершалось внизу; ибо прокопы земляных колец имели достаточную высоту поверх моря. Самое большое из колец — в которое пропущено было море, — имело три стадии в ширину; следующее за ним земляное равнялось ему. Во второй паре колец водяное было двух стадий в ширину, а сухое опять равной ширины с предыдущим водяным. Одной стадии в ширину было кольцо, окружавшее самый срединный остров. Остров же — на котором стоял царский дворец, — имел в поперечнике пять стадий. И этот остров кругом, и кольца, и мост, в один плетр шириной, с той и с этой стороны обнесли они каменного стеною и везде при мостах, на проходах к морю, воздвигли башни и ворота. Камень вырубали они кругом и под островом, расположенным в средине, и под кольцами, с внешней и внутренней их стороны: один был белый, другой черный, третий красный; а вырубая камень, вместе с тем созидали морские арсеналы — двойные внутри пещеры, накрытые сверху самой скалою. Из строений одни соорудили они простые, а другие пестрые, перемешивая для забавы камни и давая им выказать их естественную красоту. И стену около крайнего внешнего кольца обделали они по всей окружности медью, пользуясь ею как бы мастикой, внутреннюю выплавили серебристым оловом, а стену кругом самого акрополя покрыли орихалком, издававшим огненный блеск.
Царское же жилье внутри акрополя устроено было так. Посередине там был оставлен недоступным священный храм Клейто и Посейдона, с золотою оградой по кругу, — тот самый, в котором некогда зачали они и родили поколение десяти царевичей. Туда, из всех десяти уделов, приносились ежегодно каждому из них приличные по времени жертвы. Храм самого Посейдона имел одну стадию в длину, три плетра в ширину и пропорциальную тому высоту; внешность же его представляла что-то варварское. Все это здание снаружи покрыли они серебром, кроме оконечностей, оконечности же золотом. Внутри представлялся зрению потолок слоновой кости, расцвеченный золотом, серебром и орихалком; все же прочее — стены, колонны и пол — одели они кругом (одним) орихалком. Воздвигли также внутри золотых кумиров — бога, что, стоя в колеснице, правил шестью крылатыми конями, а сам, по громадности размеров, касался теменем потолка, и вокруг него плывущих на дельфинах сто нереид, — ибо столько именно насчитывали их люди того времени. Было внутри храма много и иных статуй, посвященных богу людьми частными. Около же храма, снаружи, стояли золотые изображения всех вообще лиц — и жен, и всех потомков, которые родились от десяти царей, также многие другие великие приношения, со стороны как царей, так и частных лиц, и из самого города, и из внешних стран, над которыми он господствовал. Да и жертвенник по размерам и отделке вполне соответствовал такой обстановке храма, и царское жилище точно так же отвечало достойным образом и величию державы, и убранству святилища. Из обоих источников, холодной и теплой воды, которые содержали воду в огромном обилии и отличались каждый, по своей природе, приятным вкусом и высокой годностью к употреблению, они извлекали пользу, расположив вокруг строения и подходящие к свойству вод древесные насаждения и построив близ них водоемы, одни — под открытым небом, другие — крытые, для теплых ванн в зимнее время, особые — царские и особые — для частных людей, отдельные же для женщин и отдельные для лошадей и прочих рабочих животных, причем дали каждому соответствующее устройство. Стекавшие оттуда воды отвели они к роще Посейдона — группе разнородных деревьев, достигших необычайной красоты и вышины благодаря плодородию почвы, — и через каналы спустили во внешние рвы, расположенные кольцами. Много было там устроено святилищ, в честь многих богов, много также садов и гимнасиев — и для мужчин, и особо для лошадей, на обоих тех кольцевых островах, и между прочим, в средине наибольшего из островов, был у них отличный ипподром, шириною в стадию, а в длину распространенный, для состязания лошадей, на всю его окружность. Около него, по обе стороны, находились жилища стражников, (предназначенные) для большинства стражей. Более верным повелевалось держать стражу на меньшем и ближайшем к акрополю острове; тем же, кто верностью отличался больше всех, отведены были жилища внутри акрополя, около самих царей. Арсеналы наполнены были кораблями с тремя рядами весел и вдосталь снабжены нужным для тех снаряжением. Так-то было все устроено около жилища царей. Но пришедшему за гавани — а их было три, — встречалась еще стена, которая, начинаясь от моря, шла кругом, везде на расстоянии пятидесяти стадий от большего кольца и гавани, и замыкала свой круг близ устья канала, лежавшего у моря. Все это пространство было густо застроено множеством домов, а водный проход и большая из гаваней кишели судами и прибывающим отовсюду купечеством, которое, в своей массе, день и ночь оглашало местность криком, стуком и всяческим шумом. Итак, о главном городе и обо всем, что имеет отношение к тому древнему поселению, передано почти так, как тогда рассказано; постараемся же теперь припомнить рассказ и о прочей стране, каковы были ее природа и образ устройства. Во-первых, вся эта местность была, говорят, очень высока и крута со стороны моря; вся же равнина около города, обнимавшая город и сама, в свою очередь, объятая кругом горами, спускающимися вплоть до моря, была гладка и плоска и в целом имела продолговатую форму, (простираясь) по одному направлению на три тысячи, а посередине, вверх от моря, на две тысячи стадий.[36] Местность эта по всему острову была обращена к югу и защищена с севера от ветров. Окружавшие ее горы прославлялись тогда за то, что превосходили все существующие и числом, и величиной, и красотою, причем содержали много богатых жителями селений, реки, озера и пажити, с достаточною пищею для всех, также ручных и диких животных, лес, красовавшийся обилием и разнообразием деревьев и богатый материалом для ремесел, всех вообще и каждого в отдельности. И вот как, при помощи природы, была возделываема та равнина многими царями, в течение долгого времени. В основании равнины лежал по большей части правильный и продолговатый четвероугольник; а чего недоставало (для такой формы), то подправляемо было на всем протяжении выкопанного вокруг рва.
Сообщение относительно его глубины, ширины и длины невероятно — (невероятно), чтобы, помимо других достижений, было еще и такое созданное руками дело, — но передадим, что слышали. В глубину был он прокопан на один плетр, в ширину повсюду на одну стадию, и так как был выкопан кругом всей равнины, то оказывался до десяти тысяч стадий в длину. Он принимал сходящие с гор потоки и, будучи обогнут кругом равнины так, что прикасался с обеих сторон к городу, давал им таким путем изливаться в море. Сверху были от него прорезаны по равнине прямые каналы, около ста футов шириною, которые направлялись снова в ров, ведущий к морю, отстояли же друг от друга на сто стадий. При их-то посредстве они сплавляли к городу снятый на горах лес, а также доставляли на судах и другие продукты, смотря по времени года, прокопав поперечные из канала в канал и по направлению к городу протоки. И дважды в год пожинали они произведения земли, зимой пользуясь водами небесными, а летом привлекая воду, которую дает земля, чрез каналы. В отношении военной силы требовалось, чтобы из числа людей, годных на равнине к войне, каждый участок выставлял вождя; величина же участка доходила до десяти десятков стадий, а всех участков было шестьдесят тысяч. Из жителей гор и прочих мест страны набиралось, напротив, неограниченное число людей, но все они, смотря по местностям и селениям, распределялись в те участки, к вождям. Вождю же полагалось выставить на войну шестую часть военной колесницы, дабы вышло число в десять тысяч колесниц, двух коней и всадников, далее, парную запряжку без сиденья, содержащую пешего, легко вооруженного воина, и при войне еще и возницу для обоих коней, а также двух тяжеловооруженных воинов, по два лучных стрелка и пращника, по три легковооруженных камнеметателя и копейщика, и четверых моряков в команду для тысячи двухсот кораблей. Так была устроена военная часть царственного города; в прочих же девяти — у каждого иначе, — о чем долго было бы говорить.
35
Плетр — единица длины в Древней Греции, равная примерно 31 м.
36
Примерные размеры равнины — 500 на 350 км.