Тонкий мир

— Верю, — вздохнул князь. — Идем, Дэйри, я устал, как собака… Да, Ирвина уговорил только на одну комнату, но, похоже, это и к лучшему. Будешь все время под рукой… то есть на глазах.

— Хорошо, — вяло согласился Дариэль.

— Ты точно в порядке? — Ксиль осторожно поддержал его под локоть и увлек по темному коридору. — Они не успели тебе кровь пустить?

— Нет, — Дэйр тяжело мотнул головой. — Это нормальная реакция. Сначала — сильное нервное возбуждение, потом, когда опасность исчезает — утомление. У меня тоже есть предел выносливости…

— Уж вижу, — констатировал князь.

Больше он не проронил ни слова, пока довел засыпающего на ходу Дариэля до комнаты, не запер изнутри дверь на ключ и не усадил эльфа на кровать.

— Ты в состоянии говорить или лучше отложим серьезные беседы до утра? — без тени насмешки поинтересовался Ксиль, усаживаясь на ковер перед эльфом.

Дэйр посмотрел на князя сверху вниз и честно ответил:

— Я устал, но если что-то серьезное — поговорим сейчас. Не хочу на завтра оставлять какие-то проблемы.

— Хорошо, — Максимилиан склонил голову к плечу и сощурился — то ли слова подбирал, то ли просто исподтишка разглядывал целителя. — Силле, то, что я сейчас скажу, тебе не понравится.

«Да неужели», — мрачно подумал Дариэль, борясь с желанием заснуть прямо здесь, не раздеваясь и даже не снимая ботинки. Тоже, к слову, мокрые насквозь.

— Сейчас ты полностью зависишь от меня.

«Какая новость, подумать только».

— И хочешь верь, хочешь не верь — я действительно хочу тебе помочь.

«Да ну?»

— Но возможно это только в том случае, когда ты беспрекословно слушаешься моих указаний.

«Да неужели?»

— Ты повторяешься, — не сумел сдержать улыбку Ксиль. — Ладно, не в этом дело, — в синих глазах блеснула сталь. — Сейчас ты нарушил все три правила — ушел в уединенное место, был небрежен, не позвал меня на помощь. А если бы я опоздал? Если бы задержался у Ирвина?

От мягкого укора в его голосе Дэйру хотелось выть и лезть на стену.

— А зачем ты вообще оставил меня наедине с обращенными в «кровавом безумии»? — не сдержался бывший целитель. — Что, не предполагал, чем дело кончится?

Максимилиан плавным движением поднялся с пола и сел рядом с Дариэлем. Кровать мягко прогнулась.

— Дэйри, — прохладная ладонь ласково скользнула по затылку. — Не сердись. Конечно, я догадывался. Поэтому и просил в любой сомнительной ситуации звать меня на помощь. Почему ты молчал?

Дариэль почувствовал, что опять краснеет.

«Дурацкий день. Все кувырком. Нервы уже ни к черту», — он прикрыл глаза, чувствуя кожей пристальное внимание князя.

— Я просто забыл.

— Чего? — от неожиданности Ксиль рассмеялся.

— Забыл, — угрюмо повторил Дариэль, всем сердцем желая провалиться под землю. — Я не привык надеяться на кого-то. Почти восемь тысяч лет своим умом живу…

— Не привык надеяться? — эхом откликнулся Максимилиан. — Скажи уж лучше — не привык доверять.

— И это тоже.

Некоторое время в комнате царило молчание.

— Дэйри… ты должен научиться мне доверять, — наконец произнес Ксиль, почти робко касаясь плеча целителя.

— Я постараюсь, — тихо произнес Дариэль. И добавил: — Ксиль… а ты не скажешь никому, что меня чуть не…

— … чуть не изнасиловали? — как ни в чем не бывало закончил князь, и Дэйр начал испытывать такое знакомое, почти родное желание прибить мерзавца на месте.

Ну, или — на крайний случай — просто окунуть в сугроб.

— Чуть не убили, обвели вокруг пальца… что я попал в глупое положение, — слова давались с трудом, но потом становилось легче — будто Дэйр перекладывал свои проблемы на плечи Максимилиана.

Князя. Его князя, если быть точным.

— Не скажу, — по-доброму усмехнулся Ксиль. — Буду нагло врать, что эти мелкие кровососы у тебя по струнке ходили… главное, не проболтаться, язык у меня без костей. Ты же знаешь меня.

— Если что — напомню «правильную» версию, — вернул ему усмешку Дэйр и почувствовал… нет, наверное, ему просто показалось… что на секунду между ними проскочила искра взаимопонимания.

Но какая же мягкая здесь кровать…

— Эй, не спать! — рассмеялся князь, усаживая завалившегося на бок Дэйра. — Сначала — душ. Вон, за той дверкой. Я взял на себя смелость распотрошить твои вещи, так что рядом с душем, на вешалке, найдешь белье, тренировочные штаны, футболку и это свое дурацкое травяное мыло… В общем, разберешься… Что? Что ты на меня так смотришь?

— Ничего, — Дэйр почти смущенно отвел глаза. И тихо добавил. — Спасибо. Я пойду, пожалуй.

— Помощь не нужна?

— Ну что я, джинсы, что ли, не расстегну? — Дэйр устало махнул рукой, скрываясь в ванной комнате.

— Застегнуть их у тебя сил не хватило… — в пространство заметил Ксиль.

Скрипнули краны — полилась вода.

«Ужасный день, — думал Дариэль, намыливая голову. От горячих водяных струй, стекающих по спине, его разморило еще больше. — Еще пара таких дней — и нервный срыв мне обеспечен. Надо выбираться… Мятные капли, успокоительный сбор и много-много здорового сна…»

«Чудесный день, — ухмылялся Максимилиан, застилая себе постель на диване. — Еще пара таких дней — и эльфенок у меня в кармане. Эшли просто алмаз, так сыграть, да еще и команду подключить… Надо будет обратить на него внимание Ирвина».

Из душа раздался такой звук, какой бывает, когда мокрое тело медленно сползает по стеночке, роняя с полок шампуни и мочалки.

— Готов, — с удовольствием констатировал Ксиль. — Даже глинтвейна с успокоительным не понадобилось… Пойду-ка я спасать своего эльфенка, пока он не утонул…

На город опустилась ночь. Вьюга стихала. И ей не было абсолютно никакого дела ни до эльфа, погруженного в беспокойный и чуткий сон, ни до счастливого до неприличия князя, осторожно расчесывающего влажное золото волос, ни до растерянной черноволосой ведьмы, дремлющей в маленькой кухоньке под грустным материнским взором.

Все было правильно.

ГЛАВА 20: СОМНИТЕЛЬНОЕ И НЕСОМНЕННОЕ

Через три месяца мне исполнится двадцать.

Кошмар. Я стара, как мир.

Конечно, рядом с вечностью Максимилиана и… кхм, в два раза более долгой «вечностью» Дариэля — жалкие песчинки времени.

Вся разница в том, что когда этого песка много, его не ценишь. Играешь, пересыпаешь из горсточки в горсточку, хвастаешься — у кого больше? А когда мало — считаешь каждую крупинку…

Рядом с такими, древними и всезнающими, через некоторое время начинаешь чувствовать себя лишней. Ненужной и… слишком простой, что ли? Стоит только немного развеяться очарованию, стоит получить время передохнуть от постоянного восхищения… И наваливается оно.

Осознание собственной ущербности. Незначительности.

Серости.

Честно, я никогда не страдала «комплексом мышки». Просто знала, что ничего особенного собой не представляю — на фоне Элен и Хэла, и даже рядом с подругами-одноклассницами.

Даже замыкание в «звезду» ничего не изменило в моем мироощущении. Как была просто Найтой, так ей и осталась. Сила не сделала меня ни умнее, как показала самостоятельная жизнь в Заокеании, ни решительнее, что чуть раньше подтвердилось в Академии. Взрослеть надо самой, без «подарков» свыше.

Но раньше мысль о собственном возрасте и уровне развития совершенно не занимала мою голову. А вот сейчас… Неделя с мамой, в неге и заботе, сработала, как та самая возможность отдышаться, и я со всей ясностью поняла то, что ускользало от меня последние два года. Все странности в поведении Ксиля вдруг сложились в четкий узор.

Отправной точкой послужил случайно подслушанный разговор двух соседок с нижнего этажа. Дело в том, что живу я на втором этаже, и если открыть форточку, то можно виртуально «поприсутствовать» и на детской площадке, и, что гораздо интереснее, на лавочке около нее. Сейчас я не училась и не занималась алхимией, так что могла позволить себе поваляться подольше в кровати, прячась от солнечных зайчиков и назойливого шума под одеялом. Но кое-какие фразы все-таки долетали до моих ушей.