Страница 53 из 76
— Да, конечно.
— Игорь! Откуда у тебя эти клинки? — спросила Арта, до этого пристально рассматривавшая их.
— Из мира, куда меня забросило в самом начале. А тебе что-то известно о них?
— Узор на них. Интересно, как их занесло туда… — похоже Арта была в состоянии глубочайшего шока. Клинки после перековки сохранили свой первоначальный узор, он лишь стал менее заметен и разрывался в нескольких местах.
— Я сам не знаю толком про них. Мне их всучил какой-то старикан, которого я не запомнил. Тогда я еще толком не разобрался, чего в том мире можно ожидать. Теперь подозреваю, что он если не забросил меня туда, то наверняка имеет отношение к тем, кто это сделал.
— Скажи, эти клинки пьют жизнь тех, кого убивают? Они могут направлять твою руку?
— Да, именно так…
— Тогда это точно они — Арта коснулась пальцем рукояти клинка, но потом отдернула руку, словно испугавшись.
— Арточка, давай уже трави байку, хватит нас тут пугать — произнес Джим и звонко чмокнул ее в щеку — Арта на это никак не отреагировала, только отхлебнула кофе, все еще смотря на клинки и начала рассказ.
— Это было около двух сотен лет назад, по времени моего мира — начала рассказ Арта — Прошло всего сорок с небольшим лет с тех пор, как в наш мир, до этого не видавший магии, ворвались сразу две силы. Известная тебе, которой ты пользуешься, и еще одна. Пожалуй, скажу пару слов о моем мире. Наше техническое развитие тогда было на уровне Вашего конца девятнадцатого века, разве что огнестрельного оружия не было. Но лампочки уже были, а позже появились и автомобили, хотя они так и не разгонялись быстрее десяти миль в час.
Мили в километры я перевести в уме не мог — вечно забывал, но на эту деталь решил не обращать внимания. И так понятно, что не особо быстро.
— К моменту, когда на нас напали, у нас были и электрические лампы в богатых кварталах, и самоходные кареты, как именовали автомобили, у наиболее богатых людей. Но что касается оружия — все до сих пор решалось клинком и арбалетом, а с некоторых пор и магией.
Стоило ей появиться — технический прогресс практически замер. С тех пор, как две силы ворвались в мир, ведущие умы стали их изучать, и за какие-то десять лет маги стали пользоваться спросом уже как специалисты, а не только как шарлатаны. И если с первой силой все понятно, то о существовании второй никто не подозревал. Впервые об этом заговорили, когда один серийный убийца каким-то образом доставил ведущим специалистам трех университетов, в которых уже к тому времени был уж минимум один факультет, занимавшийся магией, свой труд «Практика жертвоприношений». В нем он убеждал, что силу убиенного человека можно использовать.
— Маньяк или гений? — спросил я
— И то и другое. Что характерно, труд попал на столы профессоров сразу на следующий день после казни маньяка. Труд не был принят научным сообществом, так как описанное в нем было слишком кроваво. Некоторые экземпляры уничтожили, а некоторые остались, и желавшие подчинить себе силы ценой чужих жизней копировали их. Так или иначе, труд этот был запретным и подлежал уничтожению.
— Запретный плод сладок, несмотря на то, что сладкое портит фигуру — хмынул Джим
— Но через некоторое время появился человек. Мезмер, как звали этого деятеля, был дворянином, дальним родственником правящей династии, и не без амбиций. И труд этот он раздобыл. Он был отличным фехтовальщиком, сильным магом, но, как свидетельствуют книги, он еще был и редкостным садистом, ни во что не ставившим человеческую жизнь. Свое имение недалеко от столицы он превратил в настоящий военный лагерь. Но, имея некоторые амбиции, он боялся в том числе и за свою жизнь. И тогда он взял на воспитание, как свидетельствуют исторические источники, двадцать четыре ребенка: двенадцать девочек и двенадцать мальчиков, которым не исполнилось и года. Им он с детства давал какие-то свои эликсиры, обучал навыкам боя и превращал в идеальных, как он считал, солдат. Когда дети достигли возраста семнадцати лет, он начал создавать им оружие. Ранние браки — это нормально для моего мира. Крестьяне — так вообще едва ли не в тринадцать лет женят своих отпрысков.
— Ну, смотря какая у вас там продолжительность года.
— Одна целая, тринадцать сотых земного, я посчитала.
Тринадцатью сотых пренебрегаем или нет? Ну, хорошо, в четырнадцать выходит. Все равно рановато. Я и в двадцать пять об этом еще и не задумывался даже.
— Нда.
— В общем, к девятнадцати годам у всех них были годовалые дети, которых Мезмер принес в жертву создавая оружие. Вторая сила, которая ворвалась в наш мир, очень плохо изучена даже в Альянсе. Она оплетает отпечаток и делает его сильнее, придает ему какие-то свойства, но она бесполезна для демонов. Но эту силу Мезмер нашел как использовать. Всего для создания оружия, как свидетельствуют исторические сводки, было убито больше семидесяти младенцев, причем все — дети тех двадцати четырех.
— Интересно, как матери так просто отдали их этому Мезмеру?
— Они боготворили его и были преданы всецело ему. Так или иначе, это позволило создать оружие. Парные клинки, как у тебя, назывались шипами Ниримы, а еще были пальцы Кинариды, и месяцы Остарка.
— Названия ничего мне не говорят — признес я.
— И мне тоже — встрял Джим
— Пальцы Кинариды — это такие стальные перчатки на обе руки до локтя с тремя лезвиями, которые закреплены примерно как пальцы латной перчатки, то есть положение их меняется пальцами. Указательный и средний двигают одно лезвие, безымянный и мизинец второе, а большой палец третье. Длина лезвий около тридцати сантиметров. Очень экзотическое оружие, требующее длительной тренировки, так как нетренированные пальцы сломаются в такой штуке в бою очень быстро. А полумесяц Остарка — это полумесяц, закрепленный с двух сторон на метровом древке, которое можно к тому же разъединить в центре. Владение этими видами оружия приписывают трем древнейшим богам, о которых в нашем мире есть легенды. Этим Мезмер хотел, как замечают историки, показать, что он — это земной наместник всех трех.
— Три в одном по специальной цене — хмыкнул Джим.
— Нда уж. Амбиции зашкаливают — согласился я.
— Помимо основного оружия, его элитные воины получили по перстню и по кинжалу. И при создании перстня, как и при создании кинжала, также убивали годовалого младенца.
— Ужас какой — произнес Джим.
Надо отметить, что Арта рассказывала так захватывающе, словно сама это пережила, что все описанное живо представлялось в мыслях, и мурашки иногда пробегали по спине даже у меня, некроманта со стажем.
— Помимо этого Мезмер нашел способ продлевать свою жизнь, пуская под нож других. Сначала скот, потом людей из окрестных имений. Помимо этого, с возрастом он делался все более и более агрессивным, и в конце концов против него бросили пятитысячное войско, когда он отказался явиться на суд за злодейства и перебил жандармов. И тогда двадцать четыре воина элитной гвардии Мезмера положили больше двух тысяч тренированных солдат регулярной армии, которых прикрывали маги.
— Ух ни хрена себе — не выдержал я. Звучало слишком фантастично. Я-то со своими клинками считал, что один я против трех обычных бандитов, даже с моей подготовкой — это неравный бой, и его лучше избежать по возможности. Это, конечно, не мешало мне воспользоваться магией или втихаря подсыпать чего-нибудь в бочки с вином или ручей, из которого брали воду бандиты, и придти, когда те будут ловить розовых слоников. Но чтобы так, в открытом бою…
— Они были быстры настолько, что могли отбивать град стрел, и при этом параллельно блокировать своей силой магов. Раны затягивались, стоило им убить кого-то.
— Знакомое ощущение — я поморщился — эйфория и раны затягиваются мгновенно, мир словно замедляется, звуки растягиваются, и клинки едва ли не сами направляют твою руку. Они спасали меня не раз таким образом.
— А теперь представь двадцать четыре человека с таким оружием, способные обмениваться мыслями, когда рядом. Это была настоящая бойня. В то время у нас уже умели делать фотографии, и в некоторых исторических книгах есть фотографии той горы трупов.