Страница 68 из 106
По существу дела он ничего не сказал:
— Сын часто ездит с друзьями на дачу, ночуют, а подробностей я не знаю…
Зато пытался выведать, почему затянулось расследование и часто вызывают на допросы Валерия. Но у меня было чем пресечь его любопытство.
— Скажите, Федор Владимирович, почему Валерий известен всем как внук адмирала? Чья это заслуга?
Золотов рассмеялся.
— Молвы, очевидно. Видите ли, отец был красивый, представительный, в семье его звали Адмиралом. В шутку. Может, кто-то когда-то чего-то недопонял, вот и пошло. Недоразумение, одним словом! Ну, мы этому значения не придавали — посмеивались, и все!
Объяснение легкое, изящное и неправдоподобное. Надо отдать должное Федору Владимировичу — и произнес он все совершенно непринужденно.
Утро следующего дня началось с телефонного звонка.
— Товарищ Корнилов? Вас беспокоит заведующий общим отделом облисполкома Чугунцов Борис Иванович…
— Слушаю вас, Борис Иванович.
— Вы не могли бы проинформировать меня об обстоятельствах, в связи с которыми ведется расследование в отношении Валерия Золотова? Он у нас активный общественник, а сейчас ходит сам не свой, волнуется… Его, конечно, понять можно — история неприятная, что и говорить… Но к нему лично разве у вас есть претензии?
Голос был солидный, ответственный и вполне мог принадлежать Чугунцову, который действительно заведовал отделом облисполкома. В первую секунду пришло недоумение: какое отношение имеет к нему Золотов? Но больше я ничего подумать не успел — мой постоянного действия компьютер сработал мгновенно и выдал ответ, единственно правильный в этой ситуации:
— Прошу прощения, Борис Иванович, сейчас у меня люди, продиктуйте ваш телефон, я перезвоню.
Продолжительность паузы была почти неуловимой, но все же достаточной, чтобы ощутить замешательство собеседника. Раздайся в трубке короткие гудки, обман сразу бы стал очевидным. Но он назвал номер и авторитетно попрощался, поэтому все прояснилось через минуту, когда я заглянул в служебный справочник.
Привычка тщательно проверять любые сомнения заставила меня набрать оба номера. Первый оказался аварийной службой Водоканала, по настоящему мне ответили, что Чугунцов вторую неделю находится в отпуске. Это меня нисколько не удивило.
ПАУТИНА
Валерий Золотов редко когда брался подводить итоги двадцати девяти лет жизни, но за четыре месяца до описываемых событий, сидя на открытой веранде кафе «Лотос», он занимался именно этим.
Погода стояла хорошая, иссушающая жара еще не наступила, солнце светило мягко и ласково. Пузырилось в бокале полусладкое шампанское, ждал своей очереди маленький графинчик с коньяком, но настроение было скверным.
Тягостные размышления появились после того, как он принял идущего следом прохожего за человека от Шаха. Почему вдруг в голову пришла такая мысль? Черт его знает! Тот вроде смотрел как-то необычно: пристально, подозрительно… Хмурое лицо, потрепанная одежда… Чушь собачья! Струсил без причины, и это угнетало больше всего. Как шестерка!
Впрочем, если смотреть правде в глаза, то он и есть шестерка. Хотя и не для всех. Жора, Таня, Маринка, Куколка — они все у него в руках… А есть шушера, которая вообще считает его боссом. Только что из этого? Сам-то он знает истинное положение вещей…
Золотов отхлебнул шампанского, бросил в рот квадратик шоколада, помешал ложечкой тающее мороженое. Окружающих обманывать гораздо легче, чем самого себя. Он успешно играет роль хозяина жизни, он является рабом обстоятельств, зависит от прихотей фортуны, воли и усмотрения других людей. У него есть мальчики на побегушках, но сам он выполняет те же функции для стоящих чуть повыше. Из-за этого можно было не переживать закон жизни: одному ты авторитет, другому — холуй. Но его такой закон не устраивал…
Интересно, Шах тоже является для кого-то шестеркой? Если да, все-таки легче…
На лестнице показалась Вершикова. Облегающие брюки зеленого велюра, тугая броская маечка. Ничего девочка… Жалко отдавать. Ну, ради дела…
Подойдя к столику, она лениво взмахнула рукой.
— Приветик!
Золотов наполнил фужеры.
— Выпьем за то, чтобы встречаться по велению души, а не по требованиям дела.
— Что-то ты сегодня поешь как соловей…
Вершикова смаковала шампанское, ела шоколад, не спуская прищуренных глаз с собеседника.
— …не иначе хочешь втравить в какую-то гнусность.
— Мне не нравится твое настроение, красавица. — Глаза Золотова остекленели. — И тон твой тоже не нравится. Ты что, вышла замуж за начальника ОБХСС? Нет? Отчего же так осмелела?
Золотов разлил остатки коньяка.
— Слушай внимательно. Есть парень, старый мой знакомый, моряк. Непьющий, влюбчивый. В загранку ходит, будешь всегда прикинута по последней моде… А пока он плавает — можешь себя особенно не ограничивать… Ухватываешь? Это то, что надо! Загвоздка в одном, переживает он из-за несчастной любви. Рана в сердце, страдания и все такое прочее. И ты ему понравься, голову вскружи, он и отойдет…
Вершикова молчала.
— Сама понимаешь, заставлять я тебя не собираюсь — дело-то твое. А посмотреть — посмотри.
Возле солнечных часов их ждал поджарый парень с резкими чертами лица.
— Здорово, дружище, — широко улыбаясь, сказал Золотов. — Знакомься, Марина.
— Федор.
Рука была сухой и горячей.
— Значит, так, время идет к обеду, — затараторил Золотов. — Поступило предложение с учетом этого отправиться в «Сторожевую вышку». Кто за? Против? Воздержался? Принято единогласно. Вперед, труба зовет!
Вершикова — откровенно разглядывала Федора. В общем ничего… Если его приодеть «по фирме»… Интересно, почему он не привезет себе шмоток? Неужто все сбывает барыгам? Вряд ли, не похоже… Может, Золото не брешет на этот раз и действительно привел настоящего жениха?
Ресторанный зал полупуст, но Золотов направился к столику, за которым сидел смуглый худощавый человек в белом джинсовом костюме.
— Познакомьтесь, мой товарищ, гость нашей страны, Хамид. Он случайно оказался здесь, и я пригласил его присоединиться…
«Ну и лиса, — подумала Вершикова. — Не иначе что-то задумал». В случайные встречи она перестала верить уже давно.
— Выпьем за дружбу и сотрудничество между народами!
Золотов умело разлил водку, потом, чтобы не сбавить темп, произнес еще два тоста, рассказал несколько анекдотов. Атмосфера стала свободной, завязалась общая беседа. Хамид говорил почти без акцента, держался раскованно, громко смеялся, одним словом, вошел в компанию.
Раскрутив веселье, Золотов отошел в тень и, хотя не забывал наполнять рюмки и продолжал участвовать в разговоре, погрузился в размышления.
Если для всех остальных участников застолье было просто приятным времяпрепровождением, то для него — ответственным и важным мероприятием, от которого зависела реализация дальнейших планов. Во-первых, Федор познакомился с Хамидом. Теперь они знают друг друга в лицо, что значительно упрощает будущие контакты. А во-вторых, Федька, кажется, заглотнул наживку — вон как он рассматривает девочку, так бы и съел глазами… Это хорошо, очень хорошо…
— А где же наш друг Сурен? — обратился к нему Хамид. — Что-то я его давно не видел.
При упоминании имени Шаха Вершикову передернуло.
— Он… э-э-э… уехал, — выдавил из себя Золотов. — Уехал отдыхать на море…
— На Белое, — ядовито рассмеялась Вершикова. — Но скоро вернется. Через каких-нибудь восемь лет!
Золотов напрягся, но Хамид продолжал улыбаться и понимающе кивал головой, отнеся несуразность ответа на счет своего незнания нюансов языка.
Вот идиотка! Золотов, не меняя радушного выражения лица, сильно наступил Марине на ногу. Так и сгорают на мелочах! Одно лишнее слово может спугнуть партнера, и с огромным трудом налаживаемый канал закроется, не успев открыться!
— Что с тобой, Машенька? — участливо спросил он. — Нехорошо стало? Пойдем на улицу…
Он помог Вершиковой выйти из-за стола, бережно придерживая за локоть, провел к двери.