Наши все дома!

— Привет. Приехал всё-таки?

— Ну я вообще-то обещал.

— Ну мало ли...

— Не мало. Я вроде бы повода не давал.

— Ты уверен?

— Не заводись. Вот тебе ружьё, в школе автомат изучали — это то же самое, только патроны другие. Помнишь ещё?

— Нет конечно.

— Тогда смотри. Саш, ты тоже смотри — вот и для тебя ружьё.

— Правда? — Сашка.

— Куда ей ружьё? — это уже Ольга.

— В руки, куда ж ещё. В общем, смотрите. Ружьё всегда должно быть заряжено, но на предохранителе. Пока предохранитель включен — это когда рычажок вот сюда, видите, закрывает щель — нельзя ни выстрелить, ни перезарядить. Поэтому когда собрались стрелять — первым делом вот так большим пальцем вниз его. Патроны в магазин вставляются вот так. Влезает десять штук, пусть там десять и будет. Если случилось стрелять — первым делом после того как опасность миновала замените магазин, если время есть — добавьте патроны. Пробуйте.

Девушки мои (или когда-то мои, не суть важно) попробовали. Ничего, получается. Продолжаем ликбез.

— Держать оружие лучше всего вот так — левой рукой под стволом, тут специально для этого предусмотрена хваталка, цевье называется. Можно при этом и заряжать, и магазин менять. Пробуйте теперь зарядить.

Вот развыступался, прямо учитель... А приятно же видеть, как Сашка взяла свою уже "сайгу" и как само собой разумеющееся — повернула её стволом от людей. Давно ведь учил... Аккуратно вставила магазин, потянула с трудом рычаг... И плавно отпустила. Естественно, гильза застряла. Ну да, этому — не учил, не было как-то у нас в семье "Калашниковых", только воздушка, ИЖ-60. Воздушку в Москве оставили — толку от неё сейчас ноль. Если младшие школьники среди нас появятся — чего-нибудь придумаем, а пока незачем. Сашка уже маленькой не считается — "в связи с чрезвычайным положением считать возрастом частичного совершеннолетия 12 лет". Или даже десять...

— Перезаряжается любое оружие резким движением. Как при выстреле — так же и рукой. Оттягиваем рычаг до упора и бросаем — обратно его пружина должна сама забросить.

Ну вот, теперь девушки хоть как-то стрелять смогут. Теперь можно и ехать.

— Ты всё же на всякий случай скажи, где тебя искать.

— А толку? Если меня не укусили — ничего не случилось. А если укусят — какой смысл искать?

— Ну ладно, делай как знаешь. Связь у меня только ближняя — вот держи, сюда нажмёшь — говоришь. Правда, действует километров на пять и то в поле. Но вдруг пригодится.

— Ну, пока что ли...

— Давай.

Сашка промолчала, но вид у неё был самый что ни на есть готический. Видимо, между собой они уже это обсуждали. Да, совсем большая девица становится...

Разъехались из двора в разные стороны. Мы к восточному мосту, к нашему стойбищу, а Ольга, упрямо не говорящая куда собралась — в сторону центра. Ладно, у неё есть машина и ружьё — это уже немало. Да и не в чисто поле собралась же, зная её основательность — она и топиться идя температуру воды проверит... А у нас сейчас свои заботы — тем более в экипаже прибавление. Хорошо что все уже друг с другом знакомы — а то Сашка совсем бы в себя ушла. А так — вроде почти приятели, несмотря на разницу в возрасте.

Магазин решили брать в районе бывшей нашей квартиры. В новостройках народу много, патрули ездят, да и магазины могут ещё живым потребоваться, может даже жизненно. А тут — живые уже уехали. По крайней мере — тут можно уговорить себя так думать... Так что пойдём и "возьмём склад". А если сил хватит — то и холодильник утащим. Если витринный агрегат приделать к большому ящику, а ящик как следует утеплить — хотя бы строительной "урсой" — в нём можно корову заморозить. Или полслона...

Продуктовый магазин — не оружейный. Вскрыли за минуту, вынули продукты из ближайшего к выходу прилавка-холодильника, потащили в прицеп. Тяжёлый, собака, но волоком по полу — ничего, терпимо. Благо прицеп как раз к ступенькам удачно пристыковался. Выгребли продукты, сколько в холодильник влезло и рядом насыпалось — и домой. Темно уже становится, а ночь даёт преимущество тем, кто в ближнем бою сильнее. То есть мертвякам.

На базе всё было без изменений. Пугательная зомбака щерилась в свете фар крокодильими зубами, серели на тёмном фоне просохшие места забора и подвывал ветер. Тишина, пустота — лепота кругом и благорастворение воздухов. Благо ветерок тянет с полей и вонь мертвецкую уносит. Надо бы на завтра ПХД устроить — воскресенье всё-таки. Сегодня упахались на полную — добыли и оружие, и хавчик, холодильник большой — надо только нему ящик сделать побольше... Трофеи рассортировать — чего мы нахватали в двух магазинах... Ну и подумать, как жить дальше собираемся. Сегодня уже ничего делать не хотелось. Проверив на всякий случай незапертые помещения — не завелось ли чего — и выдав на радостях кошкам целую банку корма на двоих, решили устроить небольшой отдых с пикничком. Благо готовый шашлык в числе добытого из магазина присутствовал. Вот только не вызовет ли мясо ассоциаций с сегодняшней "бульдозерной мяснёй"? Мне-то чтобы аппетит отбить надо перед носом кишками размахивать, а у остальных как? Ладно, главное не напоминать. Я собрал обычно хранившийся в машине походный мангал, насыпал угля, запалил... Нужно и отдыхать иногда. Пока наши дома. Хотя бы и не все.

Суббота, 24.03, вечер

Как обычно, к ужину стихийно возник "совет в Филях". К живому огню собрались все, включая кошек. Сашка рассказала, что они с Ольгой успели услышать из новостей и нарыть в пока что работающем интернете. В общем, ничего сенсационного — эпидемия сильнее всего ударила по крупным городам. О правительстве сведений нет. Командир Тульской дивизии объявил себя военным комендантом города — до прояснения ситуации с другой законной властью. Ведётся организованная эвакуация в военные лагеря, всем, кто может самостоятельно расселиться по деревням — рекомендовано так и делать. На выездах из города работают заправки и выдача оружия всем, не имеющим судимости. Комендант организовал пресс-службу, мобилизовал одну из музыкальных станций, передаются информационные сводки и почему-то песни военных лет... Из Москвы продолжается неорганизованное бегство, на окраинах военные ещё поддерживают какой-то порядок, про центр не известно ничего. Телевизор сперва погас, потом по первому каналу пошли тульские новости — сообщения от комендатуры, иногда репортажи из города, или с камеры самолёта — чтобы можно было посмотреть, где что происходит.

Всё это Сашка выложила ёмко и коротко, как будто не пятый класс заканчивала, а как минимум разведшколу. Впору гордиться — да странно всё же.

— Саш, а мама тебе хотя бы не говорила, куда поехала?

— Не-а — как-то очень быстро ответила она. Понятно, значит говорила. И проинструктировала не сообщать...

— А может всё-таки скажешь? — энергичное мотание головой. — Ну ладно, как хочешь.

— Мама просила до послезавтра не говорить.

— А что завтра такое будет?

— Ничего. Она сама расскажет.

— Ну ладно, секрет так секрет. Сейчас вот шашлык запустим — сходим постреляем. Надо же тебе попробовать, чтоб потом не учиться.

— Зачем это ночью-то делать? — вмешалась Иринка.

— Да завтра не до того будет. Сейчас Сашка бахнет пару раз, потом поедим, а потом все дружно оружие чистить.

— Опять? — это уже Машка.

— Каждый раз как стреляли. Иначе заржавеет.

— А почему его из нержавейки не делают? — несовершенство Мира не даёт покоя юным...

— Гм... не знаю. Наверное есть причины. А может, чтобы не забывали чистить вообще. Грязь наберётся, засохнет — и пошли клины... Мы особо тщательно не будем, просто нагар снять и раскислить — всё равно скоро стрелять.

— Кстати, а что мы дальше делать собираемся? Надо какой-то план придумать — а то уже натыкаемся на грабли — оружейный когда ломали — электричество как добывать пришлось? — организатор всех наших побед Иринка.

— Ну добыли ведь — улыбнулся я, пытаясь одной рукой раскладывать мясо на решётку, другой отпихивая настырно лезущего к нему Серого.