Страница 60 из 66
Должно быть, Лобанов держал пальцы на спусковых крючках. От толчка незаряженное ружье шарахнуло так, что со стен посыпалась штукатурка, ослепительно блеснули и разлетелись осколками несколько ламп, а пол в том месте, куда угодил заряд, брызнул щепой и клочьями зеленой слизи. Амеба лопнула, как мыльный пузырь.
Волина качнуло назад, и он на секунду оглох. Лобанов обернулся и, мельком оглядев ружье, вскинул его к плечу. Алексей присел. Второй выстрел заставил его зажмуриться. А когда он открыл глаза, то увидел прямо перед собой конвульсивно дергающуюся паучью лапу. Оторванная от туловища мохнатая конечность подпрыгивала на полу, сочась желтоватой сукровицей. Алексея подхватила и поставила на ноги твердая рука.
— Слушай, я, кажется, понял. — Лобанов криво усмехнулся. — Паук, зеленая гадость, ружье само собой стреляет… Улавливаешь?
Волин захлопал глазами. Что такое? О чем он? Однако Алексей заметил, что в последнее время стал весьма сообразительным. Паук. Ружье… Колодец-ловушка.
Горбатая ведьма — метательница ножей… Воинственный Незнайка, обернувшийся капитаном-спецназовцем, расстреливающим гнусных вурдалаков… «Дом ужаса».
— Игра?!.
— Она самая, — кивнул Сергей.
— Но как же?..
— Не время удивляться. Соображай дальше. Виртуальная реальность.
— А? Ну да. Компьютеры. Вычислительный центр.
— Умница! — Лобанов хлопнул Алексея по плечу. — Давай представим, что все вокруг — лишь невероятная, немыслимая виртуальная реальность. Условно обозначим этот так. Кто-то втянул нас в грязную игру. Правда, я думаю — это мы сами. Неважно.
Как по-твоему, что нужно делать?
— Откуда я знаю? Бежать!
— Нет, — мотнул головой Лобанов. — Ты говорил о двуединстве воль. Что ж, может, в самую точку. Вот давай и попробуем. Момент подходящий.
— Я твои ребусы разгадывать не собираюсь.
— Никаких ребусов. Нужно попасть в вычислительный центр, где машины, компьютеры.
Может быть, это никакой не центр и компьютеров там никаких нет. Но раз уж нам это в таком виде представляется, я уверен — ключ там. Взять и вырубить!
Волина опять начала одолевать тоскливая злость. Хоть кол на голове теши человеку, он опять за свое.
— Ни в какие авантюры я ввязываться не собираюсь!
Приятели слишком увлеклись. Серые фигуры выросли вокруг них, будто из-под земли, мгновенно взяли в плотное кольцо, насели со всех сторон. В тесноте коридора от них было ни увернуться, ни ускользнуть.
Волин почувствовал, как знакомые цепкие клещи смыкаются на его плечах и руках, выворачивают за спину кисти, пригибают голову к полу.
— Серега! Стреляй! — проорал Волин и заметил, что Сергей, неловко пятясь, отступил к стене, прилип к ней и выставил перед собой стволы ружья, дергая ими из стороны в сторону.
Что с ним? Растерялся?.. Рванувшись, Волин выпрямился и только тогда как следует рассмотрел нападавших.
Нет, только не это! А почему, собственно? Если это игра, в которую ввязался когда-то незадачливый «коммандо». Почему мордоворотам, незаметно преобразившимся в серых, безликих головорезов, не принять в новой забаве обличье синемордых упырей с оскаленными волчьими клыками, карикатурных страшилищ, созданных компьютерной графикой? Занятный финал. Ведьмы, пауки, вурдалаки. Абсурд.
Волину сделалось противно, как от затянувшегося дурацкого розыгрыша, и он перестал сопротивляться, зная почти наверняка, что случится далее.
И точно. Лобанов, переварив наконец увиденное, разъяренно взревел и выстрелил в потолок, который немедленно обвалился. Стены покачнулись, по ним паутиной разбежались глубокие трещины. Мультяшных вампиров разметало в разные стороны.
Волин побежал, скорее по привычке, чем от необходимости…
Сергей сразу узнал того, кто заступил им дорогу, появившись из-за ближайшего поворота. Этому не помешала даже тень, прилипшая к лицу рослой фигуры. Плечистый спецназовец был по-прежнему подтянут, и только его руки… Скользнув по ним взглядом, Лобанов быстро отвел глаза.
— Пропусти, капитан, — негромко попросил он. — Даже если ты теперь один из них, все равно пропусти.
Офицер одним движением преодолел разделявшее их пространство. На лицо «коммандо» упал свет. Волин ахнул и отступил, но Сергей остался на месте, лишь спина его напряглась, вздыбив под свитером крутые лопатки.
Тот, кого они привыкли называть спецназовцем, выкинул узловатую когтистую лапу, обхватил ею стволы ружья, потянул к себе и прижал дула к груди. Лобанов едва разобрал слова, родившиеся будто из скрежета трущихся жерновов: — Сделай… это… для меня.
— Ты что? — Сергей рванул приклад двустволки. Но лапа держала цепко.
— Сде-елай…
— Эх, капитан, капитан! — Лобанов взглянул прямо в застывшие перед ним оловянные бельма. — Как же тебя угораздило…
— Сделай… прошу-у…
— А, черт! — сказал Сергей и свободной рукой утер пот со лба. — Прости…
Лапа нетерпеливо дернула стволы, и он сам не понял, случайно или намеренно спустил курок…
Когда клубы дыма и пыли остались позади, Лобанов сжал плечо Алексея.
— Теперь в центр. Помоги мне.
27
Но ничья помощь ему, похоже, не требовалась. За первой же дверью обнаружился зал, заставленный конторской мебелью. Сергей пересек его быстрым шагом, приблизился к стене и откинул потайную планку наборного замка.
— Ты же не знаешь кода! — Волин осекся.
— Шесть. — Сергей ткнул пальцем в кнопку на табло. — Спасибо Александру Иннокентьевичу. Не зря он, выходит… А я тогда еще: болтун — находка для шпиона… Девять… Эх, дядя Саша!
Потайная дверь с шипением уползла в стену. В «вычислительном центре» теперь было светло, но больше ничего не изменилось. Бесконечными рядами тянулись слепые и мерцающие экраны, перемигивались разноцветные огоньки, в наэлектризованном воздухе стоял приглушенный гул.
— Мы в яйце, — Лобанов приблизился к одному из дисплеев.
— В каком яйце? — не понял Алексей.
— Которое в утке. И в котором игла.
— Ты тоже собираешься поиграть в «Дом ужаса»? — угрюмо спросил Волин. — Вместо того, чтобы меня послушать. Офицер уже доигрался.
— Я играть не стану. — Лобанов оглянулся. — Но и тебя слушать смысла нет. А капитана жалко. Ошибся мужик. С Юрием долбаным Ивановичем карты лучше не сдавать. Для него никаких правил не существует.
— Для чего же мы сюда приперлись?
— Хочу сломать кощееву иглу.
От удара прикладом экран дисплея гулко лопнул, рассыпав искры и осколки. Второй удар пришелся по компьютерному блоку. Пластмассовый ящик с треском подпрыгнул и, обрывая провода, обрушился на пол. Клавиатуру Лобанов раздробил прямо на столе.
Лампы под потолком налились багровым светом. Машинный гул возрос, повышаясь в тоне. Огоньки на панелях тревожно перемигнулись.
Повернувшись, Сергей в три взмаха сокрушил обширный пульт и контрольную панель над ним.
Взревели трансформаторы, в разных концах зала с шипением взвились фонтаны искр, от стены к стене проскочила небольшая трескучая молния. Где-то поблизости заголосила сирена.
— Что ты делаешь? Псих! — крикнул Волин. — Они нас за это живьем сожрут!
Лобанов разнес вдребезги модем. С потолка, вздымая известковую пыль, ухнул внушительный пласт штукатурки, смял пару компьютерных подставок. По ближайшей стене разбежалась паутина трещин.
— Не сожрут. Так ты главного и не уразумел. Ну, побегаем мы. Знаешь, чем все кончится? Ты за стол сядешь, а я к Юрию Ивановичу в подручные пойду. В серые. В упыри. Как капитан. Эта толстая рожа меня нарочно провоцировала на мордобой и стрельбу, чтоб заиграл я, как ему надо.
— Насилием его, видите ли, искушали?! — Волин не знал, что предпринять. — А чем ты, интересно, сейчас занимаешься? Конан-разрушитель. — И вдруг выпалил зло: — Забыл, как бабу с половником угробил?
Лобанов задержал в воздухе занесенный приклад.
— Ты не путай. Вот именно что бабу… С диким медведем соревнований по борьбе не устраивают. Медведя, уж если бить, так в сердце, жаканом.