Страница 72 из 97
Облупленный фасад старой пятиэтажки, бывший когда-то голубым, зиял клочьями неба в окнах верхнего этажа - крыша давно просела и обвалилась. Стекол не осталось, и только мутная пленка полиэтилена трепыхалась на сквозняке, хлопая по стене. Грязный ручей - остаток ночного дождя - уже наполовину высох.
Вдруг пес навострил уши: сквозь туман донесся еле слышный стрекот мотора. Через секунду над дорогой мелькнула тень тяжелого армейского вертолета. Собака опрометью кинулась в подворотню. Воздух волной погнал ей вслед пыль и обрывки старых газет.
Пилот поймал в перекрестье прицела громаду здания:
-- Цель вижу. Захожу для атаки.
-- Атаку разрешаю, - раздалось в наушниках.
-- Огонь!
Сноп инверсионных следов прочертил небо, и каменный купол, вздрогнув, поднялся грибом взрыва. Здание осело внутрь.
-- Цель поражена. Захожу на следующую.
Над улицей завис еще один вертолет, из брюха которого посыпались как горох десантники. Кованые ботинки высекали целые снопы искр из древней брусчатки. Тени быстро исчезали в клубах пыли. По улице прогрохотала пара танков.
Неожиданно из-за перекрестка вынырнул джип, на его крыше примостился крупнокалиберный пулемет. Бронебойные пули с визгом зачастили по корпусу ближайшего бронированного монстра. Тот огрызнулся одиночным плевком, превратив джип в груду горящих обломков. За танками цепью шли бойцы спецназа. Изредка поводя стволами в направлении окон, они делали контрольные выстрелы в наиболее подозрительно выглядевшие проломы и дыры.
За два квартала от разрушенного храма послышалась частая пальба и крики. Спецназ залег.
Гато Феррари осторожно выглянул на улицу и тут же спрятался за подоконником. В углу комнаты испугано жалась к подушке молодая женщина с затравленным взглядом. Испанец принялся заряжать гранатомет. За стеной глухо бухнуло и со стен посыпалась штукатурка. Прямо под окном остановился бронетранспортер. Гато прислушался.
-- Этих двоих мы нашли вон в том доме. Итальянец не врал - копы действительно торговали с Гато.
Феррари осторожно взглянул через подоконник и увидел стоящих около броневика полицейских в окружении военных. Это были те двое, с которыми он вел свои дела.
"Луиджи! Скотина! Он все-таки заложил меня. Я недооценил его". Феррари резко и зло передернул затвор дробовика и взял гранатомет. Испанская кровь кипела в нем жаждой мщения. Глаза застила пелена. Встав во весь рост в окне, он принялся палить вниз. Один из военных упал, схватившись руками за живот, но остальные рассыпались и открыли ответный огонь.
Бетон и кирпич острыми осколками и крошевом полетели в лицо Феррари, но он даже не попытался спрятаться. Слева показался танк, и испанец перевел огонь на него. Тот уставился черным глазом ствола в лицо Гато и выстрелил.