Страница 86 из 90
Загадкой является и само происхождение названия «Новая Зеландия». Как мы помним, Тасман окрестил открытую им в 1642 году землю «Staten Landt» — «Земля штатов». Между тем имя «Nova Zeelandia» или «Nieuw Zeeland» впервые появляется на картах около 1645 года. Кто из мореплавателей в 1642–1645 годах успел ещё раз побывать у берегов архипелага и заново окрестить его?
В XVII–XVIII столетиях была известна и еще одна Новая Зеландия. В 1620 году капитан голландского судна «Дюфкен» Биллем Янез назвал именем «Nieu Zelandt» остров, открытый им неподалёку от побережья Новой Гвинеи. Это имя сохранялось на картах по крайней мере до 1792 года.
Как бы то ни было, голландцы, похоже, были не первыми из европейцев, кто побывал в Новой Зеландии. О судьбе первооткрывателей можно только догадываться. Вероятно, не зря маори сразу враждебно встретили европейцев — какой-то опыт общения с «пакеха» у них уже, возможно, к тому времени был. В то же время некоторые исследователи отмечают у современных маори восточного побережья португальские черты…
Но если даже испанцы и португальцы и посещали когда-то Новую Зеландию, то в любом случае не к ним относится определение «мориори». Так назывался загадочный народ, который предки маори встретили на островах архипелага.
Всё, что связано с мориори, сегодня представляет собой одну сплошную тайну. Ещё полвека назад новозеландских школьников учили, что мориори — это древний народ, живший в Новой Зеландии до прихода маори. Истреблённые новыми пришельцами, остатки мориори бежали на острова Чатем (800 км к юго-востоку от Новой Зеландии), где их потомки живут до сего дня. Сегодняшних новозеландских школьников учат тому, что никаких мориори никогда не существовало, что это идеологический миф, придуманный белыми расистами для того, чтобы оправдать своё собственное нехорошее поведение по отношению к маори.
Расизм конечно же подлежит осуждению, но и вранье, согласитесь, тоже не лучшая форма поведения. В чём причина такого внезапного пересмотра древней истории Новой Зеландии? К середине XX столетия маори вполне интегрировались в новозеландское общество, по-прежнему, однако, именуя своих белых братьев «пакеха». Многие маори сегодня являются депутатами парламента, крупными предпринимателями, уважаемыми людьми с высшим образованием, и постоянно напоминать этим людям о том, что еще недавно их дедушки ходили без штанов и «кушали человеков», выглядит не вполне корректно. В угоду этой пресловутой «политкорректности» в сегодняшней Новой Зеландии язык маори объявлен вторым государственным (хотя на нем мало кто говорит), у «пакеха» культивируется постоянное чувство вины перед маори, «страдающим от постколониальной травмы», деятельность англиканских и католических миссионеров всячески принижается (хотя именно миссионеры несколько смягчили нравы туземцев, научили их носить одежду и мыть руки перед едой), гипертрофированные формы приобретает «возрождение» культуры и традиционного образа жизни маори — т. н.з. «маоританга» — которое выглядит скорее как навязывание этой культуры всем не-маори. В русле этой политики переписываются и школьные учебники.
Воин-маори. Гравюра XVIII в.
Этот курс новозеландских властей вызывает резкие протесты у тех, кого в сегодняшней Новой Зеландии принято назвать консерваторами. Ранняя история страны также является предметом ожесточенных споров между «официальными» историографами и «консерваторами». К сожалению, обе стороны в пылу баталий часто пускаются на подлог и передергивание фактов, поэтому стороннему наблюдателю разобраться во всем этом очень непросто. Бесспорным, однако, является то, что в Новой Зеландии до прихода маори уже жили люди!
«Официальные» историки называют этих людей «охотники на моа». По их мнению, это были полинезийцы, однако, как и когда они попали на острова, неясно. Между плаванием Купе (950) и приходом маори (1350) лежат четыреста лет; может быть, «охотники на моа» попали в Новую Зеландию именно в этот период? По мнению самых крайних сторонников «официального» лагеря (к их числу в основном принадлежат новозеландские историки — маори по происхождению), «охотники на моа» были маори (т. н.з. «архаичные маори») и они приплыли на острова вместе с Купе.
Противники этих взглядов — «консерваторы» — убеждены, что истинные аборигены Новой Зеландии — маруиви, или мориори, — были люди иной расы, возможно — близкие к тасманийцам или аборигенам Австралии, но в любом случае не полинезийцы.
Разобраться во всем этом непросто, но мы попробуем. И начнем мы с вопроса: что нам вообще известно об этих таинственных мориори?
Предания маори говорят о некоем народе маруиви, жившем в Новой Зеландии и до прихода европейцев уже исчезнувшем. В конце XIX века один из первых новозеландских историков С. Перси Смит, основатель Полинезийского общества, обратил внимание на созвучие названий маруиви и мориори — так назывались жители островов Чатем — и предположил, что мориори представляют собой остаток древнего народа маруиви, вытесненного маори с Новой Зеландии. Эта точка зрения до недавнего времени доминировала в новозеландской историографии. Сегодняшние «официальные» историки утверждают, что мориори островов Чатем являются изолированной группой полинезийцев, тесно связанной с маори Новой Зеландии. Что касается народа маруиви, то это, вероятно, было одно из племён маори, уничтоженное в результате межплеменных войн ещё в XIV столетии или несколько позднее.
Острова Чатем, вероятно, были заселены между 1000 и 1200 годами и стали полностью изолированным после 1400 года. Сами мориори называют Южный остров Новой Зеландии именем «Гавайки» — так разные группы полинезийцев обычно обозначают место своего происхождения (например, для маори «Гавайки» обозначает скорее всего острова Кука или острова Общества). Однако нет никаких археологических данных, подтверждающих приход людей из Новой Зеландии на острова Чатем, и возможность заселения этих островов выходцами из какого-то другого места на востоке Полинезии не может быть полностью исключена. Антропологические данные свидетельствуют, что мориори — близкие родственники маори (сами маори это упорно отрицают), но имеют ряд отличительных особенностей, которые также могут указывать на колонизацию островов Чатем пришельцами не с Новой Зеландии, а из тропической Полинезии. Эти первые поселенцы, согласно устной традиции мориори, пришли на трех каноэ — «Ранги Хоуа», «Ранги Мата» и «Оропуке» — и возглавлял их вождь Те Аомарама. Свои острова мориори называют Рекоху — «Земля тумана». Эти очень мирные, в отличие от маори, люди жили на своих островах в полной изоляции вплоть до 1791 года, когда здесь появились первые европейские мореплаватели. Максимальное число мориори никогда не превышало двух тысяч человек.
Очень странно, но маори, жившие как минимум в восьмистах километрах от островов Чатем, испытывали какую-то непонятную ненависть к мориори. В 1835 году несколько маори, состоявшие в командах европейских китобойных судов, оказались на островах Чатем и со злобным удивлением обнаружили здесь мориори. Вернувшись в Новую Зеландию, они рассказали об этом соплеменникам. Вскоре огромная армада каноэ вышла в море. Маори захватили острова Чатем и начали поголовное истребление мориори. К 1870 году, когда последние маори под давлением англичан покинули острова, число аборигенов сократилось до ста человек. В чем состоял смысл этого геноцида, имевшего место, напомним, уже в ту пору, когда самим маори угрожала гибель? Иногда этот налет объясняют стремлением маори уйти от европейцев на новые земли, но острова Чатем к тому времени уже принадлежали европейцам, и бежать-то, вообще говоря, было некуда… Единственным объяснением может служить наличие некоей застарелой ненависти, которую маори питали к мориори. Но тогда следует предположить, что два этих народа уже когда-то встречались на перекрестках истории, и вероятно, не так уж неправы те ученые, которые говорят о том, что мориори были древними жителями Новой Зеландии, бежавшими от каннибалов-маори на острова Чатем.