Страница 53 из 90
Любопытные данные были получены и в результате наблюдений за цветом кожи и волос канарцев. Ещё Алонсо де Эспиноса писал: «Цвет кожи жителей юга Тенерифе тёмный от смешения крови или от климата, ходят они почти голые. Но на севере цвет их светел и нежен, волосы длинные…». Позже Рене Верно отметил факт наличия в Марокко множества людей со светло-коричневыми волосами и светлыми глазами. Он указал, что черные прямые волосы преобладают у восточных берберов, вьющиеся и курчавые — там, где происходит их явное смешение с негроидами, а у западных берберов светлые волосы встречаются даже чаще, чем светлая кожа, особенно в детском возрасте. У многих североафриканских берберских племен из-за смешения с чужеродными племенами окраска волос изменялась от светлой к темной на протяжении целых исторических периодов. Ближайшая к Канарам область распространения блондинов — Марокканский Атлас и особенно прибрежные районы Рифа — в древности была гораздо обширнее. Придя отсюда на Канары, блондины смешались с уже жившими здесь брахикефалами, образовав гибридный долихокефальный тип с широким лицом, крупной фигурой, светлой окраской кожи и коричневыми волосами. Уже упоминавшийся антрополог В.П. Алексеев делает вывод: множество светлых индивидов в населении Северной Африки и живучесть «блондизма» позволяют рассматривать белое население Канарских островов как западную ветвь древней ливийской расы, известной по египетским фрескам эпохи Нового Царства, и считать его частью западносредиземноморской группы племен, куда входят и берберы.
Косвенное указание на близость гуанчей с древними ливийцами-берберами можно найти у римского историка Плиния Старшего. «Вскоре после того, как установилось римское владычество в Мавритании, — пишет Плиний, — Светоний Павлин организовал экспедицию в глубь страны. Это было первое проникновение римлян в Атласские горы. Он описал густые горные леса, неведомые деревья, покрытые снегом вершины (сомнительный факт), достиг реки Гер, текущей по пустыне из черного песка и черных гор, как будто после пожара, в лесах водились твари всевозможные, и жил там народ под названием «канарии»…
Область, где побывал Павлин, расположена на одной широте с Канарскими островами. Уж не народу ли «канарии» они обязаны своим названием? Птолемей писал о некоей области «Ca
Не только Плиний, но и другие древние авторы называют «канариев» (Canarii) в числе племен, живших на побережье Марокко. Что касается происхождения этого названия, то ученые выяснили, что «Ganar» — это родовое имя, данное западноафриканским народом волоф берберским племенам, жившим к северу от реки Сенегал. Именно эти племена и могли дать название Канарским островам.
А что можно сказать о наличии «североевропейской» составляющей в антропологическом типе гуанчей? Ее роль первоначально была сильно преувеличена и связывалась с возможным бегством на острова остатков вандалов, разгромленных византийским императором Юстинианом I.
Германские племена вандалов, разделявшиеся на две этнические подгруппы — вандалов-силингов и вандалов-асдингов — высадились в Африке в начале V века нашей эры, руководимые королем Гензерихом. Незадолго до этого, осенью 409 года, они пришли в Испанию и вскоре захватили весь Иберийский полуостров. Умело используя смуты в римской Африке, вандалы осуществили здесь обширные захваты. Правда, им долго не удавалось взять Карфаген и Цирту (Константину).
Король Гензерих умер в 477 году. К этому времени империя вандалов в Северной Африке достигла наивысшего расцвета. Но в 532 году византийский император Юстиниан I, заключив мирный договор с персами, начал войну против вандалов. Борьба была долгой и кровопролитной. Вандалы, объединившись с некоторыми берберскими племенами, ожесточенно сопротивлялись войскам Юстиниана. Но через год война закончилась. Остатки вандалов, бежав на юг и запад, растворились среди местного населения. Несомненно, отдельные беглецы-вандалы могли укрыться на Канарах. Но они не оказали значительного влияния на антропологический тип жителей и их культуру. Сегодня учеными выявлены куда более древние пласты истории, где нужно искать корни канарцев.
С проблемой этногенеза обитателей Канарских островов тесно связан вопрос о происхождении их языка. Еще первые европейские хронисты на основании некоторых записанных ими от местного населения фраз нашли большое сходство языка гуанчей с берберским языком. Исследователь XVIII столетия Дж. Глэс, который долгое время жил в Южном Марокко, считал несомненным родство языка канарцев с берберским диалектом шлух. Глас справедливо критиковал многих испанских авторов, которые произвольно искажали канарские слова, «подгоняя» их под испанский язык. О языке жителей Тенерифе он говорит: «Он значительно отличается от наречий других островов своей гортанностью».
Оговоримся, что все рассуждения о языке канарцев сегодня ведутся по-прежнему на уровне, весьма далёком от научного. До сих пор не создано сколько-нибудь удовлетворительного описания языка, не составлены словари, хотя бы приблизительно отражающие лексический состав языка. Правда, французскому ученому Сабену Бертло удалось в середине XIX века собрать на основе хроник и других источников более тысячи слов древнего Канарского языка и составить глоссарий — 200 существительных, 38 числительных, 467 топонимов и 242 имени собственных. Но этого явно недостаточно.
Английский археолог и языковед Дж. Аберкромби считал, что язык гуанчей возник из ливийского (протоберберского) языка. Учёные предприняли также попытку лексико-статического исследования языка гуанчей с точки зрения его отношения к берберскому языку. Весь словарный состав разделили натри иерархически расположенные группы: 1) слова, берберские по форме и семантике; 2) слова, берберские только по форме; 3) слова, семантика которых необъяснима с точки зрения современного берберского языка. Созданная на основе этих данных таблица дала сведения о процентном содержании берберских элементов в языке гуанчей и о лексических различиях между разными островами архипелага.
Оказалось, что берберский элемент преобладает в лексике островов Иерро и Пальма, в меньшей степени — на Гран-Канарии. На островах Лансароте и Фуэртевентура было зарегистрировано лишь 23 процента слов берберского происхождения, на Тенерифе — 25, на Гомера их не было найдено вообще. В то же время в языке аборигенов Тенерифе и Гомера встретились слова неизвестного происхождения. По мнению Дж. Аберкромби, эти незнакомые элементы тоже восходят к одному из древнеберберских диалектов и к тому же имеют некоторые аналоги в древнеегипетском и коптском, а из живых — в языке западноафриканского народа хауса.
Французский лингвист Марен находит в языке гуанчей отчетливые параллели с древнеегипетским языком. У гуанчей было прилагательное gerag, gorag/kerak, korak. Эти две последние формы с оглушением буквы «g» означали «знатный», «знатного рода». Таких слов нет в современном берберском языке, кроме языка туарегов, у которых есть глагол «gug» — «жить в полной свободе». Речь может идти о заимствованиях из древнеегипетского языка «gig» — «повышать», «разводить», ведущих к понятию «быть на высоком месте».
Все эти данные свидетельствуют прежде всего о том, что наречия канарцев, с одной стороны, не обладали лингвистическим единством, а с другой стороны, несводимы к общему знаменателю с берберским языком. Поэтому берберский элемент в наречиях канарцев было бы правильнее объяснить как суперстрат, а не как признак генетического родства…
Аналогичных выводов придерживается и крупнейший французский семитолог А. Басса, отказавшись признать полное тождество языка канарцев и берберского. Л. Винер, занимавшийся, в частности, влиянием арабского языка на африканские, отмечал сходство некоторых слов языка канарцев со словами из языка народа мавдинго, живущего в Западной Африке. Однако приводимые им данные не позволяют судить — заимствования ли это, генетическая связь, или — что более вероятно — случайное совпадение. В то же время имеются сведения, говорящие о связи между наречиями различных островов Канарского архипелага. Так, в 1493 году, когда Алонсо Фернандес Луго после захвата Гран-Канарии готовился подчинить остров Пальма, он послал на него гонца из числа местных жителей, и тот прекрасно понял язык жителей Пальмы.