Страница 17 из 24
Глава восьмая
Если уж Брианна проснулась, то заставить ее снова заснуть почти невозможно. Она смотрела на мир большими ясными глазами, а когда на нее не обращали внимания, то начинала капризничать.
– Вот что, – сказала Эбби. – Подержите ее. – И вручила малышку принцу.
– Это еще зачем? – насторожился он.
– Это одно из одолжений, которые мы оказываем друг другу, – строго заявила она. – Будьте же мужчиной.
– Не думаю, что этому младенцу нужны мужчины, – ответил он, осторожно держа девочку на руках.
Эбби подавила улыбку.
– Я вернусь через минуту. Мне необходимо подогреть бутылочку с детским питанием.
– Хорошо. – Микаэль со вздохом взглянул на ребенка. – Тебе навязали меня, малышка. Интересно, понравлюсь ли я тебе и смогу ли заменить твою маму.
Эбби с нескрываемым удовольствием посмотрела на них, но, понимая, что Микаэль смущен, поспешила уйти. Она вскоре вернулась, взяла на руки Брианну, собираясь покормить, но, к ее удивлению, девочка отвернулась от бутылочки. Это было необычно. Эбби устроила малышку у себя на плече и стала расхаживать по комнате.
Микаэль, полусидя в постели, наблюдал за ними. Вдруг он охнул, и Эбби остановилась.
– Все в порядке, но, клянусь, она потянулась ко мне.
Что он придумывает? То девочка ему улыбается, а теперь еще тянется к нему…
– Не фантазируйте, – с насмешкой произнесла Эбби.
– Но это действительно так, – настаивал Микаэль. – Она вытянула свою маленькую ручку в мою сторону.
– Нелепость какая-то.
Он пожал плечами.
– На первый взгляд это произошло непроизвольно, но вы забываете… – тут в его глазах появился веселый блеск, – что я оказываю магическое воздействие на женщин любого возраста. Уверяю вас.
О боже! Она едва удержалась от смеха, но отрицать не могла – детские ручки действительно тянулись к нему.
– Это рефлекторное движение, – объяснила Эбби Микаэлю. – Вы здесь ни при чем.
– Да? – Он поднял бровь и самодовольно произнес: – Эбби, я ей нравлюсь.
– Ну, разумеется, нравитесь. – Эбби ласково погладила пушистую макушку Брианны. – Почему же вам ей не понравиться? На ее крошечном горизонте вы просто… большая дружелюбная клякса.
– Вы ревнуете, – улыбнулся Микаэль.
– Ревную? С какой стати? – Она остановилась перед ним. – Хорошо. Если вы так уверены, что Брианне не хватает отцовских рук, возьмите ее. И бутылочку тоже. Посмотрим, как вы справитесь.
Эбби передала девочку Микаэлю. Брианна охотно пошла к нему на руки и присосалась к бутылке. Довольный принц всем своим видом показывал: «Ну вот, а вы не верили!»
Эбби тихонько рассмеялась.
На лице Микаэля появилось восторженное выражение.
– Ну и ну, – произнес он. – Почему так приятно ее держать?
– Это жизнь, – пояснила Эбби. – Волшебство начала жизни.
Он согласно кивнул.
– В этом есть что-то первобытное, правда? Казалось бы, поколения монархов должны были убить во мне это чувство, но, выходит, не убили.
Эбби покачала головой.
– При чем здесь монархи?
– Монархи обычно эгоцентричны.
– Да?
– Они наглые эгоисты, – пробормотал он, гладя Брианну по головке.
– Немного грубо.
– Но справедливо.
– Ну, я не знаю… – Она засмеялась. – Вы ставите меня в положение защитницы монархии.
– Почему бы нет? Вы всю свою жизнь находились около королевской семьи и все о нас знаете.
– Едва ли. – Тут Эбби кое-что пришло в голову, и она села на кровать рядом с ним. – Почему вы сказали такое о ваших братьях?
– Что я сказал?
– Ну… то, что братья не намерены с вами считаться.
– Ерунда, я не склонен себя жалеть. Оба брата прославились на войне, они – герои, а я – нет, – сказал Микаэль, осторожно убрав от насытившейся Брианны бутылочку.
– Но вас же там не было. – . Эбби забрала у него ребенка. – Вы учились в Америке и Англии. Я читала про это. Вас нельзя винить.
– Дело не в вине, а в фактах. Я мало способствовал возвращению законной власти в нашей стране и поэтому не могу встать в один ряд с героями. Посмотрите на вашего друга Грегора – он сделал больше, чем я, и к тому же потерял глаз.
Эбби уложила Брианну и повернулась к принцу. Она не знала точно, что Микаэль делал во время войны, но интуиция подсказывала ей, что он слишком строго судит себя.
– И поэтому вы согласились жениться на Стефани Холленбек? – спросила она. – Чтобы таким образом, внести свой вклад в общее дело?
Он смерил ее долгим взглядом, прежде чем ответить.
– Вы очень догадливы, Эбби. Меня попросил об этом Дейн. Я чувствовал, что это мой долг.
Эбби кивнула. Сердце почему-то заныло. Она видела фотографии этой женщины. Она очень красива, и папарацци ее обожали, хотя на фотографиях у нее всегда был пустой, надменный взгляд.
– Она богата, – грустно сказала Эбби.
– Невероятно богата! А нам нужны деньги. И не только… Ее отец весьма влиятелен в международных политических кругах. Его помощь будет просто бесценна.
– Вы… ее любите?
Зачем она это спросила? Зачем намеренно причиняет себе боль?
Принц не ответил, но ему и не нужно было отвечать – на его лице все написано.
– Микаэль… – Эбби подошла к нему и посмотрела полными жалости глазами. – Не делайте этого. Пожалуйста. Не женитесь на ней.
Он заключил в ладони ее лицо.
– Я обещал жениться.
– Откажитесь от своего обещания. Лучше нарушить слово, чем разбить две жизни.
Он грустно улыбнулся и сказал:
– А как же насчет твердого характера представителя династии Монтеневада?
Он поймал ее на слове! Эбби тряхнула головой и вздохнула:
– Жизнь так сложна. И легко ничего не дается.
Вместо ответа он опустил голову и коснулся ее губ. Один нежный, ласковый поцелуй. И все. Но Эбби была уверена, что это любовь. Она в него влюбилась.
Когда Брианна заснула, было около трех часов ночи, и Микаэль сказал Эбби:
– Вы можете поспать.
Эбби опустилась в кресло и зевнула.
– А вы?
– Я достаточно отдохнул за последние два дня. – Он встал и направился к двери. – Принесу что-нибудь почитать из того, что привез Грегор. Сон у меня прошел, и я немного разомнусь.
– Хорошо, – пробормотала Эбби. – Не гасите свет, раз собираетесь читать. Мне свет не мешает.
Она улыбнулась. Какая странная ночь… И восхитительная. Ни за что на свете она не отказалась бы от этой ночи!
Эбби почти погрузилась в сон, когда вернулся Микаэль. Он остановился около кресла, нагнулся и поцеловал ее. Она улыбнулась ему. Его ласковые поцелуи для нее целое открытие. Как бы ей хотелось, чтобы они сулили что-то большее!
– Спокойной ночи, – прошептала она.
Он выпрямился и повернулся к кровати. И тут она услышала шелест бумаги.
Эбби открыла глаза и заметила на полу газету. О, ужас! Она увидела заголовок: «Пропавший ребенок до сих пор не найден». Сердце остановилось. Но Микаэль, кажется, не заметил, что из кипы журналов вывалилась эта газетенка. Он удобно устроился на кровати и начал просматривать прессу. Вот он раскрыл один журнал, а остальные отложил в сторону. Эбби лежала, затаив дыхание. Что делать? Она должна куда-нибудь спрятать эту газету. Но как это сделать перед носом у Микаэля?
Во рту пересохло, дышать стало трудно. Если бы она могла незаметно дотянуться до газеты, то запихала бы ее под подушку на кресле. Но Микаэль заметит это, услышит, как шуршит бумага.
– Что случилось? – вдруг спросил он. Эбби чуть не подскочила.
– А? Ничего. Просто хотела проверить, как спит ребенок. – И быстро села, собираясь встать с кресла.
– Я сам это сделаю, – сказал Микаэль.
– Нет-нет. Я уже встала. Лежите спокойно и читайте.
Он улыбнулся и погрузился в чтение. Эбби вздохнула с облегчением. Она наступила голой ступней на оброненную газету и отбросила ее к комоду. Потом наклонилась над Брианной и, стараясь унять гулкий стук сердца, вернулась к своему креслу, успев передвинуть злополучную газету подальше к комоду. Еще одно движение – и газета будет вне поля зрения Микаэля. И тут он поднял голову и спросил: