Страница 35 из 63
Как только Шкирятов вышел, президент вызвал по телефону своего советника по иностранным делам. Через несколько минут в кабинет вошел бывший член российской делегации в ООН, бывший посол в Париже Сергей Александрович Малин. Лет пятидесяти, атлетического сложения, безупречно элегантный, с носом Цезаря и редкими, прилизанными к черепу волосами. Он сел напротив президента по его приглашению и взял протянутый через стол рапорт. Погрузился в чтение, а закончив, положил рапорт на стол и объявил:
— Потрясающе.
— За всем этим явно кроется какой-то план, — сказал президент, поигрывая золотым разрезным ножом с малахитовой рукояткой. — Сначала умиротворяют исламский мир. Потом замедляют экономическое развитие Франции, стоящей в авангарде Европы. И наконец распускают слух, будто Иисус вернулся на землю, чтобы спасти род людской от невесть какой угрозы! Потребление снижается, биржи готовы рухнуть! Даже московская и шанхайская!
Он хлопнул ладонью по столу, покачал головой, потом продолжал:
— Непостижимо! Остается выяснить, кто за этим стоит. Для меня этот Эмманюэль Жозеф — марионетка какой-то сионистской группы. Они из подполья выходят в эфир с жульнической телепередачей, подстраивают несколько чудес, — и готово! Дело в шляпе. Даже президент Франции клюнул на эту удочку.
— Группа сионинистско-американская, президент. Экономическое ослабление Европы послужит только интересам Соединенных Штатов. Это лучший способ ослабить курс евро.
Президент кивнул.
— Да, в Белом доме евреи… Что удивительно, так это наивность, с какой французы попались в ловушку.
— Чудеса, кажется, были замечательно подстроены, — заметил Малин. — Наш посол в Париже пишет, что сам чуть не поверил, увидев бороду министра внутренних дел, которая вдруг выросла на глазах у всех. Хотя и в самом деле удивительно, чтобы целая страна позволила себя одурачить подобным образом. Вы собирались позвонить президенту Франции… Уже звонили?
— Нет, — ответил российский президент, поморщившись. — Через три дня у нас встреча в Женеве. Тогда и посмотрю, что с ним такое. Остается узнать, кто этот Эмманюэль Жозеф, которого он принимал в Елисейском дворце. Ситуация требует неусыпной бдительности.
— Пока мы в выигрыше, — заметил Малин. — Мусульмане в Чечне и Казахстане поутихли.
— Только пока. Ослабление Европы выведет нас на передовую и подорвет все наши союзы. Это пахнет ниспровержением мирового порядка.
Он встал и подошел к окну с видом на Красную площадь.
— Эмманюэль Жозеф! Это ж надо! — сказал он, недоверчиво пожимая плечами. — Не могу поверить, чтобы президент Франции позволил так одурачить себя! Может, он сообщник?
Похоже, советник Малин не был в этом убежден. Он скорчил гримасу, выражающую сомнение. Он знал, что президент терпеть не мог такие малопонятные ситуации и сомнительные, липкие, двусмысленные дела. Тем не менее советник не мог согласиться с заключением главы государства из опасения, что его же за это потом и упрекнут.
— Президент, на самом деле французы не в очень-то хороших отношениях с Израилем. Нет, думаю, дело сложнее. Попробую разобраться.
Семь свечей меноры[40] горели высоким чистым пламенем, отбрасывая золотистые отсветы на лоб главного раввина Оскара Меерсона. Эти отсветы, словно метафора, верно отражали ситуацию, совсем как на картине Рембрандта: Меерсон размышлял.
Удачно устроившиеся друзья сообщили ему фрагменты сегодняшнего необычайного события в Елисейском дворце, куда по духовному вызову человека, который был якобы самим Иисусом, явился Папа Иоанн XXIV. Невероятно!
Тем не менее раввин сам видел по телевизору, как выросла борода у министра внутренних дел, и интуиция подсказывала ему, что все это правда. Чтобы удостоиться приема в Елисейском дворце самим президентом и его супругой, в присутствии апостолического нунция, кардинала-архиепископа Парижского, министра внутренних дел и префекта полиции, просто необходимо, чтобы личность Эмманюэля Жозефа была твердо установлена.
Потом, конечно, главный раввин уклонился от «чудесного» истолкования этого дела. Не стоило попусту смущать умы верующих и даже некоторых раввинов. Маймонид в своем «Путеводителе колеблющихся»[41] советует избегать высказываний, которые не основаны на верных доказательствах; а ведь тут таких доказательств и не было.
Если предположить, что Папа Иоанн XXIV действительно появился в Елисейском дворце, то почему он нигде об этом не упомянул? Или же он там не был, или был, но предпочел умолчать, дабы не смущать умы.
А если новозаветный пророк Иисус в самом деле вернулся на землю и тайно наведался в Елисейский дворец, это означало, что он не желал, чтобы это посещение было предано огласке.
Так что лучше замять все это дело. Главный раввин Меерсон вспомнил также высказывание Менахема Менделя,[42] жившего в XIX веке: «Заботься о собственной душе и о теле другого, а не о собственном теле и душе другого».
Слуга подал чай и вышел. Туловища, руки и лица трех человек, сидевших вокруг большого круглого стола из тикового дерева, отражались в превосходно отполированной поверхности. Это почти раздражало: три отражения в точности повторяли все жесты и позы своих оригиналов из плоти и крови.
Но надо сказать, что отражения не слишком утомлялись: эти трое были почти неподвижны.
Первый министр Чэн Чоу заявил:
— Думаю, отчеты аналитиков нашей разведки должны быть перепроверены. Если говорить яснее, они ничего не поняли.
Министр иностранных дел Хуань Лянь чуть заметно шевельнул челюстью, не разжимая при этом губ, что было бы дерзостью: когда высказывается старший, рта не открывают.
Генеральный секретарь партии Ли Чайсун протянул руку к своей чашке чая и еще чуть ниже опустил веки, что сделало его поразительно похожим на черепаху.
— По-видимому, — сказал Чэн Чоу, — тот, кто называл себя наби Эманаллой в Пакистане и Эмманюэлем Жозефом во Франции, является агентом очень могущественной влиятельной группы, которая решила осуществить некий политический замысел планетарного масштаба, действуя в обеих этих странах под сверхъестественным прикрытием. Кому выгодна эта деятельность? В первую очередь России. Она одним махом избавляется от арабского терроризма, который благодаря чеченским сепаратистам и мусульманам бывших республик СССР проник даже в ее столицу. На Западе есть поговорка: тот, кому выгодно преступление, его и совершил. Мы не должны терять из виду этот след. У вас есть запись речей этого Эмманюэля Жозефа? Это же едва измененные цитаты из большевистских текстов 30-х годов!
Чэн Чоу вопросительно посмотрел на своих собеседников. Хуань Лянь и Ли Чайсун энергично кивнули.
— Очевидно, — продолжил первый министр, — вдохновителей заговора надо искать в среде необольшевиков. Все эти речи о капиталистическом материализме очень коварны. Вы уже видели их последствия. Даже наша биржа в Шанхае ощутила результаты застоя, поразившего западные рынки. Так что мы имеем дело с новым наступлением русского коммунизма. К тому же мы прекрасно узнаем все его черты, вплоть до славянского мессианства, разорявшего мир до конца Второй мировой войны.
Чэн Чоу прервался еще раз и посмотрел на своих собеседников; те ловили его слова, как дрессированная собака команды хозяина.
— Вы видите глубинную цель заговора? — вопросил он. — Остановить экономический взлет нашей страны! Рост нашей промышленности и торговли уже долгие годы вызывает их зависть. В России средняя продолжительность жизни постоянно падает, в то время как у нас она неуклонно растет. Пьянство, леность, туберкулез, СПИД и, разумеется, коррупция давно подтачивают эту страну, и через несколько лет низведут ее на уровень XI века. Кремлю нестерпимы яркие доказательства успехов нашей политики. Этот Эмманю-эль Жозеф — российский агент. Ему поручено спровоцировать грандиозную всемирную дестабилизацию. А поскольку западный экономический мир загнивает, то они без всякого труда смогли произвести впечатление на его общественное мнение. Так что мы должны удвоить бдительность в отношении всех якобы религиозных манифестаций.
40
Менора — храмовый семисвечник.
41
Маймонид — Моше бен Маймон (1135–1204), еврейский философ-талмудист, систематизатор еврейского Закона, пытался объединить веру и разум, а также иудаизм и учение Аристотеля, которого ценил выше всех других философов. «Путеводитель колеблющихся» (Море Небуким, 1190) был весьма известен в Европе, в латинском переводе — «Doctor регplexorum» (1204).
42
Вероучитель из польского города Коцка, «Коцкий ребе», имевший многочисленных последователей.