Страница 7 из 24
Глава 3
Минут через пять после того, как Маделин и Люси вернулись на кухню, дом Сета стал наполняться людьми, желающими увидеть новорожденного. Сет обрадовался, когда Ти предложил ему во избежание шума и толкотни уединиться в его комнате. Однако он удивился, когда старший брат взял у Маделин Сабрину и попросил отца девушки присоединиться к ним. Сет понял его план лишь после того, как брат, сбегав к своей машине, принес упаковку с памперсами и разложил на рабочем столе чистую простыню.
— Пенни, бесспорно, является стратегом семьи, — объяснял Ти, имея в виду свою будущую тещу. — Но Рон был сержантом, его обучали тому, как вести себя в экстремальных ситуациях. Он научит тебя, как надо обращаться с детьми.
Рон засмеялся. Его некогда богатая шевелюра была уже тронута сединой, но выправка оставалась прежней, а мускулы плеч и груди крепкими. За полчаса, используя в качестве учебного пособия Сабрину, он обучил Сета основам: как менять подгузники, как кормить младенца из бутылочки, как правильно держать ребенка, когда он начнет срыгивать.
На этом Рон не остановился.
— Если хочешь убедить Люси, что ты способен создать для ребенка нормальные условия жизни, — говорил он отрывистым голосом, словно учил не новоиспеченного отца, а новобранцев на плацу, — тебе придется постараться. Возьми у Люси ребенка, как только вся компания уберется восвояси. Убьешь сразу двух зайцев: и Люси отдохнет, и ты освоишься с ролью молодого отца.
Сет согласился последовать этому совету. Однако после того, как родственники ушли, явились новые посетители с подарками для новорожденного. Гостям не было конца. Сет и двух минут не мог побыть с Люси и сыном наедине. А вечером целая толпа тетушек с почетом сопроводила Оуэна в постель. Сету еще повезло, что ему позволили поцеловать сына и пожелать ему спокойной ночи.
Сет взял сотовый телефон и скользнул в свободную комнату. Там он набрал номер Рона.
— Вот что ты должен теперь делать, — наставлял его Рон, выслушав сбивчивые объяснения. — Наш первоначальный план сорвался. Оуэн проснется сегодня за ночь раз десять, не меньше. И это тебе на руку. Воспользуйся случаем. В два часа ночи, уверяю, она будет благодарна тебе. Ты проявишь себя как джентльмен, дав ей отдохнуть.
Такая стратегия понравилась Сету. Он долго не смыкал глаз, все дожидался, когда Оуэн подаст голос, потом, не слыша ни звука, уснул. Ему показалось, что прошло всего несколько минут, но, открыв глаза, он зажмурился от веселых утренних лучей, проникающих в комнату сквозь легкие занавески лимонного цвета.
Уже утро! Он проспал целую ночь и не слышал ни одного крика Оуэна!
Натянув джинсы и майку, он схватил телефон и начал звонить Рону. В любом случае надо подстраховаться.
Когда Рон поднял трубку, Сет вместо приветствия выпалил:
— Я не слышал ночью плача Оуэна.
— Да ты успокойся, приятель, — засмеялся Рон. — У тебя еще будет не один шанс показать себя в нужный момент. Особенно утром.
— Но ребенок в комнате Люси.
— Это верно. Но и тут ты можешь взять реванш, если, например, принесешь Люси чашечку кофе. Она обязательно передаст тебе ребенка. Не может же она держать его и одновременно пить кофе. Вот тут и приступай к делу. Покорми его из бутылочки или поменяй ему памперс.
— Хорошо. — Сет отключился и спустился в фойе. Но не успел он одолеть и половину лестницы, как до него донесся аппетитный запах кофе. Окончательно смутившись, он одним прыжком одолел остаток пути и нашел Люси в кухне за столом с Оуэном на коленях. Свободной рукой она листала свежие газеты.
— Я приготовила кофе, — сообщила она.
— Я уже понял.
На ней был розовый пеньюар, под которым виднелась розовая же пижама. На щеках играл легкий румянец, черные волосы, густые и блестящие, были слегка взлохмачены, словно она еще не успела причесаться.
Раньше, когда они были вместе, по утрам ее волосы вот так же немного были растрепаны. Кровь сильнее заструилась у него по жилам от этих воспоминаний.
Подавляя порывы чувств, Сет подошел к кухонному шкафу и достал чашку. Налив себе кофе, он сказал:
— Я хотел помочь тебе прошлой ночью с Оуэном, но почему-то ничего не слышал. — Он встретил взгляд Люси. — Неужели он ни разу не заплакал?
— Ни разу, — она улыбнулась Сету. Та же призывная улыбка, которая всегда сводила его с ума. Сердце его больно сжалось.
Задумчиво поставив на стол чашку, Сет перевел взгляд на Оуэна. Ребенок так уютно устроился на коленях Люси, что его сердце сладко сжалось. Он был безумно благодарен ей за то, что она подарила ему сына. Однако нужно научиться держать себя в руках. Главное теперь — доказать Люси, что он способен обеспечить нормальную жизнь их сыну.
Но как это сделать? Он подумал, что лучше ему сейчас уйти. Или позвонить Рону, или Ти, или Питу… чтобы услышать низкий мужской голос и отвлечься от мыслей о ней.
— Значит, ты не будешь против, если я пойду сыграть партию в бридж?
Она отмахнулась.
— Ну конечно. У нас все хорошо. — Она склонилась к сыну. — Правда, Оуэн?
Спящий ребенок и не шевельнулся. Но даже если бы он внезапно разразился ревом, Сет не смог бы остаться.
— Ну хорошо, тогда я пойду.
Он вышел из комнаты, и Люси облегченно вздохнула. Конечно, Сет выглядел потрясающе, еще лучше, чем когда-либо раньше, и он волновал ее. Но более всего ее сейчас беспокоило то, что на часах было три четверти десятого. Пенни наведалась в пять утра, чтобы дать Люси возможность хоть немного поспать. Она ушла в семь, и с тех пор Люси пришлось укачивать капризничавшего Оуэна на руках. Реальность оказалась более суровой, чем она это себе представляла. Она очень устала, и, кроме того, у нее ужасно затекла рука.
К счастью, по расписанию, составленному Пенни Джентри, с минуты на минуту должна была прийти Милдред Дженкинс.
И она появилась вовремя. Это была женщина лет шестидесяти, в джинсах капри и синей футболке.
— Привет, Милдред, — обрадовалась Люси.
Женщина наклонилась и поцеловала Люси в щеку.
— Поначалу, недели две, придется носить его на руках. Он еще очень мал, и нельзя допускать, чтобы слишком много плакал. Неудивительно, что руки немеют. — Она огляделась. — А где Сет?
— Пошел играть в бридж.
— Отлично. — Милдред взяла ребенка у Люси и повела носом. — Иди-ка под душ.
— Хорошо, Милдред, — засмеялась Люси.
— Ну что ты, дорогая, я не имею в виду, что ты дурно пахнешь. Просто пытаюсь определить, чем это таким ты пользуешься. Должно быть, твои любимые духи или одеколон?
— Это шампунь, изготовленный по специальному заказу.
— О, прости, все время забываю, что ты принцесса.
— Но это не помогает мне завоевать любовь Оуэна.
Милдред расхохоталась от всей души.
— Да уж, точно. Но я знаю средство, как приручить ребенка. Так советовала мне моя мама. Завтра, когда Сет будет на работе, мы постираем пеленки Оуэна с несколькими каплями твоего шампуня, чтобы и в колыбельке он ощущал твой запах. Это должно помочь.
Губы Люси сложились в неуверенную улыбку.
— Точно поможет?
— Конечно, — засмеялась Милдред. — А теперь беги. Мы с Оуэном прекрасно проведем время.
Люси последовала совету. Она тщательно вымылась своим любимым шампунем ради Оуэна, но мысль о Сете не выходила у нее из головы. Что-то в его облике утром вызвало у нее легкое беспокойство. Должно быть, это отголосок старых чувств, обуревавших ее в те чудесные четыре недели страсти, проведенные вместе с ним. Выйдя из ванной, она хотела надеть что-нибудь нарядное, но ничего подходящего в багаже не оказалось — только платья для беременных. С одной стороны, это и неплохо. Ее живот до сих пор не пришел в норму.
Кроме того, надо смотреть правде в глаза: за время беременности она заметно поправилась.
Люси вернулась в кухню в джинсах для беременных и мешковатой футболке. Милдред читала газету, а Оуэн тихо лежал у нее на руках. Сета не было.