Страница 25 из 56
— Тогда вот что странно, — сказал Фокс, даже подняв брови от недоумения, — вот что странно, хотя я, может быть, и ошибаюсь: ведь вторая жена полковника Картаретта принадлежит совсем к другому миру. Она куда более mondaine[2], мисс Кеттл, уж извините за скверное произношение.
Сестра Кеттл пробормотала в ответ.
— Demi-mondaine[3], — и поспешно добавила: — Мы здесь люди довольно косные, а миссис Картаретт привыкла ко всяким развлечениям. Вот вам и результат.
Сестра Кеттл встала.
— Если вопросов больше нет, — сказала она, — я бы поговорила с доктором. Надо выяснить, не могу ли я чем-то помочь мисс Розе и ее мачехе, пока они еще не уснули.
— У нас больше нет вопросов. Вам придется подписать ваши показания о том, как вы обнаружили тело, и, само собой, вас вызовут на предварительное судебное разбирательства.
— Хорошо.
Сестра Кеттл встала, и двое полицейских последовали ее примеру. Аллейн открыл дверь. Сестра Кеттл посмотрела на них обоих.
— Это сделал не местный, — сказала она. — У нас убийцы не водятся. Можете в этом не сомневаться.
Аллейн и Фокс, давно привыкшие работать в паре, воззрились друг на друга.
— Прежде чем вызвать доктора Лакландера, — сказал Аллейн, — подведем предварительные итоги, дружище Фокс. О чем вы задумались?
— Я задумался, — ответил с обычным прямодушием Фокс, — о мисс Кеттл. Славная женщина.
Аллейн уставился на своего подчиненного.
— Уж не поразила ли вас стрела Купидона?
— Ах, — благодушно ответствовал Фокс, — разве это плохо, мистер Аллейн? Люблю я таких славных, крепких женщин, — добавил он.
— Оторвитесь от мыслей о сестре Кеттл, какой бы она ни была — крепкой или не очень, и давайте поразмышляем. Полковник Картаретт вышел из дому минут в десять восьмого, чтобы повидать Октавиуса Данберри-Финна. Очевидно, у Финна никого не было дома, поскольку следующее, что происходит, это ссора полковника с Финном у Нижнего моста. Это случилось около половины восьмого. Без двадцати восемь они с Финном расходятся в разные стороны. Полковник переходит через мост, и без двадцати восемь начинается его беседа с леди Лакландер, которая сидит и рисует в ложбинке на левом берегу. Очевидно, об этой беседе было условлено заранее. Она продолжалась минут десять. Без десяти восемь Картаретт покинул леди Лакландер, вернулся через мост назад, повернул налево и, видимо, двинулся прямиком в ивняк, поскольку леди Лакландер увидела его там, когда поднималась по склону холма в Нанспардон. Вскоре после восьми миссис Картаретт распрощалась с этим редкостным ослом, Джорджем Лакландером, и спустилась с холма. Примерно в четверть восьмого оба они видели, как браконьерствовал старина Финн, и, спускаясь вниз по дорожке, миссис Картаретт посматривала на его участок, надеясь увидеть Финна. Она, должно быть, чуть не столкнулась с леди Лакландер, которая, надо полагать, к этому времени уже вошла в нанспардонскую рощу, о которой все они столько говорят. Китти…
— Кто? — переспросил Фокс.
— Ее зовут Китти, Китти Картаретт. Она спускалась вниз, раскачивая бедрами, и поглядывала вверх по течению, туда, где рассчитывала увидеть мистера Финна. Своего мужа в ивняке она не заметила, но это нам ничего не говорит — мы пока не изучили ландшафт. По ее словам, она смотрела в другую сторону. Она перешла через мост и двинулась домой. На мосту ничего необычного не заметила. А вот леди Лакландер видела там здоровенную рыбину. Туда, по словам старой дамы, ее в ярости швырнул мистер Финн тридцатью пятью минутами раньше, во время перепалки с полковником Картареттом. Следующее событие: Марк Лакландер до этого игравший в теннис и, надо думать, вкладывавший все силы в флирт с прелестной Розой Картаретт, покидает этот дом как раз в то время, когда сюда возвратилась миссис Картаретт, и спускается к Нижнему мосту, где он не видит никакой форели, и утверждает теперь, что рыбы там не было. Зато он находит на левом берегу Чайна мольберт своей бабушки и, как благонравный молодой человек, относит его в Нанспардон, таким образом избавив от лишних трудов лакея. Из долины он уходит через рощу, и таким образом, насколько нам известно, берега Чайна, покрытые сумерками, остаются пустынными, пока сестра Кеттл, до того пытавшаяся избавить капитана Сайса от люмбаго, без четверти девять не спускается на луг — там она поворачивает направо, слышит собачий вой и обнаруживает труп. Таковы факты, вытекающие из полученной пока информации, если только их можно считать фактами. И что же выясняется?
Фокс потер рукой подбородок.
— Для такого безлюдного местечка, — сказал он, — на берегах Чайна было, можно сказать, напряженное движение.
— Еще бы! Вниз с холма. Через мост. Вверх по склону. Назад, И никто ни с кем не встретился, не считая стычки Финна с покойным в полвосьмого и беседы покойного с леди Лакландер десять минут спустя.
А больше никто ни с кем не сталкивался. Я, конечно, точно не помню географию долины Чайна, но из домов на этом берегу вроде бы видно только верхнее течение реки да еще несколько рядов по правому берегу, ниже моста. Как только рассветет, а этого, кстати, теперь уже не долго ждать, надо будет все досконально проверить И если мы не найдем в подлеске прячущихся там местных хулиганов, а в деревне — таинственных индусов, нам придется иметь дело с совсем небольшим числом подозреваемых.
— То есть с ними, — сказал Фокс, кивнув в сторону гостиной.
— И каждый из них, кроме сестры Кеттл, что-то скрывает. Голову даю на отсечение, что так. Давайте-ка побеседуем с молодым Лакландером! Сходите за ним, пожалуйста, дорогой Фокс, и заодно посмотрите, дает ли мистер Финн показания сержанту. Мне не хотелось оставлять их в гостиной одних, а сержант оказался под рукой Чтобы он не ушел из гостиной пришлось придумать эти показания. Перед нами еще проблема очков, которые мы сняли с ветки: могу поклясться, что они принадлежат мистеру Финну. Если он рассказал обо всем, что хотел, отпустите его домой. Впрочем, попросите его пока никуда из дому не уезжать. Ну, идите!
До возвращения Фокса Аллейн более внимательно рассмотрел кабинет полковника Картаретта. На его взгляд, кабинет некоторыми любопытными деталями отличался от обычных комнат этого рода. Хотя здесь стояли стулья с кожаной обивкой, была подставка для курительных трубок, а на стене висела фотография офицеров-сослуживцев — все вещи заурядные, — но вместо гравюр на охотничьи сюжеты полковник украсил кабинет пятью-шестью китайскими акварелями, а в книжных шкафах, стоявших вдоль двух стен, нашлось, правда, и место для биографий полководцев и полковых списков, но по большей части теснились потрепанные издания старых английских драматургов и поэтов да еще несколько редких пособий по рыболовству. Эти книги заинтересовали Аллейна, и среди них он нашел внушительный том под названием «Чешуйчатая порода» — автором был сам Морис Картаретт. Труд был посвящен привычкам и особенностям пресноводной форели. На столе разместилась расплывчатая фотография робко улыбавшейся Розы и фото Китти, в позе которой чувствовалась манерность.
Взгляд Аллейна переместился с крышки стола на ящики Он подергал за ручки. Два верхних ящика были незаперты — в них лежала только чистая бумага, конверты да несколько листов, исписанных изящным почерком, очевидно, рукой полковника. Средние ящики были заперты. А вот нижний ящик слева удалось выдвинуть Он был пуст. Внимание Аллейна напряглось. Он наклонился над ящиком, но тут услышал голос Фокса в холле. Аллейн захлопнул ящик и отошел от стола.
Вошли Фокс и Марк Лакландер.
— Я не задержу вас надолго, — сказал Аллейн Марку. — Собственно, я пригласил вас сюда только для того, чтобы внести ясность в один мелкий вопрос и помочь нам в кое-чем более серьезном. Так вот, вопрос следующий: когда вы шли вчера в четверть девятого домой, вы слышали, как воет у реки собака?
2
Светская дама (фр.)
3
Дама полусвета (фр.)