Страница 22 из 56
Аллейн открыл дверцу и зажег в салоне свет.
— Теперь скажите мне, — произнесла леди Лакландер, с трудом разместившись на сиденье, — скажите не как полицейский восьмидесятилетней старухе, а как надежный человек — одной из старейших подруг вашей матери: что вы думаете о поведении Окки Финна?
Аллейн ответил:
— Восьмидесятилетние дамы, даже если они старейшие подруги моей матери, не должны выманивать меня по ночам на улицу и задавать неподобающие вопросы.
— Ага, — сказала она, — значит, вы не станете мне отвечать.
— Скажите, у мистера Финна был сын по имени Людовик? Людовик Данберри-Финн?
При тусклом свете Аллейн увидел, как лицо старой леди напряглось, словно под слоем жира сжались ее челюсти.
— Да, был, — ответила она. — А что?
— Конечно, подобное совпадение имен было бы невероятным.
— На вашем месте я бы не вспоминала об этом молодом человеке. Он служил в министерстве иностранных дел и, как вам, конечно, известно, испортил себе репутацию. Дело кончилось настоящей трагедией, об этом предпочитают не вспоминать.
— Вот как? А что за человек был полковник Картаретт?
— Он был несговорчив, любил донкихотствовать Был упрям, как осел. Один из тех совестливых людей, которые целят высоко и постоянно оказываются не в ладах с собственной совестью.
— Вы имеете в виду какой-то определенный случай?
— Нет, — твердо ответила леди Лакландер.
— Не скажете ли вы, о чем вы беседовали с полковником Картареттом?
— Мы беседовали, — несколько холоднее ответила леди Лакландер, — о том, что Окки браконьерствует, и еще об одном семейном деле, которое в настоящий момент должно остаться тайной и которое никоим образом не связано со смертью Мориса. Спокойной ночи, Родерик. Можно вас называть Родериком?
— Только когда мы наедине.
— Нахал, — сказала леди Лакландер и замахнулась на Аллейна. — Отправляйтесь назад и продолжайте терроризировать этих бедняжек. Да, велите Джорджу поторопиться!
— Вы можете точно вспомнить, что именно мистер Финн и полковник Картаретт говорили друг другу во время ссоры?
Леди Лакландер пристально посмотрела на Аллейна, сложила свои унизанные брильянтами ручки и ответила:
— Дословно? Нет. Они ругались из-за рыбы. Окки цапается со всеми подряд.
— А о чем еще они говорили?
Не отведя от него взгляда, леди Лакландер с заметной холодностью ответила:
— Ни о чем.
Аллейн поклонился ей.
— Спокойной ночи, — сказал он. — Если вы вспомните, что они говорили друг другу, будьте любезны, сообщите мне.
— Родерик, — произнесла леди Лакландер. — Окки Финн не убийца.
— Разве? — ответил Аллейн. — Ну, это уже кое-что. Правда? Спокойной ночи.
Он захлопнул дверцу. Свет в машине погас.
По дороге к дому Аллейн встретил Джорджа Лакландера. Ему было странно, что Джордж так избегает его общества и намного охотнее общается с Фоксом.
— 0… э… — произнес Джордж. — Я… э… я хотел узнать, можно ли мне с вами поговорить. Вы, наверное, не помните, но мы ведь встречались чуть не тысячу лет назад, ха-ха, вы тогда блистали под руководством моего батюшки. Верно?
Воспоминания двадцатипятилетней давности, которые сохранились у Аллейна о Джордже, основывались по преимуществу на уничижительных отзывах сэра Гарольда Лакландера о способностях его сына. «От Джорджа ничего ожидать не приходится, — однажды доверительно сказал Аллейну сэр Гарольд. — Пусть себе блистает в Нанспардоне — авось станет со временем мировым судьей. Это Джорджу по плечу». Это пророчество, как пришло в голову Аллейну, видимо, сбылось. Он ответил утвердительно на первую часть вопроса, совершенно не обратив внимания на последние слова Джорджа.
— Слушаю вас, — сказал он.
— Тут вот какое дело, — сказал Джордж. — Я бы кое-что хотел узнать о ваших дальнейших шагах. Кстати, хоть это и не играет большой роли, я ведь мировой судья. Так что, можно сказать, есть капля и моего меда в улье ее величества.
— Так-так, — иронически откликнулся Аллейн.
—Да-с, — продолжал Джордж, в темноте вглядываясь в Аллейна. — Так вот, я хотел спросить вас, каковы будут дальнейшие шаги касательно… э… э… тела несчастного Мориса Картаретта. Я-то беспокоюсь из-за Китти. Из-за них обеих. Из-за его жены и дочери. Может быть, надо как-то помочь подготовиться к похоронам и всякое такое?
— Да, разумеется, — согласился Аллейн. — Тело полковника Картаретта будет оставаться под охраной там, где оно находится, до завтрашнего утра. Затем оно будет переправлено в ближайший морг, и судебный врач осмотрит его, а возможно, и произведет вскрытие. Само собой, при первой же возможности мы сообщим миссис Картаретт, когда могут состояться похороны. Я думаю, мы уложимся в три дня, но наверняка тут ничего нельзя сказать.
— О, конечно! — закивал Джордж — Конечно! Конечно! Аллейн задал вопрос.
— Да, для протокола: мне все равно придется спрашивать об этом всех, кто был неподалеку от полковника Картаретта в тот вечер… Вы вроде бы сказали, что начали играть с миссис Картаретт в семь?
— Я не обратил внимания на точное время, — поспешно ответил Джордж.
— Может быть, тогда миссис Картаретт вспомнит. Вы встретились на площадке?
— Э… нет. Нет, я… э… я заехал за ней на машине. По дороге из Чайнинга…
— А после игры вы не завезли ее домой?
— Нет. Мы решили, что пешком получится быстрее. От площадки для гольфа до ее дома.
— Понятно… Миссис Картаретт говорит, что была дома примерно в пять минут девятого Вероятно, вы играли в гольф около часа. Сколько лунок вы прошли?
— Мы не передвигались по площадке. Миссис Картаретт еще учится. Это был первый… э… урок. Она попросила потренировать ее Мы прошли э… только пару лунок. А остальное время тренировали удар, — надменно пояснил Джордж.
— Ага. И вы расстались примерно без десяти восемь? Где?
— Наверху, у Речной тропинки, — ответил Джордж и добавил: — Насколько я помню.
— Не видели ли вы оттуда, как навстречу вам поднимается леди Лакландер? Она пустилась в путь без десяти восемь.
— Я не смотрел вниз. Так что не видел.
— Значит, вы не должны были заметить и полковника Картаретта. По словам леди Лакландер он в это время ловил рыбу в ивняке, а это место хорошо видно с Речной тропинки.
— Я не смотрел вниз. Я… э… я просто проводил миссис Картаретт до Речной тропинки и через рощу отправился в Нанспардон. Через несколько минут пришла моя мать. А теперь, — сказал Джордж, — извините меня, мне пора везти маму домой. Кстати, надеюсь, мы будем вам полезны. То есть если вам нужно разместить свой штаб или еще что-нибудь. Мы во всем готовы вам помочь.
— Вы чрезвычайно любезны, — поблагодарил Аллейн. — Да, я думаю, мы можем сейчас вас отпустить. К сожалению, вынужден просить вас не выезжать из Суивнингса.
У Джорджа отвисла челюсть.
— Разумеется, — добавил Аллейн, — если у вас появятся срочные дела в другом месте, вы можете зайти ко мне и сообщить об этом, тогда мы решим, что можно для вас сделать. Вы найдете меня в «Мальчишке и Осле».
— Боже милостивый, Аллейн, дружище к…
— Понимаю, как это неудобно, — сказал Аллейн, — но ничего не попишешь. Как-никак, а у вас на лугу произошло убийство. Спокойной вам ночи. Обогнув Джорджа, он воротился в гостиную, где застал замкнувшихся в себе Розу, Марка и Китти, кусающего ногти мистера Финна и инспектора Фокса, увлеченно обсуждавшего с сестрой Кеттл, можно ли изучить французский язык при помощи граммофонных пластинок.
— Я продвигаюсь слишком медленно, — говорил мистер Фокс.
— Мне куда больше помогла поездка на велосипеде по Бретани, когда мне приходилось говорить по-французски, чем мои пластинки.
— И я об этом слышал. Но при моей службе для этого нет ни малейшей возможности.
— Боже мой, но бывают же у вас отпуска!
— Верно, — вздохнул Фокс. — Отпуска бывают. Но сколько у меня было отпусков, всегда так получалось, что я проводил их в Берчингтоне. Извините, мисс Кеттл, шеф пришел.