Страница 147 из 171
Президент пользуется официальной резиденцией и получает годовой оклад жалованья в сумме 600000 франков, или 24000 фунтов стерлингов (в настоящее время он получает 2160000 франков, или 86400 фунтов стерлингов). Министры ex officio {по должности. Ред.} заседают в Национальном собрании и могут выступать столько раз, сколько они считают нужным. Национальное собрание избирает вице-президента республики из числа трех кандидатов, которых президент намечает в течение месяца после своего избрания. Вице-президент приносит такую же присягу, как и президент, он не должен состоять в родстве с президентом, он выполняет функции президента, когда последний лишен возможности это делать, и председательствует в заседаниях Государственного совета. Если место президента, вследствие его смерти или каких-либо других причин, становится вакантным, новые выборы президента должны состояться в течение месяца.
ГЛАВА VI. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОВЕТ
Статьи 71–75. Государственный совет является исключительно совещательным органом для обсуждения тех предложений, которые должны представляться кабинетом министров, и тех, которые могут быть направлены Национальным собранием.
ГЛАВА VII. ВНУТРЕННЯЯ АДМИНИСТРАЦИЯ
Эта глава касается чиновников, высших должностных лиц, общинных и провинциальных советов. Единственная статья, которая отличается последовательностью и которая используется в максимально возможных размерах, гласит:
««Статья 80. Генеральные советы, кантональные советы и общинные советы могут быть распущены президентом с согласия Государственного совета».
ГЛАВА VIII. О СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ
Эта глава, собственно говоря, лишь воспроизводит законы императора Наполеона. Однако следующие дополнения заслуживают внимания:
«Статья 81. Судопроизводство осуществляется безвозмездно, именем французского народа».
Это настолько не соответствует действительности, что никто даже не обезглавливается безвозмездно!
Статьи 91—100 касаются Верховного суда: ему предоставлено исключительное право судить президента, пред ним предстают министры и все политические преступники, которых Национальное собрание сочтет уместным предать его суду.
Этот «Верховный суд» состоит из пяти судей, которых Кассационный суд (высший трибунал во Франции) выбирает из своей среды, и из 36 присяжных, отобранных из состава генеральных советов департаментов, и является сугубо аристократическим органом. Единственными, кого до сих пор судил этот трибунал, являются обвиняемые по делу 15 мая 1848 г. (перед нами встают имена Барбеса, Бланки и других) и депутаты, замешанные в событиях 13 июня 1849 года.
Законом от 7 августа 1848 г. из списков присяжных заседателей исключаются все лица, не умеющие читать и писать, т. е. две трети взрослого населения!
ГЛАВА IX. О ВООРУЖЕННЫХ СИЛАХ
Все старое военное законодательство остается целиком без изменений. Преступления солдат не подсудны гражданским судам. Следующая статья характеризует дух этой конституции,
«Статья 102. Каждый француз обязан нести военную службу и служить в национальной гвардии, за исключением случаев, предусмотренных законом».
Каждый гражданин, располагающий деньгами, может освободиться от обязанности нести военную службу.
Рабочий класс целиком исключается из рядов национальной гвардии на основании обсуждаемого в данное время закона, второе чтение которого уже закончено! Более того, президент имеет право распустить на один год национальных гвардейцев в любой местности, и фактически на одной половине территории Франции национальная гвардия уже распущена!
ГЛАВА X. ОСОБЫЕ ЗАКОНЫ
Статья 110. «Национальное собрание вверяет конституцию бдительности и патриотизму всего народа» и вверяет «бдительный» и «патриотический» народ снисходительности и милосердию Верховного суда! — 13 июня!
ГЛАВА XI. О ПЕРЕСМОТРЕ КОНСТИТУЦИИ
«Статья 111. Если Национальное собрание при закрытии своей сессии выскажется в пользу полного или частичного изменения конституции, то пересмотр осуществляется следующим образом:
Высказанное Собранием пожелание может стать законом лишь после троекратного обсуждения с месячным интервалом после каждого обсуждения, причем для принятия решения требуется три четверти голосов, а количество голосующих должно быть не менее 500. Национальное собрание, созываемое для пересмотра конституции, избирается только на три месяца и. за исключением чрезвычайно важных случаев, оно не должно заниматься никакими другими вопросами».
Такова «Конституция Французской республики» и таков способ ее применения. Читатель сразу заметит, что этот документ с начала до конца представляет собой набор красивых слов, скрывающих весьма вероломные замыслы. Сами формулировки конституции таковы, что они делают нарушение ее невозможным, так как каждая статья, неся в себе свою противоположность, полностью себя аннулирует. Например: «голосование прямое и всеобщее» — ««за исключением тех случаев, которые будут предусмотрены законом».
Поэтому нельзя говорить о том, что закон от 31 мая 1850 г. (лишающий избирательных прав две трети населения) вообще нарушает конституцию.
В конституции постоянно повторяется положение, что регулирование и ограничение прав и свобод народа (например, право ассоциации, избирательное право, свобода печати, свобода преподавания и т. д.) будет установлено последующими органическими законами, — а эти «органические законы» «устанавливают» обещанную свободу тем, что уничтожают ее. Этот ловкий прием, заимствованный австрийской и прусской буржуазией у своих французских прототипов, заключается в том, чтобы предоставлять полную свободу, провозглашать прекраснейшие принципы и оставлять вопросы, связанные с их применением, детали, на разрешение в последующих законах; то же имелось и во французской конституции 1830 г. и в конституциях, принятых до нее.
Народ! Имей свое мнение о деталях[320], а не только о принципах, прежде чем ты придешь к власти. Борьба в английском конвенте велась именно по этому вопросу!
Единственные безоговорочные и определенные статьи во всей конституции — это статьи о выборах президента (статья 45) и о пересмотре конституции (статья 111). Это единственные статьи, нарушение которых возможно, потому что только они не содержат в себе никаких противоречий.
Эти статьи были направлены Учредительным собранием 1848 г. непосредственно против Бонапарта, который интригами добивался президентского поста, что пугало депутатов.
Постоянно встречающиеся противоречия этой конституции лжи достаточно ясно показывают, что буржуазия может быть демократичной на словах, но не хочет быть демократичной на деле, что она признает правильность принципа, но никогда не осуществляет его на практике, и что настоящую «конституцию» Франции надо искать не в документе, который мы изложили, а в принятых на его основе органических законах, краткий обзор которых мы дали читателю. В этой конституции содержались принципы, — детали были отложены на будущее, а в этих деталях снова восстанавливалась бесстыдная тирания!
До какого разгула дошел деспотизм во Франции, показывают следующие ограничения, принятые в отношении рабочих.
Каждый рабочий получает от полиции книжку, на первой странице которой значатся его фамилия, возраст, место рождения, профессия или занятие и его особые приметы. Он обязан вносить в эту книжку фамилию хозяина, у которого работает, и причины, по которым от него уходит. Но это еще не все: книжка вручается хозяину, который, со своей стороны, передает се в полицейский участок вместе со своей характеристикой данного рабочего. Когда рабочий оставляет место, он должен получить в полиции свою книжку, без предъявления которой он не может поступить на другое место. Таким образом, существование рабочего целиком зависит от полиции. Но это опять-таки еще не все: эта книжка служит и паспортом. Если полиция считает рабочего опасным, она делает в книжке отметку «bon pour retourner chez lui» {«подлежит возвращению на родину». Ред.}, и рабочий должен отправляться обратно на место своего рождения. Эти ужасающие ограничения не нуждаются в комментариях! Пусть читатель в полной мере представит себе их действие и проследит все их результаты. Ни крепостные в эпоху феодализма, ни индийские парии не могут идти в сравнение с французскими рабочими. И неудивительно, что французские рабочие с нетерпением ждут часа восстания. Неудивительно, что их негодование принимает бурный характер. Рабочие проявили благодушие в 1830 году; они проявили благодушие в 1848 году; но с тех пор их свобода была распродана по частям, их кровь была пролита потоками, каждая французская тюрьма была переполнена пожизненными узниками, 15000 человек скопом были сосланы в колонии, а теперь рабочих угнетает страшный деспотизм, который мы здесь описали. Неудивительно, что буржуазия боится народа и что она напрягает свои последние силы, чтобы хоть сколько-нибудь оттянуть час расплаты. Но в ее собственных рядах нет единства. В ее среде слишком много соперничающих претендентов и на первом месте стоят
320
Под деталями английские чартисты подразумевали в своей агитации пункты 2–6 Народной хартии, включавшие следующие требования: ежегодные выборы в парламент, вознаграждение депутатов, тайная подача голосов, равные избирательные округа и отмена имущественного ценза для кандидатов в депутаты парламента. Эти требования революционные чартисты считали необходимой гарантией осуществления всеобщего избирательного права, сформулированного в нервом пункте Хартии.