Страница 15 из 74
«А теперь у меня есть новое сокровище», — со смешанным ощущением радости и боли подумала Акорна, прикоснувшись сквозь ткань туники к диску, висевшему у нее на шее. Это был дар ее любимого, пусть даже не он сам вручил его Акорне. А может, носить его поверх туники? Нет, он представляет собой слишком большую ценность, по крайней мере для нее, и к тому же она не собирается объяснять каждому встречному-поперечному, что это такое.
На Надари была форменная одежда Красных Браслетов, которую она обычно надевала, когда возникала необходимость присутствовать на официальных мероприятиях вместе с мистером Ли. Платье было, что вполне естественно, красным с отделкой медного цвета, и сшито из материала, который, с одной стороны, облегал ее совершенное тело пантеры, а с другой — не стеснял движения.
А вот откуда взял свой мундир капитан Беккер, Акорна затруднилась бы сказать. Вероятнее всего, он подобрал его на каком-то из заброшенных космолетов. На капитане был серый мундир с серебряными пуговицами и окантовкой, который чрезвычайно гармонировал с седыми усами и бородкой Беккера. На левом рукаве мундира красовалась нашивка, изображающая грифа, сидящего на стволе, а вокруг рисунка причудливым орнаментом вилась надпись — имя и звание Беккера.
Почти такой же мундир, только попроще, он сунул Маку с напутствием:
— Иди смажься машинным маслом или сделай что-нибудь еще, но только приведи себя в порядок. И надень вот это для встречи высоких гостей.
Мак расцвел от удовольствия:
— Настоящая форма? Значит, я теперь — полноправный член экипажа? О, капитан, позвольте мне обнять вас!
— Еще чего! Ты из меня все кишки выдавишь. И откуда только ты такого набрался? Опять беседовал с мистером Харакамяном?
Мак был занят тем, что расстегивал пуговицы и застежки формы, готовясь натянуть ее на себя.
— Не здесь! — гаркнул Беккер. — Тут же дамы!
— Да? — удивленно переспросил Мак, не понимая, каким образом дамы могут помешать ему переодеваться.
— И забери свое старое барахло, когда будешь выходить. Нечего тут свинарник устраивать.
Акорна не удержалась и хихикнула. Только благодаря трудолюбивому Маку на «Кондоре» царило хоть какое-то подобие порядка. До того как андроида, который до этого служил злокозненной и преступной Кисле Манъяри, восстановили и перепрограммировали, корабль Беккера больше походил на помойку, чем на космолет. Космический мусор и обломки, который собирал Беккер, кучами выше человеческого роста были навалены в каждом углу, а между ними были протоптаны узкие тропки.
Акорна решила, что нервозность Беккера объясняется, во-первых, смущением от того, что, с одной стороны, он впервые предстал перед окружающими в таком экзотическом виде, а с другой — ощущением собственной значимости, которое придавала ему форма.
Когда роболифт был починен и все заработало, Беккер снова связался с постом Федерации, и уже через несколько минут видеокамеры внешнего наблюдения зафиксировали группу людей в форме, которые направлялись к кораблю. Беккер спустил вниз роболифт. Он теперь работал как часы.
Рассмотрев «Кондор» поближе и обменявшись удивленными взглядами, члены делегации прошли в лифт следом за человеком в сияющей позументами форме — по всей видимости, их предводителем. Беккер нажал на кнопку, и лифт стал подниматься к нижней палубе.
— Дамы, не кажется ли вам, что мы должны как следует поприветствовать гостей? — спросил он.
Однако капитан-лейтенант Дсу Макостат сразу же обозначил свои приоритеты, начисто проигнорировав отдавшего ему честь Беккера и склонившись, Чтобы поцеловать руку Акорны.
— Посланник Харакамян-Ли, мы, хотя и живем на окраине галактики, наслышаны о подвигах, которые вы совершили на Кездете, о великолепной работе, проделанной вами и вашими друзьями на лунной базе Маганос. Но мы не могли и мечтать о том, чтобы иметь честь приветствовать вас на нашей планете.
— Вы слишком добры ко мне, — с удивлением и несколько смутившись, ответила Акорна. Беккер сердито жевал ус, злясь на этого расфуфыренного вояку, который столь бесцеремонно проигнорировал и его самого, и его шикарную форму. Он был твердо убежден, что на любом корабле главной фигурой является капитан. — Позвольте мне представить моих друзей и спутников. Это капитан Йонас Беккер, с которым ваши представители уже говорили. Это — корабельный андроид Мак. А вот это — коммандер Надари Кандо.
— Легендарная Надари Кандо, покинувшая Макахомию скромной послушницей и превратившаяся потом в одного из самых знаменитых воинов Красных Браслетов? Мне не хватает слов, чтобы выразить свое восхищение! Ваш двоюродный брат очень часто говорит о вас, причем — с чувством огромной гордости. Мы с ним, знаете ли, большие друзья, и он частенько хвастается тем, что является вашим родственником. Он сейчас является правителем плато Мог-Джим и рассказывает, что вы в отличие от него все же не вернулись на планету после того, как прошли военную подготовку в лагерях Федерации.
Надари уже открыла было рот, чтобы возмутиться, но капитан-лейтенант поднял руку, призывая ее к молчанию, и продолжил:
— Разумеется, мы понимаем: это его решение было продиктовано желанием служить своему народу здесь, на Макахомии, и именно поэтому он отказался вступить в ряды вооруженных сил Федерации. Но, с другой стороны, доложу я вам, потеряв одного солдата, Федерация приобрела очень важного и влиятельного союзника. Мульзар Эду — самый прогрессивный и просвещенный правитель из всех когда-либо существовавших на этой планете, и сотрудничество с ним является для нас, представителей Федерации, подлинным удовольствием. Ваш двоюродный брат — настоящий провидец.
Беккер сделал то, что раньше он делал крайне редко: попытался послать Акорне мысленное сообщение. Капитан не был уверен, что ему это удастся, но у него появились кое-какие соображения относительно того, как ведет себя офицер Федерации, а высказать их вслух он не мог.
(Аллилуйя), — передал он, — (к нам прибыл клуб твоих фанатов!)
(С ума сойти, капитан!) — ответила Акорна. — (Вы прибегаете к телепатии?)
Посмотрев на Беккера, она увидела, что его усы топорщатся от удовольствия и гордости. Он сумел «прочитать» ее ответ четко и ясно и теперь явно гордился собой. Не очень уверенно, но капитан все же попытался ей ответить:
(А почему бы и нет? И мне это нравится. Не надо открывать рот. Послушай, а эту словесную болтовню можно запеленговать или перехватить?)
(Нет, но если вы обращаетесь непосредственно ко мне, я обязательно услышу вас и отвечу).
Глаза Беккера блеснули.
(Великолепно! Мне это нравится. Давай теперь практиковаться в этом почаще).
Он выглядел счастливее трехлетнего ребенка, которому подарили новые санки. Акорна улыбнулась ему (естественно, не показывая зубов). Если бы тут не было посторонних, она с радостью обняла бы этого чудесного человека.
Одарив набором изысканных комплиментов Надари, Макостат продолжал разглагольствовать:
— Не будет ли угодно прекрасным дамам отправиться со мной и поселиться в местной гостинице, пока мои люди совместно с капитаном осмотрят судно? Условия тут, не стану скрывать, спартанские, но это все же лучше, чем… э-э-э… корабль-старьевщик.
— Это очень мило с вашей стороны, капитан-лейтенант, но, боюсь, я должна отказаться от вашего гостеприимного предложения. По крайней мере, сейчас. На корабле капитана Беккера имеется все, что мне нужно. И, будучи моим старинным другом, он позволил мне бесплатно — и для меня, и для моего правительства — пользоваться всем, что необходимо мне для исполнения моих обязанностей кочующего посланника, в обмен на то, что я стану оказывать ему посильную помощь в качестве члена экипажа. Капитан Беккер не раз и не два спасал и меня саму, и мой народ.
— Это относится и ко мне, — чуть охрипшим голосом проговорила Надари. — Я многократно обязана капитану Беккеру своей жизнью. Если бы не он и не его судно, вряд ли мы сумели бы одержать верх над ордами кхлеви. Он спасал меня и тогда, когда я оказывалась в руках других, не менее опасных противников.