Страница 34 из 39
— Лев не в силах понять, почему Фермитракс может говорить, — объяснила Королева Флюирия.
— Поговори с ним, — закричала Мерле в ухо обсидиановому льву. — В этом наше спасение.
Фермитракс резко снизился. Теперь от поверхности моря его отделяло не более трех-четырех метров. При снижении Мерле почувствовала, как у нее закружилась голова, а над волнами ей стало совсем худо.
— Попробую! — рыкнул Фермитракс. — Держись крепче!
Мерле что было сил уцепилась за его растрепанную ветром гриву, а обсидиановый лев, взмахнув несколько раз крыльями, снова вырвался вперед, развернулся на сто восемьдесят градусов, снова набрал высоту и полетел навстречу своим обескураженным врагам.
— Львы! — загрохотал его голос, перекрывая шум волн. — Слушайте меня!
Шесть гвардейских летучих львов в растерянности замедлили полет и едва взмахивали крыльями. А затем и вовсе застыли в воздухе, опустив задние лапы вниз и повиснув над водой. Затрещали подпруги, натянулись уздечки — все шесть всадников старались удержаться в седле и не скатиться в море. Никто из них не ожидал такого подвоха со стороны львов, которые неожиданно стали вести себя так, как хотелось им, а не так, как требовали их хозяева.
Начальник Гвардии велел открыть огонь.
— Цельтесь в девчонку!
Но гвардисты, с трудом державшиеся на вертикально повисших в воздухе львах и судорожно за них цеплявшиеся, могли только одной рукой управляться с ружьем; к тому же львиные головы мешали им точно прицеливаться.
— Слушайте меня! — еще раз воскликнул Фермитракс, переводя взгляд с одного льва на другого. Он тоже парил в воздухе, но держал туловище горизонтально и не переставал ритмично взмахивать своими мощными крыльями. — Когда-то я возвратился в Венецию, чтобы освободить вас от ига поработителей. Вернуть вам свободную жизнь. Подарить дни и годы без насилия, принуждения и покорности, чего львы в прошлом никогда не знали. Я хотел дать волю и воздух вашим крыльям! Предоставить право охотиться, сражаться и снова говорить тогда, когда пожелаете! Вы достойны такой жизни, какая была у ваших предков!
— Он говорит на языке людей, — сказала Королева Флюирия. — Свой собственный язык львы уже забыли.
— Они его слушают.
— Но долго ли будут слушать?
Шесть всадников до хрипоты орали на своих львов, но голос Фермитракса заглушал их без труда.
— Вас смущает то, что вам не приходилось слышать, чтобы лев говорил на языке людей. Но пусть вас вдохновит то, что существует лев, готовый биться за вашу свободу. Посмотрите на меня и ответьте себе, — не узнаете ли вы во мне самих себя, тех, кем были когда-то?
Один из львов громко фыркнул. Фермитракс едва заметно вздрогнул.
— Он страдает, — пояснила Королева. — Они могли бы быть такими, как он, а остались животными.
Другие львы тоже зафыркали, а главный гвардист, который с малолетства состоял при львах и умел распознавать их настроение, победно засмеялся.
— Восстаньте против ваших укротителей, — гневно рычал Фермитракс. Но обстановка менялась на глазах к худшему, хотя Мерле не понимала, почему. Не подчиняйтесь их приказам! Сбросьте всадников в море или отвезите обратно в город! Оставьте нас в покое!
Лев, фыркнувший первым, выпустил когти на передних лапах.
— Нет смысла обращаться к ним, — вздохнула Королева Флюирия. — Попытка была необходимой, но оказалась бесполезной.
— Я ничего не понимаю, — растерянно думала Мерле. — Почему они его не слушают?
— Они его боятся. На них наводит страх его превосходство. Ведь уже много-много лет тому назад львы в Венеции утратили способность говорить. Здешним летучим львам с детских лет внушили уверенность в том, что их крылья дают им превосходство над их остальными собратьями. И вдруг явился тот, кто лучше, совершеннее их. С этим они не могут смириться.
Мерле вспыхнула от гнева.
— Значит, здешние львы не лучше людей.
— Вот именно, — ответила Королева. В ее голосе звучал смешок. — Я вижу, что была ты — сирота, а стала — умная голова?!
— Не смейся надо мной.
— Я пошутила, прости.
Фермитракс тихо проговорил через плечо:
— Нам надо улетать. Приготовься.
Мерле кивнула. И посмотрела на шестерых гвардистов. Пока львы зависают в воздухе, им неудобно целиться и стрелять. Но все изменится, как только львы превратятся в обычных «верховых лошадей» и полетят вперед.
— Ну, — пора! — взревел Фермитракс.
Дальше все произошло очень быстро, и Мерле только потом поняла, что чудом не сверзилась в море.
Взмахнув могучими крыльями, Фермитракс с ревом устремился прямо на шестерых гвардистов, взмыл перед ними круто вверх, пронесся у них над головами и стремительно полетел вдаль.
При резком взлете Мерле рывком подалась назад и… Даже Королева Флюирия вскрикнула.
Фермитракс оглянулся, но Мерле уже сидела прямо, уцепившись за его гриву и не понимая, как ей удалось в последнюю секунду удержаться «в седле». В какой-то момент море оказалось над ее запрокинутой головой, но, правда, смертельная опасность ей не грозила — ловкий и осмотрительный Фермитракс, чудо-лев, никогда не дал бы ей потерять равновесие. Тем не менее… он мог хотя бы предупредить о своем рывке!
Они снова неслись низко над водой, держа курс на юг, где острова, расположенные в Лагуне, были не столь многочисленны и малы, как на севере. Беглецы по своей доброй воле теряли возможность найти прибежище и укрытие, но Мерле хотела надеяться, что замысел Фермитракса их спасет. «У него есть свой план», — успокаивала она себя.
— Не думаю, — хрипло проговорила Королева.
— Не думаешь? — Мерле не смогла задать вопрос вслух.
— Нет. Он не знает, что предпринять.
— Вот так здорово!
— Ты должна подсказать, что ему надо делать.
— Я?
— Кто же еще?
— Чтобы ты меня обвинила в нашей гибели?!
— Мерле, все зависит только от тебя. Не от Фермитракса. И даже не от меня. Ты должна идти предначертанным тебе путем.
— Куда? Какая у нас цель?
— Ты прекрасно знаешь. Во-первых: покинуть Венецию. А затем — найти союзников в войне против Империи Фараона.
— Где?
— То, что произошло на площади Сан-Марко, было лишь первой искрой. Возможно, нам удастся разжечь большой огонь.
— Ты не могла бы выразить свою мысль пояснее?
— Князья Ада, Мерле. Они предложили нам свою помощь.
Мерле почувствовала, что вот-вот свалится со льва, хотя Фермитракс спокойно летел к горизонту.
— Ты действительно хочешь принять помощь от сил Ада?
— Другого выхода нет.
— Но ведь есть какое-то другое Царство. Говорят, там тоже противятся войскам Фараона.
— Царство находится под покровительством Бабы Яги. Я не думаю, что стоит обращаться за помощью к богине.
— Баба Яга не богиня, а ведьма.
— У них, к сожалению, это одно и то же.
Их разговор прервал тревожный возглас Фермитракса:
— Осторожно! Сейчас будем драться!
Мерле взглянула вниз. Под черным крылом она увидела разинутую пасть льва-преследователя и его лапу с выпущенными когтями. Он подкрался снизу прямо к ней, нацеливался не на Фермитракса, а на нее!
— По-хорошему они не хотят, — печально пробурчал обсидиановый лев.
Он сделал несколько таких стремительных виражей, что Мерле то и дело судорожно хваталась за его гриву, чтобы усидеть у него на спине. Она видела, как нападающий лев в замешательстве выпучил глаза, — точь-в-точь как его всадник, — а Фермитракс молниеносно нырнул под своего противника, наклонился немного на бок и точным ударом когтистой лапы вспорол ему брюхо. Когда Мерле обернулась, ни льва, ни всадника не было видно. Только на волнах покачивалось красное пятно.
— Из камня — кровь!
— То, что львы — каменные, не значит, что нутро у них не такое, как у других земных существ, — сказала Королева. — Смерть — это, в конечном счете, грязь и гадость.
Мерле быстро отвела глаза от красной пены на море и посмотрела вперед, где виднелись очертания небольшого острова. А за ним, темной полоской на горизонте, рисовался материк.