Страница 39 из 50
Эусебио Аске Лопес, занимавший в сентябре 1963 года должность консула Кубы в Мехико, выступая на IV заседании Международного суда «Молодежь обвиняет империализм», подробно рассказал о двух посещениях консульства американцем, назвавшимся Освальдом. 27 сентября 1963 года он обратился за визой для поездки на Кубу, предъявив документы, которые якобы свидетельствовали о его принадлежности к Коммунистической партии США и к американскому Комитету за справедливое отношение к Кубе. Он настойчиво просил и даже требовал от Аске ускорить процедуру выдачи визы.
На следующий день он явился вновь, пришел в раздражение из-за того, что необходимо ждать разрешения на визу из МИД Кубы, повышенным тоном обвинил кубинских служащих в бюрократизме и с ворчанием ушел, хлопнув дверью. Когда Аске, по его словам, посмотрел киножурнал с сюжетом об убийстве Освальда Джеком Руби, он смог заметить, что жертва нисколько не походила на посетителя консульства. Впоследствии он утвердился в своем мнении, увидев на переданной в комиссию Уоррена фотографии человека, запрашивавшего визу в консульстве: он абсолютно не был похож на настоящего Освальда.
Никаких объяснений, почему после второго визита у посетителя пропал интерес к поездке на Кубу, нет. Но причины были, видимо, веские. Ведь поначалу «Освальд» заполнил анкеты, представил фото и т. д. Можно высказать, конечно, предположение, что существовал расчет на психологическое воздействие «документов» о принадлежности к Компартии США, заявлений «Освальда», что он проживал ранее в Советском Союзе и женат на бывшей советской гражданке. Такое воздействие, могли надеяться стоявшие за «Освальдом» лица, ускорило бы выдачу визы и одного этого, вероятно, было достаточно заговорщикам, чтобы потом продемонстрировать «доказательство» связей с Кубой.
В тот период времени, когда явно непохожий на Освальда его двойник посещал кубинское консульство в Мехико, в резидентуре ЦРУ в мексиканской столице служил Филлипс. Из его мемуаров «Ночное бдение» мы узнаем, что в телеграмме от 10 октября 1963 года, направленной агентами ЦРУ в Мексике по трем адресам — ФБР, государственный департамент и разведка ВМС (учитывая то, что Освальд служил в Корпусе морской пехоты), — сообщалось о посещавшем кубинское консульство «американце Ли Генри Освальде (второе имя было указано ошибочно вместо Харви), около 35 лет, атлетического сложения, ростом около шести футов, с редеющими волосами». Освальду не было 24 лет, он был худощав, имел рост пять футов девять дюймов (1 фут=0,3048 м, 1 дюйм=2,54 см).
Посмотрим, как Филлипс пытается объяснить поразительное отсутствие сходства между настоящим Освальдом и человеком атлетического сложения, о котором сообщало ЦРУ. В резидентуре ЦРУ в Мехико работал офицер под кодовым именем «Крэйг» (когда Филлипс и его коллеги не хотят, чтобы их заявления проверяли, они не дают настоящие фамилии сотрудников ЦРУ; когда их свидетели надежны и говорят то, что от них требуется, тут обходятся без псевдонимов). Жена «Крэйга» также работала в резидентуре, и именно на ее «неопытность» сваливает Филлипс ошибку в описании Освальда. Если произошла ошибка, то кто же был тогда мужчина «атлетического сложения»? «Таинственный человек» — так фигурирует он в мемуарах «Ночное бдение». Им мог быть, читаем мы, «любой американский или советский моряк с судна, бросившего якорь в одном из мексиканских портов».
Филлипс утверждает, что, «перерыв сотни фотографий, сделанных у кубинского консульства», в резидентуре ЦРУ в Мехико не обнаружили ни одной фотографии Освальда. Он или вводит читателя в заблуждение, или имеет в виду фотоснимок реального Освальда. Ибо вместе с телеграммой в ФБР было послано несколько «фотографий Освальда» в Мехико. Не разобравшись в хитросплетениях, созданных родственной спецслужбой, ФБР в порядке опознания показало их матери Освальда, когда он находился в руках далласской полиции, и другим лицам, знавшим «убийцу» президента. Разумеется, мать Освальда сразу же заявила, что на фотографии изображен не ее сын. Позднее, когда факт попыток опознания скрыть было невозможно, ФБР вынуждено было предоставить один фотоснимок комиссии Уоррена, произведя вместе с ЦРУ предварительную его обработку, убрав весь фон в «интересах сохранения в тайне методов разведывательной съемки». Этот документ так и значится как «фотоснимок таинственного человека».
Если верно предположение английского журналиста Саммерса, что к убийству президента Кеннеди была причастна какая-то «фракция» в ЦРУ (убежденность в этом высказывали также новоорлеанский прокурор Гаррисон и др.), то напрашивается, на наш взгляд, ответ на загадочный вопрос (который якобы не может разрешить Филлипс): куда девались снимки реального Освальда в резидентуре ЦРУ в Мехико, если таковые там имелись. Снимки могли быть уничтожены «фракцией», дабы не давать объяснений высшему начальству американской разведки. Ведь, если помнит читатель, директор ЦРУ Маккоун считался другом Роберта Кеннеди.
Публицист и писатель — Тэд Шульц, в прошлом обозреватель газеты «Нью-Йорк тайме» по Латинской Америке, доверенное лицо президента Кеннеди, выпустил в середине 70-х годов книгу «Неистовый шпион». Это — биография матерого американского шпиона Ханта. Вместе с Филлипсом он участвовал в гватемальской и кубинской операциях, они были близкими друзьями и единомышленниками. Шульц раскрыл любопытную главу в жизни Ханта. Два месяца перед убийством Кеннеди он исполнял обязанности резидента ЦРУ в Мексике. Гаррисон со своей стороны указывает, что в ЦРУ имеется фотоснимок Ханта и настоящего Освальда в Мексике. Показательно, что Филлипс в своих мемуарах весьма неуверенно пытается опровергнуть утверждение Шульца о том, что Хант в течение двух месяцев возглавлял резидентуру ЦРУ в Мексике.
Видимо, «фракция» действительно делала все, чтобы замести следы. Американская разведка имела подслушивающую аппаратуру в здании кубинского консульства в Мехико.[27] Был записан на пленку разговор человека, который выдавал себя за Освальда, настойчиво и нервно требуя предоставить ему визу на Кубу. В 1978 году на просьбу СКРУ дать ей для прослушивания соответствующую магнитофонную пленку Филлипс ответил, что «это невозможно, так как пленка была уничтожена через неделю после отъезда Освальда из Мехико».
Ответ Филлипса был явной ложью. У СКРУ было заявление ФБР, что спустя семь с лишним недель после того как была сделана запись, сотрудники бюро, прослушав ее, пришли к выводу, что говоривший не был Освальдом. Директор ФБР Гувер писал: «Специальные агенты нашего бюро разговаривали с Освальдом в Далласе, видели фотографии вышеупомянутого человека («таинственного человека») и прослушали магнитофонную запись его голоса. Эти специальные агенты пришли к выводу, что вышеупомянутое лицо не было Ли Харви Освальдом».
Филлипс вызвал подозрение ряда членов СКРУ увиливающими ответами на многие вопросы, связанные со всей историей пребывания Освальда в Мехико. Но не только этим.
Филлипс на некоторые задания выходил как «Морис Бишоп», «мистер Бишоп» или просто «Бишоп».
Это подтвердил его бывший заместитель Даг Гуптон, который частенько называл своего босса «мистер Бишоп». Поскольку в английском языке слово «бишоп» означает шахматную фигуру — слона, высказывается предположение, что этим был обусловлен выбор конспиративного прозвища. Данное предположение приобретает в глазах американских независимых расследователей и Саммерса особый смысл ввиду того, что Хант, который осенью 1963 года в течение двух месяцев, как помнит читатель, исполнял обязанности резидента ЦРУ в Мексике, имел псевдоним «Найт» (шахматный конь).
В ходе работы СКРУ в печать просочились сообщения, что комиссия склоняется к следующему выводу: заговор против Кеннеди мог быть делом рук либо представителей мафии, либо кубинских контрреволюционеров, либо тех и других, но без участия ЦРУ. Такой поворот не вызвал восторга у кубинских эмигрантов и в особенности у бывшего главаря террористической банды «Альфа-66» Антонио Весиана. Это была одна из самых ультрареакционных группировок. Вопреки запрету, введенному осенью 1963 года братьями Кеннеди в отношении налетов на суда с грузами для Кубы, она продолжала творить свое черное дело. Испугавшись, что это может обернуться в конце концов судом и наказанием, Весиана заявил на закрытых, а потом и открытых слушаниях в СКРУ, что он совершал налеты по приказу агента ЦРУ «Бишопа» и однажды «Бишоп» познакомил его с Освальдом.
27
В ходе Международного суда «Молодежь обвиняет империализм» кубинский инженер, специалист по электронике Нильвио Лабрада Висент зачитал техническое заключение о секретных подслушивающих устройствах, установленных ЦРУ в помещениях консульства и посольства Кубы в Мехико. В консульстве, в частности, в телефонной розетке был установлен миниатюрный, очень чувствительный микрофон, «засекавший» разговоры на расстоянии до шести метров и передававший их по телефонной линии, когда телефонная трубка опущена, на дистанцию более одного километра. Радиоприемные устройства с телеуправлением были обнаружены в креслах и т. д.