Страница 13 из 50
В преступлении века можно насчитать немало проблем, заслуживающих специального расследования. Есть среди американских независимых расследователей признанные «энциклопедисты», сумевшие вникнуть во все проблемы. Это прежде всего Сильвия Мигер и профессор философии из Филадельфии Джошуа Томпсон, уделившие в своих исследованиях значительное место и судебно-медицинской экспертизе. Но универсалов — единицы, и тот, кто им пытается подражать, не имея на то знаний, считается верхоглядом. Зато в почете тот, кто среди многих важных вопросов, требующих разгадки и решения, избрал какой-то один как, говоря словами Лифтона, свое призвание и бьет все время в одну цель.
Одному из нас приходилось, например, встречаться с корреспондентом газетного синдиката «Скриппс-Говард» Сетом Кантором — маленьким, щупленьким, необыкновенно подвижным журналистом с узенькой полоской черных усиков и постоянным карандашом в правой руке. Он стал главным специалистом по проблеме «Джек Руби». Кантор сопровождал Кеннеди в Далласе и находился в Парклэндском мемориальном госпитале, куда привезли смертельно раненного президента. Там он повстречал Руби — будущего убийцу Освальда. Они знали друг друга раньше, так как Сет долго работал корреспондентом в Далласе. Они тогда немного поговорили в Парклэндском госпитале. Комиссия Уоррена и ФБР не поверили Кантору, что он общался с Руби в госпитале, хотя последнего видели там еще два свидетеля.
Это недоверие превратило Кантора в расследователя подлинных мотивов, толкнувших Руби на убийство Освальда. Журналист собрал огромный материал и выпустил не так давно книгу «Кто был Джек Руби?». Есть и другие специалисты по проблеме «Джек Руби»; в их поле зрения мафия, на которую работал владелец далласского ночного клуба «Карусель», и далласская полиция, с которой он был тесно связан.
Что можно было бы особо отметить из последних «находок» в деле Руби? Доклад комиссии Уоррена в мельчайших подробностях описывает, как он проводил у себя дома время примерно с 9 до 11 часов утра 24 ноября. Это действительно важно, если учесть, что в 11 час. 21 мин. Руби пристрелил Освальда в подвале полицейского участка Далласа. Описания комиссии Уоррена построены на показаниях делившего с Руби кров некоего Джорджа Сенатора. И Руби, и Сенатор, и комиссия Уоррена создавали впечатление, что убийца Освальда забрел в подвал случайно и в самый последний момент перед покушением.
Таким образом, далласской полиции можно было предъявить обвинения в недосмотре, халатности, оплошности, но не в преднамеренном содействии Руби. Независимые расследователи разыскали священника, который поднимался вместе с ним в лифте полицейского участка уже в 9 час. 30 мин. утра. По словам служителя церкви, Руби сошел на том этаже, где содержался Освальд. Незадолго перед этим три телевизионных техника, устанавливавших аппаратуру возле полицейского участка, видели там владельца «Карусели». Независимые расследователи составили три списка: 1) несколько сот далласских полицейских, которых хорошо знал Руби; 2) пятьдесят далласских полицейских, которых он знал очень хорошо, и 3) трое полицейских, наиболее близких к нему: Уильям «Чернявый» Гаррисон, сержант Дин — дружок далласского мафиози Джо Чивелло — и лейтенант Джордж Батлер, руководивший полицией в подвале полицейского участка. Эти трое подозреваются в том, что передали Руби данные о времени перевозки Освальда и помогли ему незаконно проникнуть в полицейский участок.
ФБР и ЦРУ усиленно интересовались Руби. Независимые расследователи выявили довольно интенсивные контакты между Руби и ФБР, которое давало ему различные задания, связанные с борьбой Вашингтона против революционной Кубы. Он имел деловые отношения и с представителем ЦРУ в Новом Орлеане Уильямом Джорджем Годэ, который общался и с Освальдом, когда тот проживал около шести месяцев в 1963 году в Новом Орлеане.
На допросе в комиссии Уоррена был упомянут некий Дэвис. Сотрудники комиссии не обратили внимания или не захотели обращать внимания на это имя, ибо Руби говорил, что Дэвис занимался переправкой оружия на Кубу. Кантор установил, что этот Дэвис, Томас Дэвис, был грабителем банков и одновременно имел друзей в кругах американской разведки. В Далласе Руби и Дэвис встречались в ночных клубах.
После покушения в Далласе Дэвис оказался в Северной Африке и там был арестован полицией безопасности Марокко, заподозрившей его в соучастии в заговоре против президента Кеннеди. Из тюрьмы в Танжере он выбрался благодаря вмешательству агента ЦРУ, профессионального убийцы, бывшего капитана французской армии, активиста ОАС Жана Сутрэ, который был в Далласе в момент убийства Кеннеди, а затем внезапно выехал оттуда.
Руби, далласская полиция, люди, проживающие в Далласе и знавшие Освальда, площадь Дили-плаза, на которой была устроена засада президенту, здания вокруг нее, очевидцы преступления привлекают к себе внимание независимых расследователей. Журналисты, школьные учителя, ученые, инженеры, техники, врачи, домохозяйки, пенсионеры отдают изысканиям свободное время, сбережения, рискуют жизнью. Ими собраны, обработаны, систематизированы и надежно упрятаны от посторонних глаз уникальные данные, включая фотоснимки, кинопленки, магнитофонные записи рассказов свидетелей, пресс-конференций и пр. Как правило, они знают, что есть у одного и что у другого и третьего.
Независимые расследователи обнаружили в последнее время неизвестные ранее любительские кинофильмы, фотографии, слайды, позволяющие расширить представление о том, что происходило и в Техасском складе школьных учебников, и соседних зданиях, и на травянистом бугре, и вокруг него. Один из кинолюбителей, например, случайно сфотографировал шестой этаж склада учебников за несколько минут до покушения. Эксперты СКРУ различили на этой пленке фигуры двух человек в правом крайнем окне, из которого якобы стрелял Освальд. Третий человек виден в крайнем левом окне.
Исследовательским движением называет деятельность независимых расследователей Лифтон. Оно политически и идейно разнородно, страдает от групповщины, взаимных подозрений, известной доли соперничества, недостатка средств, проникновения в него провокаторов ФБР и ЦРУ. У него были свои герои и предатели, свои взлеты и спады, свои надежды и отчаяния. Некоторые его активные участники по тем или иным причинам отошли от расследования преступления в Далласе. Другие продолжают его. Открыто или сохраняя до поры до времени конфиденциальность.
Например, одна из групп независимых расследователей — «Информационное бюро по проблемам политических убийств» (ИБППУ) — предлагает свою по-: мощь и участие в раскрытии преступления века, а также в «синтезировании» находок с конечной целью вывести на чистую воду «политическую клику», виновную в убийстве президента Кеннеди, и посадить организаторов и технических исполнителей преступления на скамью подсудимых.
«Наше движение, — говорит Лифтон, — прошло путь длительной напряженной борьбы, но не все главы в ней еще написаны».
Проводя свое расследование, Лифтон все же закончил инженерно-физический факультет Корнеллского университета, работал инженером по электронике и ЭВМ в космической программе «Аполлон». Когда читаешь его книгу, прошедшую рецензии медиков, криминалистов и ученых различных специальностей, возникает ощущение, что знакомишься с результатом многолетнего компьютерного исследования, которое проводил человек, не пожалевший времени на изучение проблем патологической анатомии, нейрохирургии, судебной медицины. Каждый раз, когда автор открывает новые для себя данные, он с учетом уже накопленных материалов взвешивает буквально все заново.
Особенно важно ему было очистить от всего наносного представление о реальной ситуации, которая сложилась в связи со вскрытием мертвого тела президента. Острие его расследования было направлено на те считанные часы между отправкой тела президента из Далласа и окончанием бальзамирования трупа.
Свое место в исследовательском движении Лифтон определяет следующим образом: «Я никогда не предавался иллюзии, что смогу когда-либо установить личности тех, кто стрелял в президента. Я мог только строить догадки относительно того, как человека типа Освальда могли заманить в склад учебников и превратить в «затычку»… Но в чем я был уверен, так это в том, что тело президента было изменено, что было извращено направление выстрелов… Отныне я был убежден, что путь к решению проблемы политического убийства Кеннеди лежит в разоблачении тех, кто создавал «политический протокол о вскрытии». Под таковым я имею в виду тот официальный протокол, который был призван скрыть фальсификацию «лучшего свидетельства» — мертвого тела президента. Иными словами, «лучшее свидетельство» было уничтожено для истории навсегда. Это означает, что было уничтожено единственно точное вещественное доказательство, какими выстрелами президент был убит».