Страница 63 из 124
– Эти ваши тайны… Про некоторые догадаться совсем не сложно. Мы ж на Землю ходили, – утверждающим тоном заявил Неждан, – и еще пойдем.
– В подробностях рассказывай, как дошел до мысли такой.
– Ну, – впервые взглянув на меня, сказал он, – очень много разных мелочей. По отдельности вроде ерунда, но вместе сложить интересные выводы получаются. Появилась сестра отца. Походила, посмотрела и снова исчезла. В зоне не была, в наших делах ничего не понимает, и вдруг ее отправили назад неизвестно с чего? Так не бывает.
Беглая про прошлую жизнь помалкивает, но иногда знает очень интересные факты. В зоне такому не учат, а она не в том возрасте, чтобы с Земли прийти и привел ее ты, как и Таню. Отец ее в первый раз увидел уже на острове, я точно знаю. Сегодня его тоже не было, а проход появился и это не такой портал, как обычно.
– С чего ты взял?
– Ну не надо из меня дурака делать, – обиженно сказал Неждан. – И выглядит не так, и его магию я на вкус сразу чувствую. Объяснить не могу, но она моментально во мне отзывается. Слишком хорошо помню это ощущение. Только не рассказывай, что сам не чувствуешь.
И ведь он прав, я очень даже знаю и именно как вкус, не запах. Как Зверь начинает рядом баловаться с источниками энергии, я сразу чувствую. Как будто кусок сочного мяса на языке. Сейчас подобного уже не бывает, я у Теда спрашивал, вырос наш Вожак в мастерстве, теперь таких следов на память у подопытных экземпляров не оставляет, а вот мне уже не избавиться от этого ощущения никогда.
– Связаться с тобой нельзя по телефону, – продолжал между тем Неждан, – даже Хозяйка не может, кошки там разные непонятно откуда, и в том, что мы привезли, много странного и интересного есть. Кстати, и кошка была на складе. Испугалась такой толпы и сбежала, но я видел. Там на складе все было написано на русском. Вроде бы славянская зона, но на машинах номера. Что я, в зоне не был? Раз десять с отцом ходил в Нахаловку, – с гордостью поведал он, – нет там такого. Слишком мало машин, чтобы такие длинные номера были с цифрами и буквами и никакому идиоту не придет в голову заказывать легковушки. Слишком дорогое удовольствие.
– Это ты не прав, – глубокомысленно поведал я. – А престиж? Сразу видно, какой богатый дядя подвалил. Заказывают.
– И забывают на складе, – ехидно подтвердил Неждан. – Вместе с документами, зарегистрированными в Москве. Я их забрал из бардачка в джипе, чтобы лишних вопросов не было. – Он вынул из кармана и отдал мне какие-то бумаги. Я, не глядя, сунул их в сумку. Теперь уже поздно жалеть, надо было сразу соображать. – Номера с машин тоже на всякий случай свинтил. – Вот это правильно, мысленно согласился я. С собой стоит забрать.
– Но самое главное, – торжествующе сказал он, – я звезды на небе видел! Не наши это созвездия, ничего похожего, а славяне проживают в том же полушарии, что и Великие равнины.
– Ну и?
– Возьми меня с собой, Дядя, – подчеркивая родственные связи, попросил Неждан, – не так, вынести что-нибудь, а посмотреть.
– Туристом! – обрадовался я. – На музеи полюбоваться, местной кухни попробовать.
– Учиться, – серьезно сказал он, – там намного больше можно получить, а у меня никаких проблем с вживанием и маскировкой не будет. Да и лишний помощник тебе не помешает. Людей на это дело брать не рекомендуется, неизвестно еще, как они себя поведут, попав на Землю. Да и взрослые тоже переучиваться должны, недаром ты нас взял, и рот легче заткнуть, и сказать можно все что угодно – щенки скорее поверят, чем повидавший жизнь мужик.
– Я тебя никогда не спрашивал, но вот теперь придется. Сколько ты из памяти у Лехи получил?
– На самом деле, – подумав, ответил Неждан, – я даже и сейчас толком не знаю. Это не память. Это скорее справочник. Как навыки и умения передают, так и у меня. Увидел в первый раз баржу, никакого удивления, даже знаю, какой двигатель стоят. Смотрю на машину и иногда знаю, как и что надо сделать, хотя никто никогда такого не объяснял. Чисто на автомате, совершенно не задумываясь. При этом, когда у нас бульдозер появился, надо было изучать, явно отец никогда с ним дела не имел, но общие навыки имеются, уже проще. Язык, конечно, и что странно – чтение и письмо, никогда про подобное не слышал. Не передаются такие вещи, только если специально, а учат азбуку еще в детстве, и нет необходимости.
Иногда скажут что-то малопонятное русские в разговоре между собой, такое… ну жаргон или про прошлую жизнь, так я прекрасно понимаю, о чем речь идет. Только все равно, я это я, никакого двойного наложения памяти, абсолютное отсутствие воспоминаний о другой жизни, просто дополнительная полезная информация. И… – он замолчал, подбирая слова, потом осторожно продолжил, – я ведь не кривлю душой, когда говорю "отец", я чувствую родственную связь. Под хвост мне, что он не родной и его вечно нет, к своему родному у меня никаких чувств не было, он нами вовсе не интересовался. Это сложно объяснить, я абсолютно не эмпат, но настроение отца чувствую, и прекрасно знаю, что могу на него положиться.
– Ладно, – подумав, отвечаю, – мысль у тебя интересная, тем более что хотел я заняться детьми, а тебе это легче будет. Просто надо все хорошо обдумать. Нельзя прийти и сказать: "Здрасьте, я желаю учиться в вашем университете", даже при наличии толстой пачки денег нельзя. Ты должен стать официальной личностью, с документами и справками. Я поговорю с Лехой, будет нам собственный Штирлиц, если он согласится.
– И про Штирлица я тоже знаю, – заявил Неждан, – анекдоты, правда, часто не смешные, все больше игра слов.
– Ну, если ты такой умный, то запросто озвучишь и мои дальнейшие слова.
– Рот закрыть про свои догадки и терпеливо дожидаться команды, – довольным тоном сказал он.
– Молодец, – согласился я. – Все правильно понимаешь. Пока что иди отсыпаться, мог и завтра подойти.
– Ага, – возмутился Неждан, – а ты опять исчезнешь на неизвестно на сколько времени.
– Ничего, потерпишь. Если пойдешь на Землю, тебе придется несколько лет жить практически одному. Даже перекинуться большая проблема, а правды вообще никому не скажешь. Приучайся к терпению, очень полезное качество.
Что, – возмутился я, видя, что он не собирается уходить, – еще вопрос?
– Последний. Что значит с детьми заняться?
– Если так хорошо соображаешь про людские дела, как ты думаешь, в четырнадцать лет тебя кто-то будет принимать всерьез? А я могу найти тебе родителей на Земле? Вот и подумай, что такое детский дом и очень ли тебе хочется проживать в таком.
– А хороший вариант, – задумчиво сказал Неждан, – через пару лет никто не спросит, откуда я взялся, паспорт вполне официальный и никому до тебя нет дела. Зато можно присмотреться к малолеткам, может и к нам кого забрать. Связь-то у меня будет?
– Пшел вон, разведчик хренов, – устало сказал я, – ты еще никуда не едешь. Ни сегодня, ни завтра.
– Уже, – покладисто согласился будущий шпион, поднимаясь, – вот только сначала возьми, – вручая мне тонкую тетрадь, сказал Неждан. – Это мы писали, кому и что в награду за работу. В смысле из будущей доли, как обещал. Имя, вещь. Большинство просьб вполне нормальные вроде собственного оружия или жизняка, но иногда очень странные вещи попадаются, не знаю, как оценить. Бешеный хочет в военное училище, а что возраст не подходящий – это совершенно его не волнует, а кто-то из девчонок прямо в университет в Федерацию. Не граждане платить должны, так теперь появилась нормальная возможность. Короче, сам посмотришь.
– А ты что хочешь?
– Я? – переспросил он, открыто улыбаясь, – а неплохо бы обменять здешние честно заработанные единицы за украденные товары на земные бумажки. Там мне деньги пригодятся.