Страница 21 из 124
– А женщины? – спросила она.
– Что ты ко мне привязалась с этими землянками? Бабы как бабы. Большинство нашим в подметки не годятся. Ни вида, ни здоровья. Очень опасное дело развитие медицины. Чем больше всяких химических лекарственных препаратов, тем больше сохраняется жизней тех, кому и жить не стоит. А они передают свои наследственные болезни детям. Раньше с каким-нибудь диабетом до свадьбы просто не доживал, а теперь дети твои диабетчики будут от рождения и вдобавок от матери получат в подарок еще какую наследственную гадость, вроде гемофилии или чего похуже. Такой искусственный отбор наоборот. Каждое поколение все более больное и все новые лекарства употребляет. Скоро без них жить уже совсем не смогут. А лет через сто уже лекарства не помогут. Лечишь печень – гробишь кровь, начинаешь лечить кровь – сажаешь сердце.
Да, я знаю, что такое собственный ребенок и как его жалко. Даже краем уха слышал слово гуманизм. Только одно дело, когда это на человеческом уровне и совсем другое, когда на государственном. Начинаешь понимать пауков с их постоянными заскоками. Лучше перестраховаться, чем неправильная наследственность пойдет дальше.
– Эй, – возмущенно сказала Даша.
– Не волнуйся, у тебя как раз все в порядке. Думаешь это пустили на самотек? Спроси напрямую у Койот, очень удивишься. Всех человеков, желающих войти в Клан, еще и на это проверяют. Сейчас Разрезающая плоть старательно собирает статистику по детям, родившимся уже здесь и в обеих зонах. Есть такое подозрение, что у меченых проблем с наследственностью практически нет, но его еще подтвердить надо. Все не просто с нашими эльфами и я чем дальше, тем больше верю в то, что Дов говорил. Попытка создать альтернативное человечество в отрыве от основного течения. Вот зачем им это надо нам не видно. Поэтому мы плюем на глобальные проблемы, и будем и в дальнейшем заниматься конкретными делами по обеспечению самостоятельности от всех.
А тебе, – подумав, пообещал я, – для того, чтобы дать понятие о земных бабах, непременно притащу разных журнальчиков с выкройками и рисунками одежды. Будешь у нас внедрять новую моду.
– Я не умею шить, – сообщила Даша. – То есть умею, но простейшие вещи.
– А то я не знаю! Главное правило начальника – поручить подчиненным сделать то, что сам не можешь. Потом ходишь и с недовольным видом показываешь: Здесь плохая строчка, а вот тут пуговицы не того цвета.
Нет, хорошая идея. Что-то такое практичное и симпатичное. И для приема очередных купцов, убивать на месте в стиле а-ля Джеки Кеннеди.
– Это еще кто? – с подозрением спросила Даша.
– Ужас, – с удивлением сказал я. – Какое у тебя одностороннее образование, при вроде бы нормальной литературной речи и очень не глупой голове. Это я должен задавать такие вопросы. Еще несколько лет назад я даже не подозревал про разных людей и наличие Земли.
– Тебе хорошо, – пробурчала она, – то туда поедешь, то сюда, а работу всю на меня сваливаешь. Некогда мне про прошлую жизнь читать, и не интересно. Знания о разных Кеннеди совершенно не помогут в наведении порядка. Каждый думает, что он не только сильнее, но еще и умнее. Вот что я действительно вынуждена учить постоянно, это разные тонкости хозяйственной жизни, с которыми раньше не сталкивалась, а этому никогда конца нет. Только решишь, что уже проблем нет, появляется Леха и требует открыть типографию. Машины не большая проблема и сделать, и купить, а вот где бумагу в огромном количестве брать на его планы?
– Начальству положено переваливать неприятные дела на других, – не согласился я. – Первое правило умного Вождя. И потом не только на тебя. У меня распределение обязанностей. На тебя, на Старшую, на Охотницу, на Псицу. Даже на Шустрика. Пора уже тебе завести собственных подчиненных на кого можно спихивать разные проблемы, хватит изображать быка, способного самостоятельно справляться со всем. Ворочать миллионами и давать указания прекрасно можешь, переходи на следующую стадию. Мы, оборотни, потому так долго и живем, что никогда не делаем то, что могут сделать ниже по иерархии. Я в здешних краях самый главный самец альфа! – Это я чего-то не то говорю, подумал, сейчас опять всплывет вопрос самок. Очень больной вопрос, делиться мной с другими женщинами она категорически не желает, для этого имеются холостяки.
Даша молчала. Заснула, понял я по дыханию. Вот и славно, мне тоже совсем не мешает.
Глава 5. Земля. Первые деловые контакты.
– Что это с ней? – спросил Рафик, когда Таня прошла мимо него, небрежно кивнув, и завалилась на кровать в соседней комнате.
– Перебор впечатлений, – пояснил я, – слишком много всего сразу. И чудеса, и Леха бродит, и даже речной леопард, с плавником и хвостом, в реке плавает. На деревьях, скотина жирная, сидеть не желает.
– А кстати, – заинтересовался Рафик. – Откуда они в реке взялись? Раньше не было.
– Типа посольство, – пояснил я. – На самом деле проверяют как жизнь в наших реках. Можно ли там поселиться. Хватит ли рыбы, есть ли еще какие полезные ресурсы.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – возмутился он. – С какой стати делиться, они нас к себе на плавучие острова не пустили!
– Не нас, а тебя, – не согласился я. – Ты вот кто такой? Человек прохожий. А мы Клан! Не прошло и двух лет, как я познакомился с ними достаточно близко, чтобы удостоится посещения. Я в Федерации свой парень, почти всем без мыла в задницу залез. Даже из Рысиной аптеки теперь не гоняют. Говорить не хотят, но хоть в спину украдкой не плюют.
– Ты что, тоже думаешь, что это шутки? – обернулся он к Черепахе, – задумчиво смотрящей в окно на пустой двор внизу.
– Да какие проблемы, – небрежно ответила та. – Без договора они там все равно жить не будут. У нас реки не в сезон мелеют, так что лошади без больших проблем переходят где угодно. Не будешь знать фарватер, моментально на мель сядешь. Уроним за борт баржи пару десятков бомб размером побольше и всплывут вверх брюхом моментально. Это им не озера шириной в пару километров, пусть только попробуют позволить себе лишнее. Знают они это прекрасно и будут сильно думать, чем Зверя заинтересовать, чтобы он не обозлился за самоуправство.
А в принципе, если договоримся, совсем не плохо будет. И с рыбой, и с контролем над рекой никаких проблем. При случае и крыс непременно утопят, тоже неплохо, нам потом меньше работы.
– Ты расистка, – убежденно сказал я. – Правильно говорить крысооборотнетреугольники.
– Это тоже шутка? – спросила Черепаха, – а то я этот юмор не понимаю.
– Ну как, – поясняю, – если есть афроамериканцы, то непременно должны быть крысооборотнетреугольники. Потому что у нас в Клане уже сотня, если не больше, крыс и они могут всерьез обидеться на подобные разговоры.
– Тоже верно, – согласилась она, – пора думать, как отличать хотя бы на словах, а то потом начнут друг другу морды бить. Проще всего называть тех, что чужие, каннибалами. И честно, и обид у своих не вызовем.
Давайте лучше делом займемся, – отходя от окна и рассматривая обстановку в кухне, предложила Черепаха. – Что у тебя?
– У меня, – гордо сказал Рафик, – все в лучшем виде. Паспорт я сделать не могу, хотя в Интернете предлагают, например, купить израильские загранпаспорта за 15 тысяч евро. Европейские можно дешевле, но там фотографии владельцев в единой базе данных Евросоюза, можно влипнуть. Зато вот, – он широким жестом кинул на стол две пластиковые каточки. А под окнами машина, – кидая на стол же ключи, – сообщил он. – Шестерка 99 года.
– Это что за бред? – с изумлением разглядывая международные права, на имя Алексей Михайлова с моей фотографией, – спросил я.
– А ты что хотел? – язвительно спросил Рафик, – Имя Гном, дата рождения 600 с чем-то лет от Катастрофы и адрес – остров на неизвестной планете и особые приметы – временами медведь?
– Да, но почему я вдруг Михайлов Алексей?
– Потому что права можно купить, но тогда паспорт показать придется или еще хоть что-то. А так, я просто попросил взамен старых, затертых до не читаемости. За эти годы, – усмехаясь, пояснил он, – Леха несколько изменился внешне, но никто ко мне присматриваться не стал. Тут главное на лапу дать, а кто просит даже не посмотрели. Права настоящие. Свои я тоже поменял. Наверняка и паспорт можно купить, но соваться без наводки боязно.