Страница 6 из 6
И все время в голове звучало Хочудомой, хочудомой…
Я помню, как переночевал первую ночь дома…. Просто спал крепко, проснулся рано. Три года думал, как буду ночевать дома и что буду спать, спать…. А проснулся в шесть утра. Я проснулся в своей комнате… и думал А как дальше.. Вот я дома…, а хочу домой…, а где дом… Стоп! Где дом А дома нету!
Моя комната, конечно, осталась. Мама в ней все сохранила точно так же, как было. Все разложено, как в доме-музее. Но это не дом…. В смысле, желание ДОМОЙ было таким сильным, что переросло конкретный дом и я не помещался в нем, как не влез ни в одни дофлотские брюки. Но было в этом и что-то еще… ужасное……. Дома не было…! Меня не было…!
И жизнь была раньше какая Вот такая надо закончить школу — это значит впереди экзамены, сложный выбор института и пр. Потом ожидание армии, от которой никуда не деться, потом, на службе, постоянная мысль о доме…. В смысле, вся жизнь была накануне чего-то…. А…а…а теперь все,… впереди никаких канунов…. Живи и живи…, а не хочется…, а как….
А еще потом появилось время…и ощущение, что оно движется…, уходит, в смысле.
Многие же ребята так и остались на всю жизнь моряками. Они, может быть, водители, или кочегары, или плотники, но это только так… получилось, на самом деле они моряки. И каждое последнее воскресенье июля они одевают свою старенькую форму, встречаются в каком-нибудь традиционном для их города месте…, напиваются, обнявшись, поют, плохо Врагу не сдается наш гордый Варяг, пощады никто не желает. Плачут, скрипят зубами, сжимают кулаки до побеления косточек — не понимает же никто. Потом дерутся…, потом это долго обсуждается, потом мирятся, а потом опять кочегары и плотники…. То есть, то же самое, что а день пограничника или десантника, но немного лиричнее и тоньше. Стихия потому что такая…. Море.
Как я много знаю таких ребят….
Я уходил с корабля 27 апреля. Раз и навсегда. То есть я много раз сходил с корабля на берег, а потом поднимался на борт, но это не так. А в последний раз с корабля и с флота, в качестве русского матроса, я сходил в первый раз, и в последний, конечно. Перед этим я не спал всю ночь, не веря в то, что произойдет завтра. Завтра настало, я позавтракал, сделал все, что положено матросу, в последний раз, попрощался, сошел по трапу на пирс и ушел… домой.
Я сильно плакал. Я прощался с ребятами и плакал. Я записывал в книжечку адреса и свято… свято верил в собственные обещания всем написать…, приехать в гости…, принять всех у себя. А ребята толкались вокруг меня, волновались, видно было, что забыли или стесняются сказать что-то настоящее, стоящее…. И говорили, как обычно Ну, ты давай там…, моряк на суше не дешевка! — Дам!.. — Девкам там покажи, пока мы тут… — Покажу… — Не дрейфь ты там…. — Да не ссыте — как-нибудь разберусь…. А в глазах у всех была такая тревога, такая тоска, так легко было сосчитать, сколько им еще осталось… каждому… служить…, в глазах там было видно…. И еще — хочу домой в глазах….
А мне мысль, что завтра, а точнее, уже нынче, мою койку займет другой, впервые не доставила удовольствия. Все вертелось в голове и душе, что-то обрывалось… больно. Но невозможно было понять ничего. Ведь я так ждал этого дня. А завтра чего ждать А сейчас, уже сейчас… чего
Вдруг все стихло, ко мне медленно подошел командир, пожал руку, как-то так вздохнул Давай, не забывай, удачи тебе, спасибо за службу, — развернулся и ушел. А я подумал Боже, какой хороший, какой мудрый и справедливый человек, как я ему благодарен, …как я раньше этого не понял, я ему тоже напишу, нет, ему — первому. Сразу же напишу, обращусь по имени-отчеству, расскажу, как дома и как…вообще, как я ему благодарен, что таких мужиков… Ему приятно будет.
Я уходил по пирсу от корабля, оборачивался, махал рукой…. А над кораблем звучала музыка. Есть такая музыка…, гениальная…, марш… — Прощание славянки. А в этот раз он играл в мою честь. Со мной прощался Российский флот, от Петра Первого, Ушакова, Нахимова до…, я не знаю, … до нашего командира. Флот прощался со мной. Меня благодарили за все. И за то, что меня так сильно…, за то, что я писал в море, за японского летчика, за все три года…, за собаку…, за все. Все! Я оглядывался, рыдал и клялся, что всем напишу, всех люблю и жить не смогу без них. И это было в тот момент — правда! И ребята махали мне, кто-то плакал, даже из тех, ко-торых я знал едва…. Ну страшно же оставаться еще так надолго, особенно когда кто-то уходит… домой.
Российский флот. Весь! Российские моряки не спрашивали, каков числом враг, но где он!, Флаг и гюйс поднять! — и т.д. и т.п. Навсегда.
Пауза.
Никому не написал. Никого не повстречал…, даже случайно…. И слава Богу!
А о чем говорить Как мы о-го-го! Или А помнишь, как тогда… Ну, выпить, полчаса потолкаться по улицам, потом сказать Извини, ко мне никак нельзя, у меня там… И в ответ Ну, у меня тоже, понимаешь… Обрадоваться этому, пообещать звонить, сказать строго Ну, ты тоже звони, а то мы, сам видишь, не поговори-ли, а надо все обсудить, вспомнить. И расстаться…. А потом отплевываться и томиться несколько вечеров. Зачем
Но Российский флот…
Пауза.
У меня в жизни этого уже не будет. Никогда! (В это время нужно собрать все предметы, которые были на сцене. Все. Собрать все, чтобы сцена осталась пус-той.)
Никогда. Но раньше было как-то… я не знаю…. а домой пришел, а дома нет! Ну, в смысле… что ли…. Но с другой стороны, чего жаловаться-то…. Очень многие ведь. Просто в моей жизни этого не будет…. И совсем даже — необязательно…. А дома нет….
(Уходя и унося все разом.) Просто… ну, нужно как-то понять, разобраться…. Ведь что получается, или…. Хотя, конечно, ничего не попишешь…, оно все так… конечно.
Да! Да, да, да, я и сам так думаю…
Не стоит… это ведь…
Я бы не стал так однозначно
Я же не настаиваю
Это уж — как хотите….