Страница 45 из 69
— И кто победил? — шутливо поинтересовалась Поппи.
Вопрос жены вызвал редкую улыбку на лице Гарри.
— Посреди баталии мы перешли к переговорам. Несомненно, это было к лучшему, так как оказалось, что ни один из нас не умеет бороться как джентльмен.
— Твоё фехтование — вполне джентльменский способ борьбы.
— Фехтование нельзя назвать настоящей борьбой. Оно больше похоже на шахматы с риском получить колющую рану.
— Очень рада, что вы не нанесли друг другу увечий, — весело ответила Поппи, — так как существует отдалённая возможность, что вскоре вы станете родственниками.
– Мы уже родственники.
— Тогда дважды родственниками, — взяла его под руку супруга.
Гарри бросил внимательный взгляд на Кэтрин, прежде чем направиться в отель.
— Ты ещё не решила? Насчет предложения Рэмси?
— Пока нет, — спокойно ответила она, идя с ними в ногу, — у меня всё перепуталось в голове. Нужно ещё подумать.
— Гарри, — вмешалась Поппи, — когда ты сказал, что у нас с тобой противоположные мнения, надеюсь, ты не имел в виду, что против бракосочетания Лео и Кэтрин?
— В настоящее время, — ответил он, тщательно подбирая слова, — полагаю, осторожность не помешает.
— Ты не хочешь, чтобы Кэтрин стала членом моей семьи? — удивленно спросила Поппи. — Она будет под защитой Хатауэйев, к которой присоединится твоё влияние.
— Я этого очень хочу, за исключением того, что Кэт должна выйти замуж за Рэмси. Не уверен, что это для неё лучший выход.
— Я думала, тебе нравится Лео, — заметила Поппи.
— Так и есть. Я не встречал в Лондоне более обаятельного и остроумного человека.
— Тогда, почему ты возражаешь?
— Потому что его прошлое не предполагает наличие качеств надёжного мужа. Кэт много раз предавали в жизни. — Голос Гарри звучал серьёзно и мрачно. Он посмотрел на сестру. — И я один из тех, кто подвёл тебя. Не хочу, чтобы ты снова страдала.
— Гарри, ты слишком строг к себе! — искренне воскликнула Кэтрин.
— Сейчас не время подслащивать неприятную правду. Если бы я мог изменить прошлое, я бы без колебаний вернулся назад. Но теперь остается только исправлять ошибки и не допускать их в будущем. То же самое я сказал Рэмси.
— Каждый человек заслуживает второй шанс, — сказала Кэтрин.
— Согласен. Мне хотелось бы верить, что у него будет новая жизнь. Осталось этого дождаться.
— Ты опасаешься, что он вернется к дурным привычкам? — предположила Кэтрин.
— Он будет не первым и не последним. Однако Рэмси достиг возраста, в котором характер мужчины уже более или менее сформировался. Если он продолжит избегать прежнего распутного поведения, то станет отличным мужем. Но пока он это не докажет, я не желаю рисковать твоим будущим и не хочу, чтобы ты выходила за человека, которой может оказаться неспособным хранить супружеские клятвы.
— Он не нарушит клятв, — уверенно сказала Поппи.
— Как ты можешь знать это?
— Потому что он — Хатауэй!
Гарри улыбнулся жене:
— Лео — счастливчик, потому что ты защищаешь его, милая. И я надеюсь, ты права. — Его пристальный взгляд переместился на обеспокоенное лицо Кэтрин. — У тебя те же сомнения, Кэт. Я прав?
— Мне трудно поверить любому мужчине, — призналась она.
Все трое молча шли по аккуратной дорожке.
— Кэтрин, можно мне задать один исключительно личный вопрос? — рискнула Поппи.
— Не могу представить себе ничего более личного, чем то, что мы уже обсуждали. Конечно, задавайте, — послала ей насмешливо-взволнованный взгляд Кэт и улыбнулась.
— Мой брат говорил, что любит вас?
Кэтрин надолго замолчала.
— Нет. Более того — недавно я слышала, как он сказал Уин, что женится только в том случае, если будет уверен, что не влюблен.
Она осторожно посмотрела на Гарри, который, к счастью, воздержался от замечаний.
— Может, он не это имел в виду? Лео часто шутит и говорит прямо противоположное тому, что чувствует. Никто не разберёт, что у него на уме.
— В точности моё мнение, — безразличным тоном согласился Гарри, — никому не понять, что на уме у Рэмси.
После того, как Кэтрин с неожиданно появившимся аппетитом расправилась с тарелкой сэндвичей, она отправилась в номер люкс, который ей отвёл Гарри.
— Когда вы отдохнете, я пришлю горничную с несколькими своими платьями, — сказала Поппи. — Они будут немного свободными, но их нетрудно ушить.
— Не стоит беспокойства, — возразила Кэтрин, — я пошлю за вещами, которые остались в Гемпшире.
— До этого вам понадобится одежда на смену, а у меня есть несколько платьев, которые я ни разу не одевала. Гарри до смешного щедр, когда я иду за покупками. Кроме того, теперь вам нет необходимости носить строгую одежду старой девы. Не могу дождаться, чтобы увидеть вас в ярких платьях… розовом или желтовато-зеленом. — Поппи рассмеялась над выражением лица Кэтрин. — Вы будете похожи на появившуюся из кокона бабочку, как в пословице.
Кэтрин постаралась ответить с юмором, хотя нервы её были натянуты от напряжения и беспокойства:
— Я прекрасно себя чувствовала гусеницей.
* * *
Поппи нашла Гарри в кунсткамере, куда он часто заходил подумать над сложной задачей или спокойно поработать, будучи уверенным, что ему точно никто не помешает. Только Поппи позволялось заходить сюда в любое время.
Вдоль стен висели полки с диковинными предметами, подарками гостей из далеких стран, часами, статуэтками и странными вещами, привезёнными из далеких путешествий.
Сняв сюртук, Гарри сидел за столом и крутил в руках механизм с пружинками и проводками, как делал это обычно, когда глубоко погружался в мысли. Поппи подошла к мужу, и её окатила волна острого удовольствия от созерцания движения его пальцев, которые вот так же играли с её телом.
Как только вошла жена, Гарри оторвался от механизма и впился в неё пристальным внимательным взглядом. Отложив горстку металлических деталей, он развернулся на кресле, обнял Поппи за талию и привлёк ближе, поставив между разведёнными коленями.
Женские ручки скользнули в его блестящие тёмные волосы, тёмно-коричневые шелковые завитки заструились между пальцами.
— Я тебя отвлекаю? — спросила Поппи и наклонилась, чтобы поцеловать.
— Да, — ответил он прямо ей в губы, — не останавливайся.
Её лёгкий смех рассыпался между их губами, словно сахар, тающий в горячем чае. Поппи подняла голову и попыталась вспомнить, зачем пришла.
— Ммм, прекрати, — попросила она, когда губы Гарри начали ласкать её шею, — я не могу думать, когда ты это делаешь. Я пришла к тебе, чтобы задать вопрос.
— Ответ — «да».
Отодвинувшись, Поппи усмехнулась. Её глаза не отрывались от лица мужа, а руки продолжали обнимать его за шею.
— Что на самом деле ты думаешь о Кэтрин и Лео?
— Пока не знаю.
Гарри теребил лиф её платья, проверяя надёжность ряда пуговок.
— Гарри, не трогай. Они декоративные.
— Что хорошего в пуговицах, которые не расстегиваются? — озадаченно спросил он.
— Это модно.
— И как я смогу снять с тебя платье? — Гарри с любопытством начал искать спрятанные застёжки.
— Это секрет, — прошептала Поппи и потерлась носом о его нос. — Я позволю тебе его разгадать, когда ты признаешься, как поступишь с Кэтрин.
— Скандалы быстро утихают, если не обращать на них внимания. Любая попытка потушить пламя только раздувает огонь. Я собираюсь ввести Кэт в общество как свою сестру. Скажу, что она училась в школе «Блю мэйд», а впоследствии, благодаря твоей доброте и доброте твоих сестер, заняла предложенную должность у Хатауэйев.
— А что насчет неудобных вопросов? — спросила Поппи. — Как мы будем на них отвечать?
— В манере государственных деятелей — преднамеренно извращать и уклоняться.
Поппи задумалась, сжав губы.
— Думаю, это единственный выход. Но что делать с предложением Лео?