Страница 24 из 84
— Ну ладно, ладно, хватит сгущать краски, — недовольно перебил Гимнаст. — Все уже поняли, что меня ожидает блестящее будущее нищего попрошайки. Ты лучше скажи, что я могу еще сделать, дабы спасти себя, любимого, от плохих и жадных ростовщиков? И причем тут эта Ольга?
— Из этой ужасной ситуации есть три возможных выхода, — продолжил Тарп. — Но из них только один позволял избежать скандала. Вот они. Можно махнуть на все рукой, жить на широкую ногу эту последнюю неделю. А перед разоблачением броситься открытой грудью на меч — мертвым бесчестья нет! Это первый и, на мой взгляд, самый глупый из возможных вариантов.
— Согласен, — кивнул Гимнаст.
— Второй выход: необходимо немедленно бежать из города, а лучше вообще покинуть остров Розы. С парой сотен золотых колец — едва ли удастся раздобыть больше, не привлекая внимания — вы сможете пересечь океан и попробовать начать жить заново на Большой Земле. Ваша молодость, милорд, неугомонная жажда приключений, презрение к опасности — эти качества помогут вам не затеряться на новом месте…
— Постой, постой, — вновь перебил Гимнаст. — Ну, я-то, допустим, уеду. А что же будет с тобой, с моими слугами. Со стражниками? Как я могу устраивать судьбу, не позаботившись о своих людях!
Лом со Студентом округлившимися от удивления глазами смотрели на друга. До сего момента он не отличался особым состраданием, а когда речь заходила о помощи ближнему, вообще притворялся глухонемым. М-да… А говорят еще, чудес на свете не бывает.
— Не думайте о нас, мой лорд. — Старый слуга чуть не расплакался от переизбытка чувств. — Мы не пропадем. У нас нет могущественных врагов и жадных кредиторов, мечтающих разорвать должника на части.
— Успокойся, старина. — Гимнаст покровительственно положил руку на плечо старого слуги. — Ты что-то говорил про три варианта, а рассказал только два. Продолжай, мы тебя внимательно слушаем. К тому же, насколько я понимаю, именно этот последний вариант позволит избежать скандала.
Тарп взял себя в руки и заговорил ровным четким голосом:
— Боюсь, что эта возможность с честью выйти из создавшейся ситуации для нас уже невозможна. Но раз вы настаиваете, я напомню и этот вариант. Вчера вы должны были обвенчаться с леди Ольгой…
Лом и Студент в один голос фыркнули, но дворецкий, не обращая на них внимания, спокойно продолжал:
— …Ее отец, граф Шуст, один из богатейших людей Красного города, и женитьба на его единственной дочери позволяла бы рассчитывать на помощь старого графа в разрешении ваших финансовых затруднений. Господа, попытайтесь понять и простить эту девочку. Вчера она весь день прождала вас, милорд, ведь никто не знал о постигшем вас несчастье. На свадьбу съехался весь Свет, а вас все нет и нет. Вот она и взбеленилась. Сегодня утром я попытался ее успокоить, рассказал о вашем неожиданном ранении, но, как я уже говорил, она не поверила и пожелала удостовериться. Не мог же я силой остановить свою будущую госпожу, к тому же после вчерашнего пребывающую в скверном настроении. Что произошло далее, вы сами прекрасно знаете. Ваши друзья щедро плеснули масла в и без того жаркий огонь ее гнева, от души посмеявшись над несчастным ребенком и избив ее слуг. Теперь лорд Гимнс наверняка занимает первое место в списке ее самых заклятых врагов.
— Да, нехорошо получилось, — нарушил воцарившееся молчание Студент. — Неужели ничего нельзя сделать? Может, нашему лорду стоит съездить повиниться перед невестой? Свалить все на нас с Люмом, мол, друзья пьяные были, прощения просят.
— Ага, так его прямо и пустят в дом этого графа Шуста, — возразил Лом, — Ты же слышал, лорд теперь кровный враг этого семейства. Его сначала убьют, а потом уже слушать станут. Да и как он на нас всю вину свалит, когда сам не признал в графской дочке невесту? Видел, какая она отсюда выбежала?
— Что же мне теперь делать? — схватился за голову Гимнаст. — Ло… тьфу, Люм, ты у нас самый башковитый, к тому же настоящий маг — придумай что-нибудь!
— Да что тут придумаешь, — пробормотал Лом расстроенным голосом. — Похоже, сегодня не твой день, дружище. Постарайся забыть эту красотку и беги покупать билет на ближайший корабль, отплывающий на материк. Тарп прав, похоже, это единственный…
— Есть! Я придумал, еще не все потеряно, — глаза старого дворецкого радостно засверкали. — Если господин Люм действительно настоящий маг, то…
— Что за дела? — тут же взвился Лом. — Старик, ты опять за свое? Расстраиваешь ты меня! Что мне сделать, чтобы ты понял, что я не «если действительно настоящий», а просто самый, что ни на есть, настоящий маг!
— Извините, ваше чародейство, — поспешно запричитал Тарп. — Я не сомневаюсь в вашем могуществе, это все от волнения. Выслушайте мой план, прошу вас, а потом можете делать со мной, что хотите. Но я почему-то уверен, что потом вам уже будет не до меня. — Старик хитро ухмыльнулся и поспешно стал излагать свои мысли притихшим друзьям.
— Ничего себе хибарка! — восхищенно присвистнул Студент, обозревая роскошные хоромы. — Этот дворец, пожалуй, даже покруче твоего будет, а, Гимнаст? Не обидно? Какой-то там графишко, а нос тебе утер?
— Зато у меня выше, — огрызнулся Гимнаст. — И, вообще, засунь свои глупые комментарии знаешь куда?
— Да знаю я, знаю. Только как ты потом сидеть-то будешь? — радостно оскалился Студент. — Ну все, все, молчу!..
— Ребятки, вы ведь не хотите, чтобы я тут камня на камне не оставил? — вежливо поинтересовался у препирающихся друзей Лом. — Вот и ладушки. Заткнитесь, пожалуйста, минут на десять, дайте сосредоточиться. Спасибо!
Трое друзей только что вышли из кареты, на которой Тарп их привез к дому графа Шуста. Сам Тарп побежал разведать у местных слуг, как он сам выразился, «погоду в доме».
Домик у графа действительно был знатный и от резиденции Гимнаста отличался, как небо от земли. Имея всего три этажа «росту», он был необычайно широк. Этакая грибообразная конструкция с неимоверным количеством колонн в — виде исполинских каменных титанов, подпирающих огромными плечами третий этаж постройки. За могучими фигурами практически не было видно первых двух этажей, олицетворяющих, по замыслу сумасшедшего архитектора, тонкую ножку исполинского гриба. Сооружение потрясало своей оригинальностью.
— Ну и куда пропал наш старикан? — не выдержал Студент. — Уже двадцать минут, как он туда смотался. Ну и слуги у тебя, Гимнаст, распустил ты народ, безобразие… Чего уставился, магический ты наш? Обещанные тебе десять минут тишины, между прочим, уже минут пять, как истекли.
— Студент, не нервируй меня! — Лом сделал страшное лицо. — Никуда он не денется от своего лорда Гимнса. Сейчас прибежит, не дергайся. Лучше проверь свои железяки, Неизвестно, как все обернется. Возможно, у меня ничего не получится, тогда все надежды на тебя. Будешь прикрывать наш отход.
— То есть, как это не получится? — возмутился Гимнаст. — Ты это дело мне тут брось. Должно получиться!
— Еще один! — Лом воздел руки к небу и закатил глаза. — Господи, сделай так, чтобы они, наконец, заткнулись! Сил моих больше нет. Уговариваешь их, уговариваешь, а от них все как от стенки горох.
— Ишь чего удумал, чародеишко злобный, — затараторил Студент. — Ты нам тут рот не затыкай. Хочешь, чтобы мы замолчали? Пожалуйста! Больше не услышишь от меня ни единого слова… Уверяю, тебе быстро надоест звенящая тишина, и ты еще попросишь меня рассказать что-нибудь. Но я буду непреклонен. Прикинусь рыбой — даже клещами слова не вытянешь. Ты будешь ползать у меня в ногах, и просить поговорить с тобой, предлагая золотые горы за минуту разговора! А я…
— Наконец-то! — На сей раз очередную заковыристую тираду красноречивого друга оборвал Гимнаст. Он перевел внимание друзей на семенящего к ним мелкой трусцой Тарпа. — Что ты там так долго делал? Вон, сэр Стьюд совсем издергался. Собирался уже идти тебя выручать, нас все агитировал, да так убедительно… Ну, как там дела? Чего разузнал? Рассказывай.