Якорь

– Послезавтра. Как раз будет возможность попробовать подправить полет чужака. Ваши навигаторы сейчас выполняют расчеты. Ну, хватит болтать. За дело!

Крон вновь подхватил контейнер с образцами и отправился туда, где когда-то размещалась кушетка и аппарат экстренной помощи, а теперь было развернуто оборудование, доставленное на борт учеными.

Игорь и Алекс со вздохом встали и направились следом. Усиленный экран биозащиты заставил волосы на руках подняться дыбом. Ну, что на этот раз…

Второй рейс модуля – специально для любопытствующих членов экипажа и пассажиров. Димыч обрадовался, увидев меня у шлюзовой:

– Привет! Я думал, ты из своего заточения не выйдешь.

– Я любопытная. Очень.

– А я начал забывать. Слушай, раз ты тоже летишь… Наши навигаторы наваяли программу для синхронизации двигателей «Фотонов» при коррекции орбиты. Посмотри свежим глазом? Ей сейчас должен заниматься Коновалов на «Фотоне-1».

– А ты не думал, что удобней проводить коррекцию с одного пульта?

– Думал. Но как это воплотить в реальности представляю плохо.

Ну да. Два отдельных катера, это всего лишь два отдельных катера, пусть их искины находятся в постоянном контакте. А вот как сделать так, чтобы оба «Фотона» стали двумя умными двигателями совершенно третьей системы? Единой и для того и для другого? Ладно, глупость ляпнула. А если…

– Тебе помочь вставиться в скаф?

– Что я, маленькая? Вон, Владу помоги.

– Ему-то зачем?

– Помоги ему вставить в скаф Регину…

– Хм…

Всего нас на модуле оказалось шестеро. Я, Игорь, Регина, Влад, Чернышев, и Чени Рай на роли пилота.

Коновалов и трое спецов были уже там, отправились первым рейсом. А так же сколько-то наших друзей с военного корабля.

Энергию для постоянного света внутри чужака забрали с одного из «Фотонов». Теперь вдоль направляющих мягко светили лампы, развешивали блики на гладких поверхностях и вставках чистого металла. Люди в скафах, похожие один на другого, как братья-близнецы, зависли гроздью спелых ягод на тросах вдоль переборки. Один из плафонов светил прямо у моего плеча. Так ярко, что заработали фильтры шлема.

Кто есть кто, совершенно непонятно. Я огляделась. Серое все, блестящее. Ровное. Только овальные вставки на нескольких диаметрах наводят на мысль, что этот цилиндр не всегда был таким пустым. Ученые, кстати, тоже сразу пришли к такому выводу.

Вот и Алекс подтвердил, если это, конечно, его голос в шлеме:

– …логично предположить, что это все-таки кожух, оболочка, которая призвана защищать что-то, что по идее должно находиться внутри. Очень интересные данные мы начинаем получать из двигательного отсека. Желающие могут последовать за сержантом Ивли, он сможет рассказать подробней.

– Извините, – вклинилась я, – ничего, если я вас покину?

Не то, чтобы я заскучала, хотя, внутренняя обстановка да, разочаровывала. Просто мне стало немного не по себе. Захотелось вернуться в привычную среду. Тут слишком много пустого пространства, и вообще как-то…

Лучше в другой раз все здесь осмотрю, подробно, не спеша. Когда буду одна.

– Тебя проводить? – прозвучал голос Игоря.

– Не заблужусь. Меня Коновалов встретит. Капитан хочет, чтобы я посмотрела программу на корректировку траектории.

Сильно подозреваю, что Димыч с радостью ухватился за идею пристроить меня хоть к какому-нибудь делу. Ох, сомневаюсь, что такой спец, как наш старпом, не справится с программированием искинов «Фотонов» самостоятельно. Да и Влад с Чени тоже не простофили. Зачем им еще и я?

Только для повышения самооценки. Моей, конечно.

– Мы к вам присоединимся после экскурсии, – весело сообщил Влад.

– А кто сейчас на «Фотоне-2»?

– Пока никого. Но как только мы с Чени туда прибудем, сразу свяжемся.

– Принято.

Так и договорились. Сначала – экскурсия для всех желающих, потом – тестирование катеров и предварительный запуск программы. Если все сложится, то завтра начнем корректировать полет чужака уже по-взрослому. Верней, ребята начнут, а я в это время буду мирно сидеть в каюте и с нетерпением ждать результата.

Пробралась к малому шлюзу, который больше похож на двойную полуоткрытую диафрагму. Сквозное технологическое отверстие в теле чужака – грех было не воспользоваться.

Илья встретил меня снисходительно-добродушной улыбкой. Пока я избавлялась от скафа, он вежливо ждал, привычно набивая трубку.