Страница 33 из 64
- Как же так? Мы в театр собрались? - Прошептал он, понимая, что Ольги ему уже не видать, как своих ушей. - "Прохиндей Вовка, явно имеющий на нее виды, ждать не станет. Уведет. Точно уведет. Вся личная жизнь псу под хвост".
- И все из-за этой "мокрухи", - в сердцах ругнулся он на спецпдисциплину.
Оборвался сон так же внезапно...
Наступило утро следующего дня. Ровно в восемь девчонка открыла дверь и, не спеша, двинулась вниз по лестнице, но едва миновала окно, как опустилась на колени и, стараясь не высовываться, проскочила наверх, а затем еще выше, на чердак.
Леха занял подготовленную позицию, Винтовка, укрытая рваной тряпкой, уже стояла, нацеленная в пенек. Сыграл на том, что Вова не станет устраивать засаду на втором ярусе. Поэтому, когда отщелкнул крышку прицела, увидел заваленную мусором битумную поверхность, был твердо уверен, что за подтеками скрыт противник. Чуть сдвинул ствол и осторожно выбрал ход спускового крючка.
Расцвела на черной поверхности розочка разорванного металла. Тяжелая пуля прошила тонкий слой маскировки и лист жестянки, словно картон. Еще одна, чуть выше. Контрольная. Вот, пожалуй, и все. Можно...
Удар в плечо отбросил на стропила. Огонь, разливаясь по телу, пошел в руку. Настоящая боль еще не пришла. Только одна мысль. "Переиграл. Посадив в укрытие напарника, сам занял позицию на соседней крыше. Когда я "купился" на его заготовку и проявил себя, Вова спокойно поразил цель. Единственный прокол: стреляя вторым номером, не учел отдачу и немного промазал, пуля вошла в плечо, чуть ниже ключицы, а не в висок, как задумывалось. Прижав рану, Алексей выскреб аптечку, вколол антишок и попытался наложить повязку. Пуля прошла навылет, но, судя по всему, напакостила изрядно, кость точно задела.
"Молодец. Грамотно сработал". - Рассуждал Леха, лежа на пыльных досках, и ждал. Вова наверняка понял, что промазал, и будет зачищать. Поднимется и добьет.
Ждать пришлось недолго. Ничего такого не думалось, разве что насмешила мысль: Это входит в привычку. Ожидание смерти.
"Хотя нет, будь он один, возможно. Не стал бы и дергаться. Проиграл, ничего не попишешь, плати.
Но где-то там, глубоко, дремлет ее сознание. А умирать ей рано.
"Хрен-то вы угадали".- Cцепил зубы и встал. Придерживая руку, которую уже вовсю дергало болью, укрылся за вентиляционной шахтой. Замер.
Тихо скрипнула дверь, мелькнуло неясное пятно. Умело зашагивая, и тут же прячась, приятель осматривал чердак, пробираясь через завалы.
Алексей сосредоточено ждал, воспроизводя в памяти все трубы и провода, через которые охотнику нужно перебраться.
Наконец решился: "Пора". Ухватил нож здоровой рукой и, сделав короткий шаг из-за трубы, взмахнул рукой. Бросок был практически наугад. Но, опыт не пропьешь. Все же он неплохо изучил своего кореша. Вовка стоял, чуть пригнувшись, спиной. Звериная реакция кинула матерого диверсанта в сторону. Однако, нож уже летел. Сколько раз Леха выполнял это упражнение? На тренировках и в боевых. И всегда в десятку. Не промахнулся и сейчас. Сталь вошла в спину, точно под правую лопатку. Лезвие перерубило нерв и застряло глубоко в теле. Пистолет выпал из отнявшейся руки, поднять, перехватить его он уже не успел. Кирпич, не новодел, крошащийся от легкого толчка, а старый, красный в белую крапинку, удобно лег в руку. Противник уже почти успел выхватить второй ствол из поясной кобуры, когда кирпич смачно влепился в поределую макушку. Ноги подкосились, и охотник без сознания рухнул на усыпанное керамзитом перекрытие. Алексей охнул, от резкого движения руку обожгло ледяным ветром, но, собрав силы, доковылял к лежащему. Назвать его другом как-то не повернулся язык. Обыскал. "Два ствола. Нож на лодыжке". Все. Сцепив браслетами безвольно опадающие кисти, примотал знакомца к стропилам. "Так-то надежней. Иначе он меня и с завязанными руками уделать может".
Хлопнул по щеке. "Голова у тебя, Вова, сейчас точно болеть будет, но ничего, потерпишь. Недолго".
"Лютый" очнулся, навел резкость, сплюнул кровь и криво ухмыльнулся. - Ну, ты, девка... Признаю, мастер.
- А ты, Вова, тогда, кто?- Не стал Алексей тянуть резину, чувствуя, как набухает бинт кровью.
Пленник удивленно поднял бровь. - Откуда...?
-Оттуда...- Зря ты наверх полез. Ты же всегда высоты боялся, или уже привык? После вышки, что ли?
- Какой вышки? - Вовка переспросил, но видно было, что все отлично понял. Он не мог понять одного. "Как девчонка могла узнать про ту парашютную вышку. Кто рассказал?"
-Надо было мне тебя в самолете бросить, а не тащить через полАфгана. Тогда бы и Влад жив остался.
Он не мог поверить. - Кто рассказал?- Как заведенный повторял он, словно это было так уж важно.
- Никто, Вова. Я это. Леха, которого ты на той горке сдал. А после в дерьме вывалял.
-Как это?- Недоверие в его глазах сменилось мистическим страхом.
- Как? А ты это скоро сам узнаешь.- Не стал тешить его несбыточной надеждой Алексей. - Одно мне интересно. Почему? Не могу понять. Ты ведь меня не просто убить хотел. Ты и память обо мне постарался испоганить.
Он тихонько пошевелился, проверяя крепость связывающих веревок.
- Зачем?- Повторил он, раздумывая. "Не то, чтобы он поверил мне. Хотя? Кто его знает? Может, и поверил".
- Леха, говоришь?- Он как будто приучал себя к новому облику старого приятеля.- Ну, если так, то жаль, что я промахнулся.- Отрезал он. Была бы возможность, зубами бы погрыз.
- Да ты что ж такой кровожадный? - Леха даже удивился.
Он уперся ногами в хрустящие окатыши и приподнялся, упираясь спиной в стропила.
-Если ты Леха, скажи. Наташку помнишь? - В свою очередь спросил он.
"Здрасте. А это причем"? - Даже оторопел Алексей, вспомнив сон.
Давным-давно, в курсантские годы они чуть было не рассорились из-за девчонки. Нравилась она обоим. Только, так уж вышло, Вовка оказался ловчее и увел из-под носа. Правда, роман у них был недолго. Она с родителями уехала за границу, кажется во Францию".
-Ну и что? Причем тут Наташка. - Леха искренне недоумевал.
- А помнишь, в 91, когда в загранке работал, тебе задание на партийного было? Он какие-то деньги замылил. Тебе команду дали, его убрать, а его жена под пулю сунулась. И ты ведь, сука, секунды не подумал. "Есть, так точно, лапу к уху". А то, что это Наташка была, тебе по барабану? Я ведь ее до сих пор каждую ночь во сне вижу. Удивляется он.
"Вот как?- Задумался, вспоминая.
Работал тогда из "Взломщика", на полторы тысячи и, если честно, даже знай, ничего бы не сумел изменить.
Жалко девочку".
-Хорошо, выходит, за Наташку ты мстил. Но почему тогда не всадил мне рожок в спину в рейде, а вот так...
- Ишь, какой. Героем умереть легко, а ты гнидой помер. - Усмехнулся Вовка.
- Огорчил ты меня, Вова. Да, выходит, убил я Наташку, а то, что хотел, не хотел - не извиняет. И то, что приказ выполнял, тоже. Одно могу сказать, сегодня ты тоже не на меня охотился, а на девчонку эту. Ее Ольгой, кстати, зовут, и она моложе той, погибшей, Наташки.
Сам бы как поступил? Если ты не сработал, всю группу подставил, а? Ты что, хочешь сказать, ради незнакомой девчонки все бы бросил?
Вовка покраснел и рванулся в немыслимой попытке разорвать браслеты. Не смог.
- Ты, сволочь, и так всю жизнь перед носом, как красная тряпка, и сейчас мне мораль читать. С первого дня в любимцах у "Груздя" ходил. Все тебе. И после "Вышки" направление в группу тебе одному дали. Что, лучше всех, да? А мы, значит, быдло? Не прогибались, как некоторые. Все в войска, а его в белую кость. На валютные командировки....И девчонку..., убил...- Он уже не пытался вырваться, ему просто необходимо было высказать наболевшее. Бессвязно, рвано, но Леха его понял.
-Так ты из-за этой ерунды? - Не поверил он. Из-за валюты..., и всей этой, херни?
Наконец, Леха собрался, резко выдохнул, успокаивая нервы, и закончил. - Понял, но это все лирика. О чем теперь говорить? Ты меня уже кончил, можешь радоваться... Только, вот что, я тебя убивать не буду. Я тебя здесь оставлю. В пеньке, наверное "Особист" сидел? Угадал? Вот и объяснишь теперь людям из конторы, кто "Сотника" и его шестерку завалил. И по каким таким делам. Как ты с "Камазом" стволы с Кавказа гнал. Как с той засады живым ушел. Вопросов к тебе много будет. И если за жизнь Наташкину ты со мной рассчитался, то за остальное - я с тобой. Пусть, в школе, где бюст герою во дворе стоит, и о тебе правду узнают. Я думаю, справедливо. Мне что с тех наветов? Я же умер. Там, на горке. "Мертвые сраму не имут". Да клал я на вас на всех, я сейчас самый счастливый человек в мире. Тем, что за все рассчитаться сумел. И девочку эту уберег. Мне помирать не страшно. А тебе с этим еще жить придется.