Страница 6 из 8
Лизка(с готовностью подхватывает). Говорят, все лодки станут вдруг плоскодонками, прыжки будут только в длину, из рыб выживут единственно камбалы, а из женщин одни манекенщицы… В водке… (Прыскает.) В водке будут исключительно градусы, но не литры! Зато исчезнут утюги, асфальтовые катки и… альпинисты!..
Аглая(вдруг, с испугом). И еще я, наверное, в детстве умела летать! Честное слово!
Петровна. Не верю.
Аглая. В самом деле! (Сбрасывает с себя тяжелую верхнюю одежду, проверяет карманы, выбрасывая из них булочки, конфеты, пирожки… Прыгает на месте, стараясь избавиться от последних «наетых» килограммов.) Никак!.. (Ищет, от чего бы избавиться еще.)
Лизка. Диктора оставь своего!
Аглая. Диктора? (Вдруг вновь задохнувшись.) Нет!.. (Заметно колеблется. Наконец, на что-то решившись, не без труда расстается с галстуком-косынкой и ненадолго зависает в воздухе.)
Лизка. Ну, в детстве я еще и не такое могла! (Также избавляется от верхней одежды, но также не может сразу взлететь.)
Аглая. Ключ кинь!
Лизка. Ка-акой еще ключ?!
Аглая. Матерьяльный! К постижению основных проблем современности!.. «Ниямар», «ксаэн» всю эту «саленину» твою.
Лизка. Тьфу тебя! С нами нечистая сила! (Подпрыгивает и тоже ненадолго зависает в воздухе.)
Петровна. А я, эх!.. (Разоблачается вместе со всеми, подпрыгивает, но в воздухе удержаться не может и падает.) Отчество мое каменное!..
Аглая. Не зашиблась, Петровна? Чё выеживаешься?
Петровна.… а не то вполне могли бы облететь земной шар, как космонавты, на восток вот он сам бы собой и кончился. Истек бы чисто астрономически, этот конкретный четверг. Не устоять ему против науки! Помните, диктор сказывал? (На секунду замолкает и вдруг начинает говорить, не переставая.) Как это было в детстве?.. Тут вокруг оно серое и чужое, а в детстве все было своим, удивительным, цветным и сверкающим все совершенно: сказки, лето, счастливые сны… А на носу уже осень, новая эпоха, другое тысячелетие. А там, глядишь, и иные сказки появятся где уж нам с ними тягаться? Чем сгодиться в сказочном чужом будущем?.. С нашим-то немереным четвергом?..
Лизка с Аглаей переглядываются, поднимают Петровну с земли, осторожно подхватывают под руки и уносят ее, беспрерывно болтающую, под небеса, навстречу восходящему солнцу.
… Чтобы через некоторое время появиться с другой стороны лагеря, но уже вдвоем, без Петровны .
Тот же самый пионерский лагерь, неторопливый рассвет. Погода заметно портится.
Аглая(оглядываясь и стараясь отдышаться). Преодолели, кажись. Только ведь…
Лизка. Молчи, молчи!.. Видела, как живут люди?
Аглая. Мрак.
Лизка. А мы-то точно перебрались? Как это проверишь?
Для пробы негромко запевают старую пионерскую песню безо всякой надежды на отклик. И вдруг, как эхо из ближнего леса, долетает до их слуха какой-то странный многоголосый шум…
Лизка.Слышала?
Аглая. Ну, эхо.
Лизка. А почему слова другие? Почему?
Аглая. Да, в самом деле? Кто ж тогда это будет такой? Ну-ка, если еще разок?..
Пробуют петь опять. И опять в ответ странный многоголосый шум.
Лизка. Слова другие, а мотив тот же самый! Это как?..
Аглая(прислушавшись). Да никак это пионерчики? Пионерчики вернулись? Новая их смена подъехала?! Петровна, думаю, была бы счастлива!
Лизка. Да, Петровна… (Смахивает набежавшую слезу.) Лети в столовку, протирай столы, разжигай котлы, Аглайка!
Аглая. Потом! Потом! Мы все это еще успеем! Слышь, Лизка, а ну как мы их накормим, напоим и спать уложим, а они утром снова исчезнут?..
Лизка. Надо как-то сделать, чтобы не исчезли!
Аглая(вглядываясь вдаль). Не, слышь, не пионерчики это, кажись. Как сказала бы Петровна: «Галстухи у них не те!»
Лизка. Кто ж это тогда? Может, все-таки покушение? Нет? (Фальшиво хватается за сердце.) Ой!
Аглая. Не, совершенно не такие! (Желая успокоить Лизку.) Но тоже, впрочем, мальчики, девочки… А помнишь, Аглайка, скаутов когда-то давно? Правда, ты тогда ну совсем еще маленькой была!
Лизка. Ничего не маленькой! Я очень даже прекрасно их помню! Все время прячутся, как индейцы, буквально по нескольку дней, песни тоже поют… А Петровна сказала бы на это, наверное, следующее…
Из корпуса неожиданно появляется… Петровна , похожая на королеву, только вместо мантии с волочащимся куполом парашюта за спиной.
Петровна. Подойдет к тебе какой-нибудь один такой и спросит: бабушка, а не к вам ли это стрела моя залетела? Третий день найти ее не могу! Ты отдай ему стрелу, Аглая. Ладно? Вырастит в мущщину она ему еще пригодится. Слышите, на танцплощадке? Никак уже танцы затеяли, мущщины эти невеликие?.. Сейчас на стадион кинутся. А потом на залив. А потом еще куда-нибудь… А у нас с вами флагшток пустой!..
Лизка и Аглая(хором). Петровна!!!
Аглая(бурчит, ткнув Лизку в бок). Ну, сейчас начнется… разбор полетов!
Петровна. Чего уставились? Сказочные мы или что?
Лизка и Аглая(вместе). Ну…
Петровна. Вот вам и «ну». Так какое же число нам завтра предстоит с утра?
Лизка. Число-то какое? Хм. (Глубоко задумывается.) Это вопрос философский!..
Петровна(начиная говорить, будто различая какие-то отдельные слова между чешуйками волн или вылущивая их из свиста ветра в прибрежных камышах, словно «морзянку» из эфира). В начале не было ничего: ни неба, ни земли, ни тьмы, ни света, ни даже самого времени, про которое позже написали: «В начале…» В дни первые творения числом три все устроилось. В четвертый же было постановлено так: да будут светила на тверди небесной для освещения Земли и для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов; и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на Землю. И стало так. И были созданы два светила великие: светило бо`льшее, для управления днем, и светило ме`ньшее, для управления ночью, и звезды; и были поставлены они на тверди небесной, чтобы светить на Землю, и управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И было решено, что это хорошо. И был вечер, и было утро: день четверг. НО НАШ РОД БЫЛ ПРЕЖДЕ ТОГО! Потому как если бы нас, не`тварей, не было, то как узнали бы о том, что стало, когда всему пришло время быть? Не стоит о том забывать! Все. Пошла в корпус. Досыпать. И чтобы до следующего четверга меня больше не будили! Слышите? (Любуется произведенным эффектом, подхватывает парашют через руку, как шлейф, и королевой уходит.)
Аглая(она первая приходит в себя). Вправду, Лизка: не будь сказок не завелось бы на свете жизни. Самого бы света, возможно, не было. Сидели бы мы сейчас в темном пустом зале… Да что я говорю? И зала бы, наверное, не нашлось. И Дома бы культуры. Ничего! И болтались бы мы вечно в безвоздушном пространстве (хватается руками за горло, выпучив глаза, хрипит) где-нибудь между звезд!
Лизка. Которых бы тоже не было!!!
Аглая(отдышавшись). Значит, все-таки скауты! Ха!.. Ну, теперь-то точно конец нашей малине! А заодно и мухоморам полный финал! (Как-то судорожно вздохнув.) И пусть! И пусть! То-то утром возле умывалки я приметила досточку через грязь. Лежит себе на двух камушках… Не шатается! Я еще подумала кто ж ее тут приладил?.. Для кого?..
Лизка. Это я положила. Для вас с Петровной. Значит, теперь и для них. Петровна им сказки сказывать будет. Про четверг и не только. А ты, Аглайка всему лагерю по вечерам кино крутить… (Вдруг.) Не она ли телевизору видимость выковыряла? Да, кстати, и стрелу нам подбросила?..